Как раскрывали дело Гонгадзе

117 просмотров
Cемен Шевчук, "ТЕМА", для УП
Четверг, 30 июня 2005, 13:54
Имена похитителей Георгия Гонгадзе стали известны уже на четвертые сутки после церемонии инаугурации нового президента Украины. Перед убийством журналиста генерал Пукач заявил своим подчиненным: "Если мы сейчас не убьем его – убьют нас". Так утверждает источник, непосредственно причастный к расследованию дела Гонгадзе.

Чем ближе анонсированный суд над убийцами редактора "Украинской Правды", тем больше дополнительной информации оглашает Генпрокуратура. Но возможность полноценного раскрытия этого преступления по-прежнему воспринимается с большой долей скепсиса.

Одна из главных причин - низкий уровень доверия к генпрокурору Пискуну. Кого-то настораживает сам факт стремительного продвижения расследования, совпавшего со сменой власти в Украине. Традиционно приводится главный аргумент: у нового руководства страны есть политическая воля для доведения расследования до логического завершения.

Мы добавим к этому существенный момент: появилось желание способствовать раскрытию этого преступления у его главных фигурантов, находящихся в руках следствия. Их имена были известны давно, но давать официальные показания Генпрокуратуре они начали лишь с приходом к власти Ющенко.

Долгое время мы контактировали с источником, осведомленным во многих подробностях дела об убийстве Георгия Гонгадзе. Публикуя сведения, полученные от этого человека, мы не призываем воспринимать их как истину в последней инстанции. Нас не интересует, какую цель преследовал источник, соглашаясь на их оглашение. Ниже – данные, доселе известные очень узкому кругу лиц.

Сейчас известно, что достоверной информацией о событиях 16 сентября 2000 года располагали двое сотрудников милицейской "наружки", которых долго разрабатывало СБУ. Все, однако, упиралось в политику: свидетели похищения журналиста требовали гарантий безопасности и соглашались давать показания лишь после смены власти в стране.

25 января, на второй день после церемонии инаугурации, Ющенко публично пообещал, что дело об убийстве Гонгадзе будет передано в суд в течение двух месяцев. Указание президентом конкретных сроков раскрытия столь резонансного дела многие посчитали преждевременным. Тем не менее, для такого заявления существовали серьезные основания.

На следующий день, 26 января, на имя следователя Генпрокуратуры Шубина было направлено письмо из главного управления "К" СБУ. В нем сообщалось о готовности двух ключевых свидетелей убийства Гонгадзе дать официальные показания следствию. Вот выдержка из этого письма:

"В случае принятия Генпрокуратурой решения про допрос указанных лиц как свидетелей по делу об убийстве Г.Гонгадзе, Главное управление по борьбе с коррупцией и организованной преступностью СБ Украины организует их доставку в Генпрокуратуру в любое указанное вами время".

Еще через день следователи Генпрокуратуры Шубин и Грищенко допросили двух сотрудников службы криминального поиска МВД, участвовавших в наружном наблюдении за журналистом 16 сентября 2000 года. Их показания стали решающими для раскрытия самого резонансного преступления в истории Украины.

Установление личностей похитителей Гонгадзе (ими, по данным следствия являются офицеры Пукач, Протасов, Костенко и Попович, ныне обвиняемые в убийстве журналиста) стало возможным во многом благодаря работе специальной оперативно-следственной группы кправления "К" СБУ.

Оперативники СБУ длительное время разрабатывали руководство и личный состав милицейской "наружки" - главного управления криминального поиска департамента поисково-розыскной деятельности МВД (ГУКП МВД).

Войти в контакт с действующими сотрудниками ГУКП – одного из самых засекреченных подразделений конкурирующей силовой структуры, а уж тем более склонить их к даче информации по делу Гонгадзе – вещь почти невозможная.

Ведь руководство МВД долго отрицало сам факт слежки за журналистом. Поэтому СБУ чаще действовало через родственников и знакомых сотрудников "наружки".

В результате установили личности всех без исключения сотрудников ГУКП МВД, участвовавших в мероприятиях по наружному наблюдению за Гонгадзе.

Оказалось, что в общей сложности за журналистом следили 35 милиционеров. Также удалось выяснить обстоятельства и степень личного участия руководителей ГУКП и непосредственно генерала Пукача в организации и реализации слежки за редактором "Украинской Правды".

Стало известно, что Пукач лично приказал уничтожить служебные учетные документы, в которых фиксировались задания по слежке за журналистом. И хотя самих документов на тот момент уже не существовало, были установлены регистрационный номер задания по наблюдению за Гонгадзе, его кодовое название и условное название установочного задания ГУКП.

При дальнейшей разработке службы криминального поиска стало известно, что в начале 2001 года группа сотрудников ГУКП получила служебные поощрения – им присвоили внеочередные звания, выдали премии. Соответствующий приказ по МВД подписал Юрий Кравченко. А сам шеф "наружки" в августе 2003 года получил ордер на новую трехкомнатную квартиру рядом с площадью Украинки.

