Сами себе враги

48 просмотров
Пятница, 07 мая 2010, 17:19
Ольга Червакова
парламентский корреспондент СТБ

В своей жизни я пережила не один десяток журналистских революций. Каждая новая была хуже предыдущей. Но всех их объединяло две вещи: во-первых, журналисты всегда слабо понимали, чего они хотят; во-вторых, из-за этого всегда находились политики, которые с радостью использовали хаос в головах свободной прессы. 

Когда вчера Анна Герман пошла вести беседы с коллективом ТСН, я понимаю, зачем это нужно было ей.

Анне Николаевне, вероятно, очень некомфортно в статусе "врага прессы номер 4", которым ее наделил один из последних рейтингов, она хочет продемонстрировать деятельность по защите свободы слова.

А вот зачем журналистам ТСН было встречаться с замом главы АП, когда в письме они весь свой гнев направили на гендиректора своего же телеканала - непонятно.

Единственное, чего добились журналисты - теперь Герман может всем говорить: "ходила, разобралась в ситуации, пообещала содействие".

На самом деле если кто-то и является настоящим врагом прессы, то это - сама пресса. Большинство аргументов, высказываемых журналистами в борьбе с давлением власти, в реальности либо являются просто эмоциями, либо вообще летят мимо цели.

Вчера и сегодня вышли открытые письма журналистов двух редакций - 1+1 и СТБ. Оба - о цензуре в СМИ. Моей подписи нет ни под одним, ни под другим. Не потому что я считаю, что цензура - это хорошо. А потому что коль журналисты берутся по-взрослому бороться с чиновниками, заявляя, что они власть, то и методы должны быть взрослыми.

Журналисты ТСН заявляют: свидетельство цензуры - то, что "окончательное решение относительно выхода материала в эфир принимается не редактором выпуска, а Генеральным директором 1+1".

Оппоненты, стремящиеся все формализовать, тут же спрашивают: "И что? Субординация - это внутреннее дело редакции, пусть ваш Гендиректор хоть пол моет. Где доказательства цензуры со стороны власти?". Так оно и произошло: Герман сказала, что не нашла источника цензуры и ушла победителем. Даже не явилась на вторую встречу: из этого журналистского протеста всю пользу для себя она уже извлекла...

То, что произошло - это холостой выстрел. Это даже не штанга со стороны моих коллег, а гол в свои ворота! 

Знаете, что будет потом? Будет, как в сказке про франзузского мальчика, который кричал "волки, волки". Когда действительно придут волки, начнутся настоящие проблемы, будут доказательства, никто не поспешит на помощь. Скажут, мол, собралась кучка истериков... 

Наши аргументы - непродуманны и инфантильны, а позиция - непоследовательна. Как можем мы, журналисты, требовать чего-то от политиков, если сами не в состоянии жить в системе тех социальных ценностей, которые мы же декларируем? Читаю заголовок новостей: "Коллектив ТСН хоче говорити з Герман без преси". Хороши борцы за открытость! 

Украинской журналистике пора взрослеть и выработать настоящие, железобетонные критерии того, что такое цензура, и как правильно доказать сворачивание демократии. А также - что делать, чтобы ни одному чиновнику даже не пришло в голову "указывать журналисту перстом", как говорил Ющенко, что и как надо писать.

Наступление на демократию - это даже не то, что премьер-министр соседней страны приезжает в Украину и говорит, что "за такие деньги я бы съел вашего президента".

Мы все знаем, кто такой Путин, и что Россия - дикая страна. Наступление на демократию - это то, что ни один украинский журналист, который это слышал и записывал, не поправил интервьюируемого, и не сказал: "Владимир Владимирович, в нашей стране не принято есть президента, мы его не для этого выбирали, вас обязательно накормят". Это была бы гражданская позиция. Но, к сожалению, рядом с Путиным тогда не оказалось ни одного взрослого журналиста.

