С приходом новой власти государственная политика в области свободных экономических зон менялась кардинально несколько раз. Поначалу громогласно объявили специальные экономические зоны вне закона. Потом разобрались и выяснили, что немного погорячились. Оказалось, что СЭЗ – это здорово и закрывать их – чистой воды вредительство.
Поскольку альтернативного мнения в низах не существовало, складывалось впечатление, что высокое начальство в прелестях СЭС убеждало само себя.
Нечто подобное произошло, к сожалению, и с технологическими парками. Вкратце предыстория этого вопроса такова. Умные головы дали в свое время технопаркам зеленую улицу.
Другие, видимо, не менее умные, решили, что толку с этих технопарков немного, и подписали им приговор. При этом никто, похоже, всерьез и не занимался экономическим обоснованием карательных мер.
В марте этого года были внесены "некоторые изменения" в закон "О Государственном бюджете на 2005 год", а также в некоторые другие законодательные акты, в результате чего действие специального режима инновационной и инвестиционной деятельности технопарков было ограничено до такой степени, что говорить о перспективах этой самой деятельности стало просто неприлично.
Пролоббированная чиновниками глупость обернулась колоссальным спадом инновационной активности и оттоком инвестиционных ресурсов из инновационной сферы Украины.
Зарубежный и отечественный инвесторы тут же смекнули, что финансировать рискованные инновационные проекты в таких условиях не имеет смысла.
К слову, специалисты прогнозируют появление соответствующих судебных исков к государству со стороны обиженных инвесторов, уже начавших осуществление некоторых проектов на прежних условиях, а потом вынужденных их приостановить. Суммы при этом называют весьма и весьма приличные…
Но спустя почти восемь месяцев, 15 ноября 2005 года появился на свет Закон Украины "О внесении изменений в Закон Украины "О специальном режиме инновационной деятельности технологических парков" и других законов Украины".
Пусть с опозданием, но Верховная Рада поняла, что мартовское посягательство на льготный инновационный режим было не оправданно ни юридически, ни процедурно, ни экономически.
Но хэппи-энда не вышло. Вопреки всем прогнозам президент воспользовался своим право вето.
Специалисты теряются в догадках, как мог глава государства ветировать закон?
Не мог в принципе, поскольку неоднократно заявлял о своих приоритетах в области инновационной и инвестиционной политики и которые, как раз, нашли абсолютно адекватное выражение в тексте закона.
Очевидно произошла нелепая ошибка, к которой, скорей всего, сам Ющенко отношения не имеет.
Можно, конечно, сколько угодно копаться в мотивах, которыми продиктовано соответствующее решение, но один из них, похоже, явно доминирует.
Как полагают специалисты, инициаторами сомнительной интриги скорее всего являются Министерство финансов и лично Пинзеник.
Будучи министром финансов и в предыдущем правительстве, Пинзеник и его подчиненные были инициаторами мартовской отмены льготного режима инновационной деятельности. К сожалению, их позиция в отношении технологических парков за эти месяцы не претерпела существенных изменений.
Постоянство – хорошая черта, но в данном случае говорить об удивительной мудрости и дальновидности не приходится. Скорее о патологическом упрямстве – национальной черте чиновничества.
Поговаривают и еще об одной причине происшедшего. Так, бюджетный фонд поддержки инноваций на 2006 год (по плану) – 70 миллионов гривен. Деньги немалые и, конечно же, управлять ими предпочтительнее в ручном режиме.
Разумеется, все это не более чем версии, но уж очень правдоподобные.
Пока же объективная реальность состоит в следующем: если Украина не хочет десятилетиями финансировать чужую науку, развивать сферу чужих технологий, то стимулирующей госполитике в отношении собственных технологических парков просто нет альтернативы.
Базовый аргумент противников закона состоит в том, что господдержка технопарков потребует значительных бюджетных вливаний. Мол, овчинка не стоит выделки. Вложим в это дело миллионы, а там неизвестно, как карта ляжет. Гарантии – никакой!
Этот аргумент не выдерживает критики.
Во-первых, суть господдержки, в соответствии с принятым законом, в первую очередь состоит в льготном режиме ввоза в Украину высокотехнологического оборудования, которое не производится и никогда не производилось в Украине.
В этом случае действительно бюджет вроде бы лишается таможенных поступлений. Но ведь этих поступлений тем более не будет, если инновационный импорт просто остановится. А венчурные (рискованные) инвестиции по определению не выдерживают жесткого фискального режима.
Формально, счет в поединке двух вариантов - ноль-ноль. За исключением одной подробности: при первом варианте оборудование все-таки будет физически находиться в Украине и работать.
Принято считать, что даже если один из пяти инновационных проектов в итоге окажется успешным, то это целиком оправдывает государственные хлопоты – за счет повышения общей конкурентноспособности страны, создания новых рабочих мест, налоговых поступлений от нового производства и т.д.
Понятно, что необходимо несколько лет, чтобы производство стало прибыльным. Но главное понятно уже сейчас: при тщательно продуманной инновационной и инвестиционной политике Украина с ее интеллектуальным потенциалом обречена на успех.
В инновационной сфере Украина отстала от своих зарубежных партнеров на годы. К сожалению, за редким исключением, отечественные предприятия по-прежнему не интересуются даже самыми привлекательными и перспективными инновационными проектами, если они не обещают прибыли через полгода, год. От силы – через полтора-два года.
При этом психология отечественного бизнеса меняется гораздо медленнее, чем происходит мировое технологическое развитие. И это только увеличивает разрыв в конкурентноспособности.
Ситуацию, которая сложилась сегодня, простой не назовешь. Президентское вето необходимо преодолевать (при этом пострадают только чиновники, лишившиеся права распоряжаться по своему усмотрению бюджетными средствами).
Не исключено, что необходимо пойти еще дальше – подумать о дальнейшем совершенствовании государственной политики в области инновационной и инвестиционной деятельности.
Владимир Кудас, для УП
