Новый политсезон: старые исполнители в новых ролях

0 просмотров
Вадим Карасев, для УП
Среда, 6 сентября 2006, 15:12
Новый политический сезон снова вывел на первый план вопрос касательно распределения ролей, который еще не закончен: если с оппозицией все понятно, то относительно власти такой четкости нет.

Если Партия регионов – это партия власти, то "партия чего" в таком случае, например, "Наша Украина"?

Очевиден факт, что после политреформы в результате политических побед уже никто и никогда в Украине не сможет получить все в смысле власти - но не оппозиции.

В Украине сейчас есть фактическая монополия на оппозицию, но нет монополии на власть.

На днях будет решено, войдет ли НУ в широкую коалицию и каким будет формат взаимоотношений между антикризисной коалицией (АК) и НУ. И этот вопрос будет решаться в соответствии с тем, насколько это будет выгодно Ющенко.

Что получает президент в случае, если НУ таки войдет в широкую коалицию, даже на условиях "предыдущих консультаций" между блоком "Наша Украина" и Партией регионов, но при участии КПУ?

НУ становится "партией власти" - хотя объективно и была такой, представляя интересы президента, присутствие министров в правительстве получает формальную правовую подпочву.

Но президент и его партия разделяет с другими участниками коалициады весь груз ответственности за решение сложных социально-экономических, энергетических и внешнеполитических вопросов.

Президент становится существенно ограниченным в смысле выполнения своих контрольных функций – ведь именно в АК, на базе которой может быть созданная коалиция национального единства, сосредоточенна основная масса вызовов и опасностей, которые являются компетенцией Ющенко.

Сама же НУ "растворяется" в коалиции, окончательно теряя электоральную ценность и перспективу. Чем в таком случае могут быть компенсированы эти минусы, и почему президент все-таки настаивает на вхождении НУ в коалицию?

Не исключено, что определенная ставка делается на то, что создание широкой коалиции - это полная политическая изоляция БЮТ.

Властью в таком случае становится львиная доля политического спектра – в ней есть и национал-демократы, и либералы, и большой капитал (большей частью), и левые социал-популисты.

Если при этом учитывать активность УНП и других в создании правого проекта, или "альтернативной оппозиции", то можно говорить о воспроизведении всего спектра политических партий и актеров (власть/оппозиция), но без БЮТ.

Фактически, это разрушение модели "двопартийности мировоззрений", которую будет стараться внедрить БЮТ, переходя в оппозицию.

Очевидно, что НУ уже не может рассматриваться президентом как электоральная ставка, она теперь может быть административным, парламентским инструментом.

Основная задача – выгодно "разменять" этот проект на властное влияние сейчас. Ставка 2009 будет, очевидно, не на НУ, а на "политический фронт поддержки президента Ющенко".

Для Партии регионов сейчас наступает этап проверки вынужденного политического "союза труда и капитала" на жизнеспособность. ПР имеет собственную коалицию, вполне функциональную с арифметической и правовой точки зрения.

Но она осознает неизбежный конфликт с левыми во время неотвратимых социально непопулярных шагов, направленных на лоббизм интересов экспортно-ориентированого капитала.

"Наша Украина" может стать тем противовесом левым, в который требуется в ПР, в свою очередь, левые – противовесом для чересчур западно-ориентированой НУ.

Такая конфигурация уже создавала бы определенную систему противовесов и сдерживаний, в которой именно ПР выступала бы в роли модератора внутрикоалиционных процессов, играя на идеологических и политических противоречиях партнеров.

Однако, сначала сделав "рывок во власть" с помощью социалистов, а потом включившись в президентскую "универсалиаду", ПР попала в непростую ситуацию.

Можно по-разному оценивать юридическую и политическую ценность Универсала и его эффективность в качестве механизма сдерживания ПР, однако объективно "регионалы" попали в электоральную ловушку.

Взяв на себя большинство ответственности за экономику и "социалку" и проводя, мягко говоря, "несоциальную политику", ПР становится объектом для объективного критического огня со стороны БЮТ.

А бывшие "партнеры" по бело-голубому лагерю - в первую очередь, ПСПУ - уже сейчас начали активно "пастись" на электоральном поле регионалов, оттягивая антинатовские, русско-культурные и антизападные группы.

Еще одна проблема ПР – это глубокий конфликт с гражданским обществом, которое так и не нивелировалось с 2004 года. А это, прежде всего, масс-медиа и медийные элиты.

По логике ПР, вслед за социально непопулярными шагами и принятием откровенно лоббистских решений, должен был бы включиться админресурс, что невозможно в условиях свободных медиа и более-менее объективной информированности населения.

И даже при условии широкой кадрово-административной экспансии ПР главным вызовом для нее становится всесторонняя девальвация партийного электорального мифа.

