Законопроєкт про "злодіїв в законі": хотіли краще, а вийшло як завжди, по-російськи

23642 перегляди
Вівторок, 21 січня 2020, 14:30
Масі НайємMasi Nayyem (Wolf)
адвокат, партнер юридичної компанії "Міллер"

Уровень недоверия к МВД настолько велик, что любые начинания априори ставят под сомнение благие действия. Например, проект закона, которым хотят внести несколько новелл о "ворах в законе" в Уголовный кодекс. 

Первая мысль: неужели наши правоохранители вдруг действительно неожиданно для всех решили побороться с преступностью? А потом прекращаешь баловаться и фантазировать. 

На недавнем заседании парламентского комитета по вопросам правоохранительной деятельности, посвященном обсуждению скандального законопроекта, в благих намерениях МВД публично усомнилась депутат и экс-член Центра противодействия коррупции Александра Устинова. 

По мнению Александры, законопроект 2513 – не что иное, как дополнительный силовой инструмент для давления на бизнес, волонтеров и активистов. И доверять его инициаторам не стоит уже хотя бы потому, что спикером Нацполиции, продвигающим законопроект, является Евгений Шевцов, который и пришел на заседание.  

Александра напомнила, что действия Шевцова по блокированию работы 18 украинских СМИ резко осудила Европейская федерация журналистов (EFJ). Устинова отметила, что эти действия стали ответом полицейского чиновника на "расследование, которое показало очень элитный и нескромный образ жизни этого человека" и публикации о том, как чиновник "кошмарил бизнес в пользу бизнеса своей жены, фактически выбрасывая конкурентов с рынка"

"Сейчас мы этим людям даем инструмент кошмарить не только бизнес, а любого человека, любого волонтера, любого, кто фактически может попасть под определение "вора в законе", – заключила депутат.

Попробуем разобраться, есть ли основания для столь жёстких выводов. 

Олигархи и воры в законе

Это особенно интересно, потому что другой законопроект (№ 2412), который подробно анализировал экс-коллега Александры Виталий Шабунин, также расширяет полномочия МВД. Речь о проекте закона о предоставлении Нацгвардии полномочий разведывательного органа.

Итак, идет ли речь о согласованном наступлении ведомством на права и свободы граждан?

Авторы законопроекта о ворах в законе говорят, что берут пример с Грузии, которая благодаря аналогичному закону существенно снизила уровень преступности. 

Но это пояснение – осознанная манипуляция: в Грузии на момент принятия закона было 400 воров в законе. Их влияние пронизывало всю политико-административную систему, они контролировали основные финансовые потоки, были агентами влияния Кремля на страну. 

В Украине же положение вещей несколько иное. Воров в законе у нас в стране по разным данным от 7 до 15. И роль, которую они играли в Грузии в 90-х и первой половине нулевых, в Украине играет олигархат

Именно крупнейшие финансово-промышленные группы, а не воры в законе, определяют то, что сегодня происходит в политике, бизнесе и на улице. 

А организованная преступность в лице воров в законе играет не определяющую, а вспомогательную симбиотическую роль –  непубличных младших партнёров для особых поручений и грязного бизнеса, о который не хотят мараться (но не против получать долю) старшие. 

Но начать почему-то хотят с младших. Ок, бывает.

Как бороться с ворами в законе без лишних ноу-хау

Воры в законе – лидеры преступных сообществ, и должны преследоваться по закону. 

Вот только действительно ли кто-то собирается их преследовать с помощью этого законопроекта? У правоохранителей достаточно рычагов, чтобы разобраться с ними и без новелл в законодательстве. 

Самый простой вариант – недопущение их в Украину и лишение права легального проживания с депортацией нарушителей

Задокументировать их как организаторов и координаторов преступлений с учетом технической оснащенности украинских правоохранителей – тоже не проблема. Это показали недавние следственные действия, в результате которых Игорю Павловскому вручили подозрение по статье 255 (Создание преступной организации) Уголовного кодекса.

Однако решили, что нужен отдельный законопроект. Который, что "удивительно", вовсе и не касается воров в законе. 

