Большие торги

Вторник, 5 июля 2005, 14:43
Что забыл Мельниченко в Москве – вопрос не праздный. Любое упоминание о таинственных переговорах в Белокаменной, в ходе которых Мельниченко пытался "договориться" с посланцами Кучмы, вызывает болезненную реакцию у тех, кто все еще симпатизирует майору, веря в его честность и альтруизм.

Тем не менее, эта информация подтверждается разными информированными источниками. В июле-октябре 2004 года Мельниченко и Ельяшкевич при посредничестве российских спецслужб вели активные переговоры с Игорем Бакаем о выплате им крупной материальной компенсации в обмен на урегулирование конфликтной ситуации, связанной с кассетным скандалом.


Впервые слухи о том, что майор Мельниченко и его верный спутник Александр Ельяшкевич проводят какие-то важные встречи в Москве, начали распространяться осенью 2004 года. Факт переговоров с представителями тогдашней власти признал Ельяшкевич, отвечая на вопросы в ходе пресс-конференции в Варшаве 19 октября 2004 года.

Тогда Ельяшкевич поделился с журналистами некоторыми подробностями своей встречи с зампредом СБУ Сацюком, однако не уточнил, где именно и по какому поводу состоялось их общение.

В последнее время о поездках Мельниченко в Москву неоднократно упоминали люди Березовского: сотрудники Фонда гражданских свобод Александр Гольдфарб и Юрий Фельштинский, а также экс-полковник ФСБ Александр Литвиненко, получивший убежище в Великобритании. Литвиненко, в частности, утверждал, что Мельниченко демонстрировал ему свои авиабилеты в Москву и хвастался тем, что ему удалось раздобыть там крупную сумму денег.

Информация, полученная из нескольких надежных источников, которые практически не противоречат друг другу, подтверждает: в июле – сентябре 2004 года Мельниченко действительно предпринял попытку торговаться с представителями прежней украинской власти. Переговоры происходили при посредничестве российских спецслужб, а местом их проведения была Москва.

Заметим, что это была уже не первая попытка Мельниченко договориться с Кучмой. И, кажется, на этот раз стремление к достижению какой-то договоренности было у сторон взаимным.

Первые переговоры майора с лицами из окружения Кучмы состоялись во время визита президента Украины в Берлин в феврале 2004 года. Посредником в их проведении выступил Владимир Цвиль – экс-консул Украины в Мюнхене, человек, который в конце 2000 года по просьбе Александра Мороза эвакуировал Мельниченко за границу.

От президентской стороны в тех переговорах участвовали Владимир Ляшко и Сергей Левочкин. Договориться с Мельниченко, однако, не удалось. Более того, Цвиль засветил информацию о факте переговоров в прессе.

Продолжить торги с Мельниченко было решено при посредничестве России. По слухам, такой выбор сделал лично Кучма после того, как окончательно убедился, что убийство Гонгадзе совершено милиционерами (по его же указанию). Вопрос о привлечении к решению "проблемы Мельниченко" российских спецслужб, якобы, согласовался на уровне глав администраций президентов Украины и России – Медведчука и Медведева.

Затем, в июле 2004 года сотрудники Службы внешней разведки России (СВР) установили в США контакты с Мельниченко и Ельяшкевичем и предложили им посреднические услуги в организации новой встречи с представителями президента Украины. Местом проведения переговоров была названа Москва. При этом россияне гарантировали Мельниченко личную безопасность и невыдачу Украине, а также полную конфиденциальность предстоящих переговоров.

Уполномоченным представителем Кучмы на переговорах с Мельниченко и Ельяшкевичем на этот раз стал руководитель ДУСи Игорь Бакай, который был лично знаком с майором еще с лета 2000 года, а с Ельяшкевичем – по совместной депутатской деятельности. Не секрет, что Бакай материально поддерживал Мельниченко во время его работы в службе госохраны.

По нашим данным, первая встреча Бакая с Мельниченко и Ельяшкевичем состоялась 28 августа 2004 года в Москве в гостинице "Россия". На этой встрече, среди прочего, обсуждались условия прекращения публичной активности Мельниченко и Ельяшкевича по распространению записей разговоров Кучмы в обмен на солидную материальную компенсацию.

Переговоры в гостинице "Россия" продолжались четыре часа и завершились на оптимистической ноте: принципиальная договоренность была достигнута, стороны условились встретиться вновь после проведения дополнительных консультаций Бакая с Кучмой.

В тот же день в Москву прибыл тогдашний зампред СБУ Сацюк и попытался вмешаться в переговоры, настаивая на необходимости лично пообщаться с майором. Однако Мельниченко отказался вести с ним какие-либо переговоры, обвинив Сацюка в причастности к попытке своего физического устранения в августе 2003 года. В результате Сацюк ограничился кратковременным общением с Ельяшкевичем.

