С днем "щелкопера", вас, коллеги!

Пятница, 6 июня 2008, 18:03

"Щелкопёр" – тот, кто бездарно занимается сочинительством, журналистикой; бумагомарака, писака.

В частности...

Как только я собрался постебаться по поводу беспомощности региональной украинской прессы на примере харьковского медийного болота, как неожиданно обнаружил, что эта тема доняла не меня одного.

Харьковский журналист Виктор Чистилин разошелся статьей, к которой сложно что-то добавить. Но все-таки попробую...

Говорят, что харьковчане не любят читать прессу. Мол, прочитали в свое время Булгакова, и с тех пор руководствуются советом профессора Преображенского о вреде чтения газет для аппетита.

Но, здесь надо уточнить – не читают мои земляки исключительно местные газеты. Как и не смотрят продукцию (если это можно так назвать) местных телевизионщиков, а из всего радио традиционно отдают предпочтение злосчастному "шансону".

Прав Чистилин – были времена, были люди – настоящие акулы пэра, да и некоторые издания или телепрограммы составляли конкуренцию не только киевским, но и московским аналогам.

Покойный Саша Кривенко, тогда еще редактор знаменитого "Поступа" даже на пальцах рук доказывал мне, почему и как быстро Харьков должен стать второй медийной столицей Украины, обогнав в этом направлении Львов. Но, как говорится, "плыли, плыли, а на березе вс***...".

А произошла эта желудочная неприятность в первую очередь по вине самих журналистов. Да, мы действительно когда-то были дружными и уважали определенную корпоративность. И когда в начале 90-х на четыре года посадили за решетку нашего коллегу Александра Волосова, пусть и через два года, но не без нашего участия, его все-таки удалось вытянуть с зоны.

А сегодня мы молчим, когда Сергей Стороженко, который в свое время Сашу посадил, спокойно работает вице-губернатором при Арсении Авакове, который, как бывший медиа-магнат, пропагандирует себя пылким другом журналистов.

И сегодня мы прощаем пощечину, которую фактически дали всем нам, когда депутат Шенцев отлупил фотокора Авдошина. Молчим, когда наших же коллег бросают в фонтаны и лишают аккредитации.

Терпеливо выслушиваем поучения мэра Добкина, или с ужасом наблюдаем, как криминальный секретарь Гепа устраивает публичную взбучку, как вожатый пионеру в коротеньких штанишках, одному из метров харьковской журналистики Маслову.

Можно долго болтать о разноцветной власти, подавляющей свободу слова на Харьковщине – но это сущность любой власти. Можно жаловаться на жлобство хозяев СМИ, и на ту беспардонность, с которой они вмешиваются в редакционную политику – но ведь это природа нуворишей.

А природа журналиста – быть в постоянной оппозиции к власти, а политически быть немного леваком, то есть контрапупить и власть, и олигархов.

А мы даже свои шкурные интересы в свое время отстоять не смогли (как это сделали киевские или чуть позже львовские журналисты), не добившись тем самым хоть какой-то личной финансовой независимости.

А все началось в середине 90-х, когда мы не смогли сломать сговор и фактическое "крисятничество" главных редакторов харьковских СМИ. Помните, когда можно было ходить по кругу с редакции в редакцию, но больше $30-50 в месяц вам никто не предлагал.

И это в то время, когда главреды с приближенными, а иногда и с хозяевами изданий, могли позволить себе почти каждый вечер пьянствовать в дорогих ресторанах, или зависать с девочками в саунах (привет "Харьковским губернским вестям").

А мы, зная все это, шушукались по редакционным курилкам, соглашаясь на предлагаемые полсотни. Но ни у одного не возникло желания, объединиться, и, устроив акции протеста, обструкции и бойкота, сломать этот ложный круг.

И что прикажете делать сегодня? А все сначала: начать долбить власть любого цвета, своеволие олигархов, объявить войну, пусть для начала не корпоративную, но хотя бы свою личную, главредам, и их хозяевам, и быть готовым, если ты считаешь себя журналистом, а не писакой, подиссидентствовать.

Мне могут возразить, мол, выбросят же с работы, а жить же и семьи с детьми кормить за что? Можно было бы обычно сослаться на опыт диссидентов совкового периода с их андеграундными кочегарками. Но мы, слава Господу, уже не при совке.

Найти работу того же оператора котельной, или сторожа, или охранника – не проблема. Во всяком случае, на прокорм хватит. И долгими "зимними вечерами" одолевать киевские медийные бастионы, или крапать "нетленку" – кто вам мешает?