Очевидно, учитывая это, регионалы будут стараться создать "демократический" фасад партии, приводя в публичную плоскость группы "умеренных". Тогда как сферой деятельности "ястребов" станет "отбивание" интересов в экономике.

Проблема же левых состоит в том, что они будут вынуждены постановлять антисоциальный бюджет, и вообще во многом либерализоваться.

И несмотря на то, что между "идеологической чистотой" и властью выбор уже сделан, каждый непопулярный шаг популистов будет бить по их и по без того шаткому электоральному положению.

Оппозиция, которая немного отошла в тень на протяжении сезона отпусков, на сегодня сталкивается с проблемой удержания фокуса общественного внимания. Теперь БЮТ имеет дело не со спринтерским предвыборным забегом, а с трехлетним оппозиционным марафоном.

Вдобавок, ставка на досрочные выборы уже проиграна. Только БЮТ и ряд внепарламентских лузеров объективно заинтересованы в этом. Партии, которые представляют власть, такой заинтересованности не имеют. Формально для новых выборов нет правовых и юридических поводов.

Очевидно также, что значительная часть общества, уставшая от избирательных гонок и лишенная политической энергетики, переориентируется с революционных на новые - пост-электоральные - ценности: социально-экономическая определенность, политическая стабилизация, общественные свободы.

Если новая власть будет способна удачно манипулировать с данными ценностными категориями и возьмет "контроль над ситуацией" в данных направлениях, то оппозиционная критика может быть сведена к "политически раздражающим" для общества факторам, вытесненным в сторону общественно невостребованного ньюзмейкера.

Поэтому уже сегодня для БЮТ очерчиваются риски политической изоляции и даже электоральной маргинализации. Претензии блока на оппозиционную монополию - которая пока что является фактом - имеют несколько завышенные ожидания в контексте перспектив.

Есть смысл говорить о потенциальной альтер-оппозиции, которую могут составить политические силы национал-демократического направления. Скорее всего именно с данным альтер-оппозиционным проектом БЮТ столкнется на конкурентном политическом поле.

Но у блока есть все шансы предложить обществу модель двопартийности за счет принятия закона об оппозиции. То есть БЮТ будет позиционировать себя как классическая парламентская "оппозиция, которая скоро станет властью" по принципу властной циркуляции.

В таком случае оппозиция может презентовать все соответствующие атрибуты власти, в том числе "теневой Кабмин", обновленный кадровый регистр, пакет национальных проектов. На сегодня блоку невыгодно атаковать президента и настраивать его на более тесное сотрудничество с Партией регионов.

Как бы там не было, но президент - это последняя преграда на пути кадровой и политико-экономической экспансии ПР. Юлия Тимошенко понимает, что следующей "жертвой" после президента станет именно ее блок.

В то же время, если экспансия ПР будет сохранять "бульдозерную стилистику", то через три года в обществе может снова появиться запрос на политическое обновление. У БЮТа есть шансы его задействовать.

Спикер Александр Мороз навязчиво представляет себя как стабилизатор нового парламента. Пока что остается открытым вопрос: сможет ли он играть роль посредника между НУ и ПР.

Но насколько ему удастся стать объединителем парламента и спикером и власти, и оппозиции - покажет время и характер непосредственных отношений между переговорщиками от НУ и ПР.

Очевидно, что Мороз будет стараться сделать инсталляцию парламентаризма в Украине миссией своего спикерства. Но его положения довольно шаткое – он полностью коалиционно зависим и является "спикером от исполнительной власти".

Едва ли он сможет эффективно играть на две руки, то есть опираться и на оппозицию. Кроме того, конъюнктура политреформы может измениться ближе к 2009 году, и Мороз в тандеме с КПУ при определенных условиях может остаться чуть ли не единственным адептом дальнейшей парламентаризации страны.

Очевидно, что новая власть - в первую очередь умеренное бизнес-крыло ПР - на протяжении своей политической каденции будет стараться постепенно сформировать комфортную для себя политическую схему: Ющенко – идеолог, Янукович – политический премьер, Азаров – финансист-исполнитель.

И политическая ставка ПР в 2009 году будет зависеть от того, насколько такая модель будет жизнеспособной.

Союз Ющенко-Янукович выглядит противоречиво, естественной является конкурентная логика такого политического тандема. Такой "двойной" лидер идеологически само-нивелируется и вызовет электоральное подозрение.

Скорее всего, нынешний президент будет козырем легитимизации "регионалов" в западном внешнеполитическом направлении.

Но, постепенно получая выход на Запад, "регионалы" будут стараться девальвировать президентский ресурс и получить определенную независимость от него в диалоге с Западом.



powered by lun.ua
Российский политолог Морозов: Порошенко был гвоздем в ботинке у Путина
В подвешенном состоянии: что происходит с рынком недвижимости Киева
Операция "Запад". Перевыполнение плана из депортаций украинцев
В поисках главного донора: кто больше всего помог Украине деньгами
Все публикации