Известно, что, по возвращении Сацюка из Москвы, СБУ обратилось с официальной просьбой к российским властям о задержание и экстрадиции Мельниченко в Украину. Россияне, однако, это обращение проигнорировали.

Вторая встреча между Мельниченко, Ельяшкевичем и Бакаем состоялась в столице России в середине сентября 2004 года. На ней Мельниченко и Ельяшкевич представили собственный проект соглашения, датированный 14 сетнября 2004 года под названием "Об урегулировании конфликтной ситуации, связанной с так называемым кассетным скандалом". В свою очередь, Бакай привез из Киева задаток в счет предназначенной Мельниченко и Ельяшкевичу "компенсации".

Предложенным договором предусматривалось, что после получения своей доли компенсации, Мельниченко официально зарегистрирует в США торговую марку "Записи майора Мельниченко" и заключит официальное соглашение о передаче прав на нее юридическому лицу, связанному с администрацией президента Украины.

Это позволило бы в дальнейшем путем судебных исков жестко регулировать появление в СМИ различных фрагментов записей Мельниченко и ссылок на них. Одновременно Мельниченко обещал поместить все оригиналы записей и записывающую аппаратуру в сейф в одном из европейских банков.

После выплаты полной суммы компенсации (ее размер был предметом торга, речь шла о миллионах долларов), майор обязался уничтожить эти вещественные доказательства. Кроме того, он обещал убедить эксперта Брюса Кенига не распространять выводы экспертизы, подтверждающие аутентичность фрагментов записей разговоров Кучмы.

Мельниченко также обещал, что, в случае выплаты ему материальной компенсации, вдова Гонгадзе Мирослава откажется от гражданского иска против Кучмы и публично заявит, что не считает его заказчиком убийства супруга при условии, что состоится суд над милиционерами - исполнителями убийства журналиста.

(Разумеется, этот пункт соглашения вызывает самые большие сомнения: по крайней мере, "платящая" сторона должна была получить весомые доказательства того, что Мельниченко в состоянии "организовать" подобное заявление. А он наверняка таких доказательств предоставить не мог).

Обязанностями сторон также предусматривалась выплата материальной компенсации Ельяшкевичу в обмен на его отказ от юридических претензий в адрес Кучмы. Получив деньги, Ельяшкевич обязался сразу же обратиться в следственную комиссию Верховной Рады с официальным заявлением о том, что он снимает вопрос о покушении на его жизнь высшего руководства Украины.

Соглашением предусматривалось также, что, заключив договор с Бакаем, Мельниченко и Ельяшкевич проведут пресс-конференцию для журналистов, содержание которой будет заранее согласовано сторонами.

Для этого была заблаговременно анонсирована пресс-конференция в Варшаве, однако точная дата ее проведения не называлась. Там Мельниченко предполагал сделать заявление о временном прекращении обнародования своих записей:

"У зв’язку з тим, що записи розмов використовуються різними силами для торгівлі та шантажу Кучми, Мельниченко під час передвиборчої кампанії не бачить сенсу у наданні яких би то не було нових фактів, зафіксованих на записах. Хоча на записах є факти, які могли б вказати дійсне обличчя як кандидата від влади так і опозиційних політиків. Такий крок Мельниченко викликаний тим, що він хоче дати можливість забезпечити демократичність проведення виборів і з метою припинення шантажу Кучми із різних боків".

В качестве первоначального взноса в счет выплаты "компенсации" Бакай передал Мельниченко и Ельяшкевичу на двоих 2 млн. долларов наличными. Улетая в Штаты, Мельниченко забрал с собой 100 тысяч, а оставшуюся часть своей доли положил на депозит в одном из банков Москвы.

После отъезда Мельниченко, Ельяшкевич оставался в Москве еще несколько недель, продолжая торг с Бакаем. Однако попытки сторон договориться о размере "компенсации" затянулись и, в конце концов, завершились ничем.

По одной из версий, торги были прерваны после того, как Ельяшкевич огласил полную сумму "компенсации" - 100 млн. долларов и выдвинул дополнительное условие – свои подписи под документом "Об урегулировании конфликтной ситуации, связанной с т.н. кассетным скандалом" должны поставить Путин и Кучма.

Это, по мнению Ельяшкевича, должно было предотвратить "слив" исторического документа в прессу. Такие требования компаньона Мельниченко оказались неприемлемыми для украинской стороны. Объясняя отказ от продолжения переговоров, Бакай заявил Ельяшкевичу, что так распорядился из Киева Медведчук.