Трудности перевода

Вор в законе – сугубо советский феномен, который достался в наследство странам бывшего СССР.

Это устойчивое словосочетание, которое в ходу на постсоветском пространстве. Но в законопроект почему-то вводят украинский перевод без упоминания "первоисточника" – "злодій в законі". Даже не "крадій", а "злодій". Что может в переводе трактоваться не как "вор", а как "преступник".

Криминальный мир очень скрупулезно относится к точности лексических определений, что, конечно, хорошо известно авторам законопроекта. Но, тем не менее, авторы отходят от термина "вор в законе" и вводят новый, который можно прочитывать как "преступник в законе". 

Зачем эти лингвистические изыскания? А для того, чтобы иметь возможность с помощью нового закона привлекать к ответственности лиц, которые не являются преступниками, а тем более "ворами в законе".

Как? Здесь смачный "плевок" в украинскую Конституцию. А именно, в статью 62, которая говорит о том, что обвинение не может строиться на доказательствах, полученных незаконным путем и, внимание – допущениях. А законопроект предлагает строить обвинения в причастности к касте "преступников в законе" именно на допущениях следователя

Чистое полицейское творчество. Помните, "увлекаясь ультранационалистическими идеями и культивируя величие арийской расы…"?. Здесь похожая история.

"Преступником в законе" признается лицо, "которое придерживается присущих преступной среде традиций и правил поведения". Стесняюсь спросить авторов, какой нормативный акт описывает "присущие преступной среде традиции и правила поведения?". Закон? Если да, то какой – воровской? Или, может, следствие будет привлекать экспертов-положенцев, чтобы те рассудили, придерживался ли подозреваемый традиций и правил или нет?

Loading...

Идем дальше. 

"Преступником в законе" признается лицо, которое пользуется авторитетом среди лиц, совершивших уголовные преступления"

Каким же прибором и по какой шкале следствие собирается замерять "авторитет"? Опять-таки не обойтись без экспертов-положенцев. Ну, а если без шуток, то сказочно удобная формулировка для устранения, устрашения или доения неприятных, или наоборот – финансово интересных полиции людей. 

То есть, если вы, например, правозащитник, волонтер или бизнесмен, который помогает тюрьмам и зонам, вас вполне можно назвать "преступником в законе". И за "занятие высшего положения в преступной иерархии" законопроект обещает от 7 до 12 лет лишения свободы. 

Предлагается карать за сам статус, а не совершенные преступления. Очень удобно, особенно если учесть, что возможности для того, чтобы этот статус за вами закрепить, ограничены только фантазией следователя.

Но и это не все. 

Воздействие бывает по-настоящему эффективным тогда, когда оно может быть обращено не только на мишень атаки, но и на окружение мишени. И этот механизм в законопроекте тоже, конечно, есть. 

Итак, карать предлагается, внимание, за "обращение" к "преступнику в законе" или члену его сообщества с просьбой... оказать влияние в любой форме (опять сугубо оценочное суждение) на третьих лиц с целью принятия ими решений, совершения или несовершения ими действий"

Заметим, не уголовно наказуемых действий. Не действий, которые повлекли за собой негативные, общественно опасные последствия и причинение вреда. А любых. 

Под эту формулировку можно подвести абсолютно любое лицо, которое имело контакт с "преступником в законе". Адвокат, водитель, партнер или контрагент по бизнесу, чиновник, журналист. Да даже сосед, попросивший подписать заявление в ЖЭК.

Как упечь Трампа за решетку

По этому законопроекту можно посадить кого угодно. Например, Дональда Трампа. Как? Да очень просто. 

Берем рэпера Канье Уэста. Он крутой парень, дает концерты в тюрьмах и на зонах –  значит, "пользуется авторитетом среди лиц, совершивших уголовные преступления". Итак, "преступник в законе" уже есть. 

Переходим к сообщникам. Канье Уэст обращается к президенту США Дональду Трампу с просьбой помочь освободить рэпера A$AP Rocky, который оказался в шведской тюрьме в результате уличной драки. Вот тебе и соблюдение "присущих преступной среде традиций и правил поведения" – тянет мазу за кореша. 