Спустя два месяца, в октябре, Генпрокуратуре удалось добиться ареста Пукача. Уже в то время рассматривалась версия о причастности генерала к похищению Гонгадзе.

После этого силы, не заинтересованные в раскрытии преступления, сделали все, чтобы вызволить Пукача. Он оказался на свободе, члены следственно-оперативной группы попали под жесточайший прессинг, а руководивший расследованием Юрий Столярчук вынужден был написать рапорт об увольнении. Генпрокурор Святослав Пискун был отправлен в отставку (мы не уверены, что именно расследование дела Гонгадзе стало главное причиной его увольнения).

С приходом в ноябре 2003 года в генпрокурору Геннадия Васильева работа над милицейской версией убийства Гонгадзе была заблокирована. Наш источник убежден, что утечку материалов следствия в газету "Индепендент" организовал именно Васильев (хотя, не исключены и другие варианты).

Преследовалась все та же цель: дезорганизовать работу следователей из команды ушедшего Столярчука (Шубина, Грищенко и Кравченко). А само обнародование протоколов допросов ключевых фигурантов в деле Гонгадзе стало поводом для проведения унизительного служебного расследования по факту утечки материалов.

Кроме того, в адрес следователей стали поступать прямые угрозы от руководства и действующих сотрудников ГУКП. Не все выдержали это психологическое давление. И главное - "утечка" привела к тому, что многие ценные носители информации замкнулись, отказались сотрудничать со следствием.

МВД меньше всего было заинтересовано в разработке своих сотрудников. Оставалась СБУ, которая, как утверждает источник, продолжала "глубокое бурение" милицейской версии. Акцент - на событиях 16 сентября 2000 года. Удалось достоверно установить, что наружное наблюдение за Гонгадзе продолжалось и в день его исчезновения.

За неделю до убийства тактику слежки изменили: экипажи "наружки" уже не вели Гонгадзе по всему городу, а ждали журналиста в тех местах, где он неизменно появлялся – в том числе, у дома на бульваре Леси Украинки, 7. Изменение тактики наружного наблюдения указывало на то, что сбор информации о маршрутах передвижения объекта завершен и приближается финальная стадия операции - похищение.

Летом 2004 года оперативные сотрудники СБУ взяли в плотную разработку двух сотрудников ГУКП МВД, которые участвовали в слежке за Гонгадзе в последний день. Они оказались источниками бесценной информации, которая в результате вывела следствие на убийц журналиста.

5 августа 2004 года СБУ направило в Генпрокуратуру информацию следующего содержания:

"По оперативным сведениям, вечером 16.09.2000 на место исчезновения Гонгадзе выезжал Пукач на личном авто (водитель Попович А.В.) вместе с начальником дежурной части Протасовым Н.К. (пользовался особым доверием Пукача, его кум). Установлено, что ранее Протасов и Попович, участвуя в мероприятиях наружного наблюдения за Г.Гонгадзе, несколько раз подвозили журналиста на служебном авто ГУКП. Существующая информация дает основания предполагать, что Протасов и Попович владеют достоверными сведениями о дальнейшей судьбе журналиста".

Заключительный этап обработки ключевых свидетелей по делу Гонгадзе совпал с предвыборной кампанией и революцией на Майдане. Лишь окончательно убедившись, что изменение власти в стране необратимо и можно не опасаться мести бывшего руководства, двое сотрудников ГУКП согласились давать показания следствию … после инаугурации нового президента Украины.

Как было сказано ранее, 27 января нынешнего года следователи Генпрокуратуры Шубин и Грищенко допросили двух ключевых свидетелей по делу Гонгадзе.

Сотрудники "наружки" официально свидетельствовали о факте и обстоятельствах визуального наблюдения за журналистом в день его исчезновения. В частности, поименно назвали сотрудников ГУКП МВД, следивших за редактором "Украинской Правды" в день его исчезновения, назвали должностных лиц, инструктировавших наряды.

Из показаний одного из допрошенных стало известно, что когда Гонгадзе подошел к автобусной остановке у дома на бульваре Леси Украинки, журналисту "подставили" служебный автомобиль ГУКП, в который тот сел вместе с Пукачем, Протасовым и Поповичем. Четвертым участником похищения журналиста был полковник ГУКП Костенко.

До того момента, как заговорили главные свидетели, предполагалось, что, прибыв на место, Пукач отдал команду снять наружное наблюдение, а значит, помимо собственно похитителей иных свидетелей исчезновения журналиста не существует. Однако, по сведениям нашего источника, Пукач совершил не понятный до конца шаг: он не снял наружное наблюдение перед похищением.

Экипаж "наружки", находившийся под домом на бульваре Леси Украинки, был свидетелем не только похищения журналиста, но по приказу Пукача сопровождал машину, в которой удерживали Гонгадзе, вплоть до выезда из Киева на Одесское шоссе.