Вскоре после этого состоялась неоднократно переносившаяся пресс-конференция в Варшаве (в последний раз ее проведение отложили с четверга 14 октября на вторник 19 октября 2004 года). Известно, что Мельниченко прибыл в Польшу из Вашингтона, а Ельяшкевич – из Москвы.

Запланированной сенсации не состоялось: на встрече с журналистами Мельниченко заявил, что собирается и впредь обнародовать записи, сделанные как в кабинете Кучмы, так и в других интересных помещениях.

Майор продемонстрировал прессе записи разговоров Кучмы, свидетельствующие о фальсификации результатов выборов в 1999 году, которые, впрочем, не вызвали особого интереса в Украине, всецело поглощенной настоящей предвыборной кампанией.

Вышеизложенная информация о переговорах Мельниченко и Ельяшкевича в Москве была получена из украинских источников. По этой естественной причине, она является как минимум неполной. Чем еще занимались в Москве Мельниченко и Ельяшкевич, с кем помимо Бакая и Сацюка встречались, и о чем договаривались - достоверно неизвестно.

Однако практически не вызывает сомнений, что российские спецслужбы воспользовались удобным шансом установить контроль над Мельниченко. По некоторым сведениям, содержательные беседы с майором в Москве проводил один из заместителей шефа ФСБ, а также – люди из руководства СВР.

Достоверно известно, что уже после оранжевой революции и прихода к власти Ющенко, Мельниченко возобновил свои визиты в Москву.

Так, по информации "Украинской правды", совсем недавно, в конце мая 2005 года Мельниченко был замечен в одном из международных аэропортов Москвы.

Как известно, в апреле нынешнего года Мельниченко и Ельяшкевич выступили в эфире российской телекомпании "ТВ-Центр" (программа Караулова "Момент Истины"). Пока подтвердить или опровергнуть информацию о том, что запись этой программы осуществлялась в столице России, не удалось – продюсеры программы хранят по этому поводу тайну.

Вопрос о том, с кем еще помимо журналистов встречается Мельниченко в Москве, и какие новые переговоры ведет там, остается открытым. Как и ответ на вопрос: не связан ли с этими обстоятельствами отказ Мельниченко официально свидетельствовать по делу Гонгадзе украинским правоохранителям.

Информация о визитах Мельниченко в Москву хорошо известна руководству СБУ, однако там считают нецелесообразным ее комментировать. Так, на одной из пресс-конференций Турчинов уклонился от обсуждения этой темы, заявив, что "СБУ не следит за гражданами Украины".

Известно, что в конце апреля Турчинов лично встречался с Мельниченко в Вашингтоне и якобы договорился о том, что майор даст свидетельские показания ФБР. С тех пор, по сведениям автора, шеф СБУ неоднократно общался с Мельниченко по телефону, убеждая того выполнить свое обещание.

Позицию руководителя СБУ можно понять, однако сложно надеяться на позитивный результат таких усилий, учитывая то, что все предыдущие попытки склонить Мельниченко к сотрудничеству со следствием, предпринимаемые, в том числе лично президентом Украины, завершились безрезультатно.

Резюмируем: шансы на то, что майор даст обстоятельные показания ФБР, представляются крайне невысокими. В лучшем случае Мельниченко вместо ответов на конкретные вопросы Генпрокуратуры ограничится очередными политическими заявлениями.

В худшем – вообще откажется давать показания и станет выдвигать новые условия. Например, заявит, что будет свидетельствовать ФБР только в том случае, если в Украине возбудят уголовное дело против Кучмы. В общем, в Москве найдут, что посоветовать несостоявшемуся герою Украины…

Что в таком случае предпримет шеф СБУ – один из немногих представителей украинской власти, кто сегодня поддерживает контакт с Мельниченко? Сделает вид, что искреннему стремлению Мельниченко свидетельствовать против Кучмы в очередной раз помешали "злые силы"? Не проще ли уже сейчас признать правду о связях Мельниченко с российскими спецслужбами?

Тем более, что по данным наших источников, надежные доказательства пребывания Мельниченко в Москве существуют и находятся в распоряжении тех, кто инициировал и организовывал переговоры в Белокаменной.

В частности, речь идет о фотографиях, сделанных осенью 2004 года, на которых Мельниченко с Ельяшкевичем запечатлены на Красной площади. Эти снимки могут быть обнародованы в нужный момент, чтобы окончательно дискредитировать Мельниченко, а заодно – продемонстрировать бессилие представителей новой украинской власти, неспособных поставить точку в кассетном скандале.



powered by lun.ua
Главное на Украинской правде
Подпишитесь на наши уведомления!