Одна моя давняя знакомая, сделала круче. Устав сволочитися с редакторами из-за оплаты ее трудов, она пошла в посудомойки на сутки-трое. А в свободное время писала. Сегодня она желаемыйавтор многих гламурных киевских изданий, а на посудомойные галеры возвращается время от времени, чтобы обогатиться новыми впечатлениями для очередного материала.

Могу поделиться собственным опытом. Лет десять назад я сам себе поставил ультиматум – меньше чем за киевскую журналистскую "минималку" (хоть гонорарную, хоть окладную) с харьковскими СМИ не сотрудничаю.

Не сотрудничаю до сих пор.

Когда стало очень тяжело, вспомнил свою первую геологическую профессию, да и подался на сезон в дебри тайги. Заработанного хватило на год безбедного существования и творческих экспериментов.

Процедура повторялась лет пять. Когда же эта синекура закончилась, подался в село, вывесил спутниковую тарелку, обзавелся хозяйством, и в свободное от выпаса гусей время, зарабатываю на хлеб насущный, время вот времени печатаясь в киевских и других не харьковских изданиях.

И при этом не перед кем не унижаясь, и ни у кого ничего не выпрашивая, пишу о том, о чем и как считаю нужным.

Впрочем, давать советы дело неблагодарное. Каждый должен решать, что и как делать сам для себя. Но я знаю что и как делать нельзя: не прогибайся, не будь "щелкопером", а будь журналистом!

Вообще...

Если Украина за годы независимости что-то существенное и получила в сфере гражданских прав, так это свободу слова.

И хотя здесь у нас многое далеко от идеала, но, даже очень придирчивые и привередливые, когда речь идет о нарушении прав человека на получение и распространение информации, американцы констатируют: на пространствах СНГ в Украине дела со свободой слова выглядят лучше всего.

Но заслуга государственных отечественных институтов в этом минимальна. Относительный разгул свободы слова у нас стал возможным исключительно благодаря самим журналистам, оппозиционным политическим силам, опальным олигархам, Интернету.

И, главное, из-за недостаточной деспотичности самого государства, которое, возможно, опасаясь драконовских санкций со стороны Запада, ничего более жесткого чем "темники", в смысле цензуры, так и не рискнуло внедрить в свои отношения со СМИ.

Но утешаться тем, что Госдеп США не отмечает в Украине "политических преследований или давления со стороны государственных органов на СМИ", не следует. Да, у нас около двух лет нет "темников".

Немного больше, Бог миловал, не убивали журналистов, да и о скандальных закрытиях каких-то известных СМИ с использованием налогово-судебных рычагов будто ничего слышно не было.

Но, вспоминая высказывание того же Ющенко "о продажных журналистах", или поучения Мороза, который предлагал отечественным СМИ поучиться свободе слова у российских коллег (которые, к слову, давно забыли, что это такое)...

Или закрытие на УТ-1 программы "Толока", или законопроект Анны Герман, который обязывал бы все без исключения отечественные СМИ стать рупором ВР...

Или постоянные попытки СБУ и МВД надеть намордник на инет-издания, или избиение депутатом-регионалом Калашниковым журналистки СТБ, или аналогичного действия его коллеги по фракции Шенцева по отношению к харьковскому фотокору Авдошину, то понимаешь: государственные деятели как и раньше стремятся загнать писак в стойло.

Размышлять и дискутировать о том, как с такими посягательствами бороться, мне кажется можно до бесконечности. Но, по моему глубокому убеждению, главная преграда на пути дальнейшего развития свободы слова в Украине - ее Конституция.

Точнее заключительное предложение статьи 34, которая начинается со слов "Осуществление этих прав может быть ограничено...".

Если это положение будет исключено из Основного закона, то первые два предложения вполне могут обеспечить не только свободу слова в Украине, но и необратимость этого – одного из главнейших – достояний украинской демократии.

Разумеется, вносить изменения в Конституцию могут только депутаты ВР. Но сначала надо хотя бы проявить инициативу, начать дискуссию, бросить в массы саму эту идею. И здесь первое слово должны сказать журналисты.

А политическая сила, которая поддержит такие начинания, безусловно, получит поддержку практически всех действительно независимых СМИ. Что сейчас дорого стоит.

А вы, как считаете, коллеги?

Валерий Семиволос, Харьков, для УП



powered by lun.ua
Главное на Украинской правде