Зачем это было нужно, не понятно. Возможно, в случае возникновения нештатной ситуации подчиненные Пукача, сидевшие во второй машине, должны были обеспечить прикрытие и безопасный отход авто с журналистом.

Таковы, собственно, ключевые эпизоды расследования этого дела, позволившие на четвертые сутки после инаугурации Ющенко установить имена похитителей Гонгадзе – Пукач, Протасов, Костенко, Попович. Ровно месяц спустя подчиненных Пукача задержали, и те признались в соучастии в убийстве журналиста.

Операцию по задержанию похитителей Гонгадзе проводились уже после смены руководителя СБУ. Это было, пожалуй, наиболее массовым мероприятием спецслужбы за историю независимой Украины - в ней участвовали одновременно более сотни сотрудников.

Костенко задерживали в подъезде его дома, Протасова – в госпитале МВД. Личного водителя генерала Пукача - Поповича - задерживать не стали, оформив ему подписку о невыезде из-за примерного поведения на допросах.

После задержания Протасова, Костенко и Поповича отконвоировали в одно из зданий главного управления "К" СБУ. Там их допросили следователи генпрокуратуры Шубин и Грищенко.

В ходе четырехчасового допроса задержанные признались, что принимали участие в похищении Гонгадзе. Но все трое в один голос утверждали, что непосредственным инициатором его убийства был Пукач.

О том, что похищенного предстоит убить, они узнали только на месте преступления. Перед тем, как задушить журналиста, Пукач заявил: "Если мы не убьем его – убьют нас".

Задушив журналиста, преступники облили труп бензином и подожгли. Затем закопали в поле вблизи села Сухолисы Белоцерковского района Киевской области.

После этого избавились от личных вещей Гонгадзе. По свидетельству задержанных, украшения Гонгадзе (медальон, крест, кольцо и браслет) вероятнее всего забрал с собой Пукач.

Зачем Пукач решил сохранить украшения, когда от них легко можно было избавиться? Для чего спустя полтора месяца после убийства тело журналиста перезахоронили в лесу под Таращей? С какой целью подбросили на место перезахоронения медальон, кольцо и браслет?

Поиски ответов на эти вопросы ведут непосредственно к заказчику убийства редактора "Украинской Правды". И могут быть непосредственно связаны с основным вопросом кассетного скандала: каков мотив? Что касается непосредственных исполнителей убийства, то причастность к этому Пукача, Поповича, Костенко и Протасова в настоящее время не вызывает сомнений.

Накануне профессионального праздника – Дня СБУ, который отмечался 24 марта, генпрокурор Пискун обратился с письмом к председателю Службы Турчинову:

"Следственно-оперативной группой Генеральной прокуратуры Украины в составе прокурорско-следственных работников прокуратуры в тесном взаимодействии с сотрудниками Главного управления "К" СБУ, а особенно Ракитским В.Г., Герасимовичем И.А., Ефремовым И.Г., Вавроневичем В.С., которые включены в состав следственно-оперативной группы с 2002 года, расследуется уголовное дело по факту умышленного убийства Г.Гонгадзе…

…Вследствие активных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий преступление раскрыто, исполнители убийства, кроме одного (Пукача А.П.) задержаны и арестованы.

…Раскрытие этого преступления стало возможным, в том числе и благодаря высокому профессиональному уровню указанных сотрудников СБУ, которые работали, не считаясь с личным временем, в выходные и праздничные дни.

…Отмечая профессиональное мастерство, инициативу, настойчивость и добросовестное выполнение служебных обязанностей, а также по случаю празднования Дня Службы безопасности Украины, прошу рассмотреть вопрос о поощрении указанных сотрудников СБУ".


24 марта президент Ющенко наградил генерал-майора Владимира Ракитского орденом Богдана Хмельницкого с формулировкой: "за профессионализм в расследовании дела журналиста Георгия Гонгадзе".

А вскоре специальная оперативно-следственная группа СБУ, фактически установившая убийц Гонгадзе, была расформирована, ее руководитель переведен на должность начальника Управления СБУ в Закарпатской области. Логика такого решения – тем более после награждения Ракитского высокой государственной наградой - труднообъяснима.

От расследования отстранили специалистов, все это время "варившихся" в деле, владеющих уникальным массивом информации – не только об обстоятельствах убийства, но и о записях Мельниченко. На их место пришли новые люди, которым предстоит потратить немало времени и сил, дабы войти в курс расследования.

На это уйдет немало времени, что автоматически отсрочит дату завершения расследования и передачу материалов в суд. Ведь и без этого все мыслимые сроки, в том числе названные президентом и генпрокурором, давно минули. Впереди - главный этап работы: выявление заказчика убийства и доказательство его вины.

powered by lun.ua
Монастырь усиленного режима. Что ждет усыпальницу Скоропадских под Шосткой
Новый налог на зарплаты: как правительство меняет правила игры для бизнеса
От Крыма до криминала: репортаж с антиправительственных протестов в Чехии
Фейковое будущее
Все публикации