Позже участница преступного сообщества и супруга Уэста Ким Кардашьян пишет "чистуху": "Спасибо Дональду Трампу, госсекретарю Майку Помпео, Джареду Кушнеру и остальным, кто прилагает усилия, чтобы освободить A$AP Rocky и его друзей. Ваша приверженность реформе правосудия очень ценна". 

Ясно, что Уэст идет паровозом, а Кардашьян и Трамп – сообщники. Причём Трамп – при исполнении и с особым цинизмом. Уэсту и Трампу – по 15, а у Кардашьян явные смягчающие – обойдется семеркой.

По кремлевской лыжне

Ну, и теперь совсем не смешное. 

Калькой для этого законопроекта был вовсе не грузинский вариант, а российский. 1 апреля 2019 года Путин подписал законопроект № 46-ФЗ, дополняющий российский УК новой статьей – "Занятие высшего положения в преступной иерархии" – и касающийся воров в законе. 

Мы опять идем по кремлевской лыжне – даже в уголовном праве.

Я очень надеюсь, что у депутатов, в первую очередь из профильного комитета, хватит государственной мудрости и элементарного здравого смысла не пропускать законопроект в нынешнем виде.

Сейчас он представляет собой орудие расправы, шантажа и незаконного обогащения. Насторожить (и как показывает выступление Устиновой, уже настораживает) депутатов должно то, что фронтируют законопроект такие фигуры, как упомянутый выше Евгений Шевцов – человек с очень красноречивой репутацией и декларацией. 

Призываю общественные организации обратить пристальное внимание на ситуацию. 

Без доработки законопроект угрожает свободе гражданского общества

И отдельное спасибо руководству МВД – за то, что маркируете свои самые токсичные проекты такими людьми, как Шевцов. Если бы не он, то могли бы и не заметить.

Масі Найєм, спеціально для УП

Колонка – матеріал, який відображає винятково точку зору автора. Текст колонки не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, яка у ній піднімається. Редакція "Української правди" не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія. Точка зору редакції УП може не збігатися з точкою зору автора колонки.



powered by lun.ua
Децентралізаційні зміни до Конституції: необхідність чи забаганка?
Чи варто вносити зміни в Конституцію в частині реформи децентралізації і чи є на це суспільний запит
Новий виклик для "зеленої" енергії: хто заплатить за обмеження?
Енергетиків змушують відключати вітрові та сонячні станції через проблеми в енергосистемі та імпорт електроенергії. Екологічно чистих кіловат в країні стане менше, а "зелені" підприємства починають зазнавати збитків.
Подолати прецедент Авакова
З огляду на прецедент Авакова виникає суттєва потреба зменшити вплив посади міністра МВС взагалі, і передусім на поліцію. І разом з цим вирішити питання щодо тривалості перебування особи на посаді міністра.
"Жахливо" низька інфляція. Чого чекати від НБУ та споживчих цін
Низька інфляція не становить ризиків для економічного зростання в Україні. Вона сприятиме зниженню відсоткових ставок і пожвавленню кредитування.
Гібридний Шарій. Як розпізнати проросійського блогера
Цільова аудиторія гібридної війни – це українці, які сумніваються. Їм Росія озвучує їхні ж сумніви, думки, страхи та підкріплює їхню правоту. При цьому меседжі мають іти від того, кому довіряє диванна сотня. Тому створюють авторитетних блогерів. Як можна розпізнати проросійського блогера – читайте у колонці.
Недитячі ігри навколо законопроєкту про лікування підлітків
Бездіяльне очікування, "совкова" відмова визнавати юну людину повноцінною особистістю є тим злом, яке ми повинні подолати, аби мати право називатися сучасним суспільством.
План повернення Донбасу: чия політична гра?
Що варто робити, щоб забезпечити реальне повернення тимчасово окупованих територій у реальну адміністративну і юридичну систему координат держави України.
Польський розклад: як президентські вибори можуть вплинути на відносини з Києвом
Перемога опозиціонерки може спростити історичний діалог Києва та Варшави. Проте посилення політичного протистояння у Польщі може бути небезпечним для України.