Подневольное ТВ (записки медиабаера)

Вторник, 6 ноября 2007, 13:45
Заспанные украинские телевизионщики проснулись, протерли глаза и бросились раскаиваться... Сериал "выборы" вроде закончился, все сливки вроде уже сняты... Как и в 2004 году на Майдане телевизионщики снова решили повторить "финт ушами" (имеются в виду уши аудитории), покаяться за "джинсу", а потом ее резко осудить. После этого якобы должно быть очищение, прощение, нирвана...

Во время выборов 2006 года мне посчастливилось заглянуть в зазеркалье ТВ. Я тогда работал в одном из технологических штабов медиабаером с украинскими телеканалами. После некоторых сомнений "Как же это так – платить своим бывшим коллегам?", меня одолел журналистско-спортивный интерес "А кто все-таки берет? И сколько?".

Увиденное поразило. За какую-то пару месяцев, одолевая пробки и погодные условия, мои карманы перевезли в жернова отечественного ТВ пару сотен тысяч долларов. Как выяснилось, если ты ориентируешься в отечественном ТВ, то работа медиабаером довольно проста, так как деньги берут, как оказалось, практически все. Если кто-то и не берет, то быстро находится тот, кто их берет.

Я начинал с шеф-редакторов. Как правило, они имеют полномочия от менеджмента вести соответствующие переговоры, называть суммы и получать деньги. К "чести" коллег, они не завышают цифры ради собственной выгоды – рынок небольшой, поэтому любые обманы, в конце концов, становятся явными, а это стопроцентное прощание с работой и пожизненный волчий билет на всех телеканалах.

Очевидно, что руководители служб новостей получают от таких "джинсовых" денег свои проценты, так как заинтересованы замыкать долгосрочных клиентов на себя. Кстати, некоторые шеф-редакторы во время кампаний могут получать дополнительную ставку от какого-либо штаба.

Суммы, которые назывались шеф-редакторами, были разные. Первая пятерка самых рейтинговых каналов начиналась от 5 тысяч за сюжет, УВМЗ (устно+видео+синхрон) - приблизительно 2,5. Менее рейтинговые каналы просили на порядок меньше. Гостевые форматы оплачивались по отдельному тарифу.

Если не удавалось заинтересовать темой сотрудничества ни топ-менеджера, ни шеф-редактора (и такое бывает), то следующий объект для вербовки – репортеры, они же корреспонденты, они же журналисты (кто как себя называет).

Эти люди, как правило, и не догадывались, какие суммы гуляют на рынке, поэтому запросы у них намного скромнее – каких-то несколько сотен. Но в таком случае гарантии мизерные, тем более, если перед этим уже старался найти общий язык с главным редактором – теперь он будет пасти "твою" политсилу до конца кампании. Если все же получится протолкнуть какое-то сообщение через репортера, то не больше одного раза за кампанию.

Есть еще один вариант выхода на ТВ – при помощи пиар-компании. Но это в крайнем случае, если твои возможности, как медиабаера, уже исчерпаны.

Как-то пришлось обратиться в чрезвычайно известную киевскую фирму. Поскольку речь шла о большой сумме (а они брали только наперед), то пиарщики были готовы давать любые гарантии – расписки, паспорта... Я так подозреваю, если бы мы попросили оставить кого-то из их работников на пару дней, они бы и на это согласились ...

О различии между суммами субъектов медиабаинга свидетельствует пример одного из самых рейтинговых телеканалов. Например, на выборах 2006 года довольно известный "журналист" брал за комментарий в сюжет (или озвучивал нужную информацию под соусом "сбалансированности") до 800 долларов. Через работников канала такая услуга стоила до 15 000, а через пиар-агентство от 20 000.

А один из каналов решил не размениваться по мелочам, поэтому предложение было централизованным и одинаковым для всех – за последние два месяца избирательной кампании "пакет лояльности" стоил полтора миллиона долларов. В этот "пакет лояльности" входило информационное сопровождение, а, в случае негатива – тотальное замалчивание, или предоставление обоснованного оправдания по желанию клиента.