Наступление на демократию - это когда Янукович говорит журналисту "Украинской правды" "не болтай языком". Наступление на демократию - это когда руководитель Аппарата Верховной Рады не отвечает на письменные запросы телеканала. Что прямо противоречит закону. Просто не отвечает, без всяких причин.

Наступление на демократию - это система аккредитации в Кабмин, когда журналисты, аккредитованные по специальному списку, должны носить с собой, кроме редакционного удостоверения, еще и паспорт. Иначе не пустят.

Наступление на демократию - это когда Юлия Тимошенко во время пресс-конференции в Кабмине говорит журналистам, что они не должны выключать камеру: "я знаю ви її вимкнули, бо коли камера працює, там горить червона лампочка".

Наступление на демократию - это когда один из топовых депутатов Партии Регионов говорит: "И я тогда так строго сказал Пинчуку "Викор, почему на твоем канале показывают, как на нашей сцене на митинге стоит и машет флагом какая-то тётка в колготках старой проститутки?". Наступление на демократию - это то, что вообще стал возможен такой диалог. Равно как и то, что депутат потом этим хвастается. 

Но никого из журналистов это не беспокоит. Их беспокоит цензура вообще...

Справедливости ради скажу, что во всех последних заявлениях есть рациональное зерно. В заявлении СТБ, в отличие от 1+1, даже есть факты, и я лично знаю: если отставить эмоции, большинство их них - правда. Но о чем эти факты могут свидетельствовать?

Я часто цитирую выдержку из статьи Сергея Рахманина в "Зеркале недели" о "триумфальном" шествии новой власти: "массовых изнасилований по всей стране не произошло только потому, что выстроилась огромная очередь готовых отдаться добровольно".

Разразившийся скандал свидетельствует не о цензуре. А о том, что топ-менеджеры каналов "как-то вдруг" стали заодно с властью. А значит - водораздел "свой - чужой" проходит не ЗА турникетом телеканала, а ВНУТРИ редакции. И борьба должна происходить не с мифическими бесами во власти, а с конкретными СВОИМИ начальниками внутри корпорации. Не посредством вбрасывания заявлений в публичную плоскость, а системным диалогом с менеджерами, и если надо - с собственниками. Которые ведут себя по принципу героя "украинского поэта" Чехова, который всё боялся, "как бы чего не вышло".

Но системного диалога не происходит. Потому что выпустить пар - проще, бороться с начальниками - опасно. А диалог - это труд. Интеллектуальный и эмоциональный. А всем лень.

Получается роковой дуализм: те, кто больше всех говорят, пишут, и даже кричат о свободе слова, на самом деле выхолащивают эту тему. Вместо предметного разговора получается высокоинтеллектуальная дискуссия на тему "кто козел?".

Проекта решения проблемы свободы слова в стране - как не было, так и нет. А политики как использовали нас в своих интересах, так и продолжают. И в этом никто не виноват, кроме нас самих.

Реклама:
Уважаемые читатели, просим соблюдать Правила комментирования
Реклама:
Информационная изоляция Донбасса или Еще один "грех" Facebook
Почему невозможно таргетировать рекламу в соцсетях по всей Украине (укр.).
̶Н̶е̶ для прессы. Почему Раде следует восстановить прозрачность
Как Банковая планирует дальше блокировать назначение Клименко руководителем САП
Руководство страны может попытаться использовать ручную комиссию сейчас, затянув назначение Клименко на несколько месяцев и переиграть уже даже утвержденные результаты (укр.).
Кредиты и ипотека во время войны
Как государство поддерживает тех, у кого есть кредиты в банках и что делать, чтобы не допустить массового банкротства после войны? (укр.)
Зеленое восстановление транспорта: удобно для людей
Какие принципы следует учесть при восстановлении городов, чтобы улучшить систему общественного транспорта? (укр.)
Запустите малую приватизацию в условиях войны. Что для этого нужно?
Зачем возобновлять процесс приватизации во время войны? (укр.)
Оккупанты воруют украинское зерно: поименный список мародеров
Кто помогает вывозить и какие компании покупают у россиян украденное украинское зерно? (укр.)