Гипотетически возможен вариант, когда политик дружит с руководителем канала и просит лично разместить какую-либо информацию. Но такая услуга возможна максимум один раз. Даже самые лучшие друзья во время выборов переходят на сугубо прагматические взаимоотношения "деньги-информприсутствие-деньги".

Таким образом, в общем, "джинса" - это вопрос взаимоотношений. Для кого-то – это указание с Банковой, для кого-то – линия партии (или собственника-партийца), для кого-то – эквивалентная сумма в долларах. Кстати, такой денежной единицы как гривна, для телевизионщиков не существует.

Известно, что наши телевизионные новостейщики - очень творческие люди. Поэтому такие журналистские стандарты, как "доступность", "простота", "оперативность", в первую очередь хорошо прижились к "баблу".

Когда шеф-редактор, или топ-менеджер говорит "пять" – это 5 000 долларов – и доступно, и просто. Эти "пять" надо привезти или вперед или же сразу после выпуска новостей. Это – оперативно.

Во время кампании этого года я уже не работал медиабаером, но внимательно анализировал медийное пространство. Была ли "джинса" в этом году? Еще и какая!

Изменились журналисты, изменились ведущие, изменились декорации, а кукловоды остались старые. Впрочем, об этом подробно уже писали. Беспокоит то, что телевизионное содержание (как программные сетки, так и творческий потенциал) в который раз демонстрирует свое полное несоответствие запросам зрителей. Журналисты словно едят из той же миски, но в прошлом году левой рукой, в этом году – правой. Будто что-то изменилось, а баланда та же.

6 ноября телевизионные журналисты посыпают голову пеплом и проводят громкую акцию против "джинси". Явно, что это своеобразный акт самоуспокоения. Его хотели провести еще во время завершения выборов, но что-то не вышло, поэтому наверстывают сейчас.

Когда телевизионщики делают пиар-акцию, они манипулируют людьми, так как навязывают то, что людей точно не интересует. Никого в городах и селах не интересует ни "джинса" ни "раскаяние" "журналистов". Действительность каждый день выдвигает все более тяжелые и новые условия для выживания.

Актуальных тем очень много: тотальное уничтожение культуры из-за закона о госбюджете-2007, когда договора на аренду всех помещений укладывают по конкурсу, вследствие чего вылетают на улицу книжные магазины, библиотеки, музеи и т. п.; катастрофическая экология и полная социальная безответственность бизнеса; искусственное завышение цен на все продовольствие посредством посредников.

Но для ТВ это "не формат", так как у каждого канала есть свой владелец. А у каждого владельца есть свои интересы.

Припоминается, как в 2002 году в отечественном ТВ пространстве произошел малозаметный для постороннего глаза надлом. Тогдашняя и государственная и коммерческая телевизионная система, напуганная первыми слушаниями о свободе слова и восстаниями журналистов против цензуры, создала ряд предохранителей.

Одним из них стало замораживание зарплат полевых корреспондентов, вследствие чего опытные с большей оперативной памятью вынуждены были искать более достойную работу – либо в пиаре, либо еще где-то. Рынок быстро насытился непритязательными студентами, или десятки раз проверенными конформистами.

Эти люди - приятные собеседники и за чашкой чая готовы пламенно защищать все. Но на большее смелости не хватает, так как каждый из них понимает, что такое "не формат" и подсознательно представляет, где может оказаться в случае сопротивления. И только тогда, когда сможет договориться о переходе на другой канал, расправляет плечи...

P.S. После публикации в УП позвонил по телефону главный новостийщик канала СТБ Алексей Мустафин. По его словам, телеканал СТБ ни в кампании 2006, ни во время выборов 2007-го года не размещал в новостях сюжеты за деньги. "Это наша принципиальная позиция, и Александр Пиддубный хорошо об этом знает", добавил он.

Александр Пиддубный, фрилансер, для УП



powered by lun.ua
Главное на Украинской правде
Подпишитесь на наши уведомления!