Сергей Головатый: Сейчас президент авторитарный. Но после изменения Конституции по Медведчуку президент станет абсурдным

Четверг, 4 сентября 2003, 14:23
Один из авторов действующей Конституции Сергей Головатый не называет нынешний Основной закон совершенным. Но изменения, наработанные Медведчуком, Морозом и Симоненко, нарываются на нещадную критику депутата-экс-министра юстиции.

В интервью "Украинской правде" Головатый не оставил камня на камне от проекта изменений к Конституции, который появился на свет в результате переговоров власти и лидеров левой оппозиции.


- Учитывая, что вы являетесь сторонником реформы политической системы Украины, как вы оцениваете последние наработки группы Медведчук-Мороз-Симоненко в преобразовании Украины в парламентскую республику? Известно, что хотя законопроект еще не зарегистрирован, он циркулирует среди депутатов.

- Прежде всего, хочу отметить, что это нельзя называть политической реформой (выделение Головатого – УП), как это делают многие политики и журналисты. Данный процесс внесения изменений в Конституцию имеет отношение только к реформе институтов государственной власти или же иными словами – реформе системы государственного управления.

Само же государство действительно является институтом политической системы общества, одним из множества его элементов. Поэтому те, кто ведет речь о "политреформе", просто демонстрируют свой образовательный и профессиональный уровень знаний. И уже по этому можно судить, насколько эти люди вообще понимают "что они творят".

Я смотрю на все это сквозь призму двух определяющих для меня вещей. Во-первых, уже существующих стандартов в Европе. И во-вторых, – внедрения этих стандартов в Конституцию, и соответственно, в законы Украины.

Только тогда можно вести речь о приближении Украины к европейским традициям, моделям организации власти, отношениям между человеком и государством. К сожалению, этот законопроект очень мало отвечает этим требованиям.

Он в большей степени является эклектичным. В нем абсолютно отсутствует единая концепция, направленная на реальное усиление контроля государственной власти человеком – в частности, или обществом – в целом.

Не следует забывать того, что и наша Конституция 1996 года является эклектичной. Но с ней это произошло из-за чрезвычайно острой на то время политической ситуации в Украине, когда она принималась под давлением реальных обстоятельств – угрозы проведения провозглашенного Кучмой референдума, на который он вынес для принятия вариант Основного Закона "а-ля Лукашенко".

Тогда Верховная Рада за одну "конституционную ночь" отвела угрозу грубого авторитаризма.

Через годы после этого мы должны были бы приобрести тот опыт, на основании которого можно было бы отшлифовать недовершенность Конституции, устранить ее юридические недостатки, на которые еще в 1997 году указала Венецианская Комиссия. Именно так мы могли бы достичь более высокого качества документа, чтобы наша Конституция отвечала принципам европейского конституционализма. Чтобы исключить возможность двойного, а то и тройного толкования положений Конституции теми ветвями власти, которые в Украине традиционно пребывают в состоянии противостояния – законодательной и исполнительной.

Проект, который распространен среди депутатов, не обеспечивает этого. В отдельных местах он даже противоречит тем европейским завоеваниям, которых мы достигли в 1996 году, и европейским стандартам, относительно которых Украина дала обязательство перед Советом Европы внедрить у себя дома. А под этими обязательствами стоят подписи Кучмы как президента и Мороза как председатели Верховной Рады.

Так, например, в 121-ой статье этого проекта есть предложение возвратить то, что было в сталинско-брежневских конституциях, и от чего мы отказались, создавая Конституцию 1996 года: право Генеральной прокуратуры осуществлять общий надзор за соблюдением законодательства.

Такая прокурорская функция выдумана главным "юристом-теоретиком" сталинского режима Вышинским в трагически известные 1930-е годы – в период тотальных репрессий. Тогда надзор прокуратуры за соблюдением закона каждым человеком и госорганами, а также организациями предоставил прокуратуре квазисудебную функцию, поставив прокуратуру и юридически, и фактически выше судов. Но это было в те времена, когда в Советском Союзе суды ничего не значили.

Но даже тогда суды выводились за пределы механизма принятия окончательного решения в отношении человека. А зачем же делать это сейчас? Зачем лишать суды присущей – по европейским стандартам – только им (и больше никому!) функции определять, отвечает ли действие лица (физического или юридического) закону?

Тем более, Украина уже свыше семи лет не может никак выполнить обещание, данное ею официально всему европейскому сообществу.

И, следовательно, этот проект предлагает, во-первых, возобновить сталинско-бериевский атавизм в Конституции Украины и, во-вторых, обеспечить этой человекоуничтожающей функции конституционную жизнь на протяжении 5-ти лет. До сегодня эта функция не упразднена, прокуратура осуществляет её неконституционно, ибо она и до сих пор содержится в законе о прокуратуре советского образца, принятого в "доконституционные времена".

Все репрессии, которые осуществляются прокуратурой, все, что делал Потебенько, все, что делает Пискун, задерживая людей, держа их годами под следствием, не передавая дела в суд, – это вытекает из функций общего надзора!

Это – ужаснейшая вещь! Это разрушение судебной системы как независимой ветви власти. У меня в связи с этим есть предложение авторам конституционных изменений: если вы предлагаете еще на 5 лет пролонгировать функцию прокуратуры (но уже на конституционном уровне), благодаря которой она осуществляет юридическое прикрытие преследований людей за политические убеждения (ярким примером чего является длиннющая цепь уголовных дел против оппонентов режима Кучмы – журналистов, судей, адвокатов, политиков и бизнесменов), то почему бы на конституционном уровне не позволить врачам лечить, а хирургам, в частности, – дорезать людей в зависимости от их политических взглядов и убеждений?

- Но это идёт речь о прокуратуре. А как вы оцениваете предложения по поводу преобразования Украины в парламентскую республику?

- Ну, нет здесь парламентской республики. Проект явно свидетельствует о том, что и в этом вопросе автор не достаточно хорошо владеет предметом. Обратите внимание только на одну безделицу – автор отождествляет Кабинет министров с понятием Правительство.

Действительно, на здании, в котором сегодня размещен Кабинет министров Украины, или во времена пребывания Пустовойтенко на должности главного администратора этого помещения, или во времена его премьерства, была прикреплена металлическая табличка с надписью "Дом Правительства Украины".

Ну, Валерия Павловича можно понять. Он тогда не писал Конституцию, он – не юрист-конституционалист, поэтому с него, как говорят, "и спроса нет". Во время неоднократных посещений Москвы, ему, по-видимому, бросилась в глаза великолитерная надпись на помещении расстрелянного в свое время Ельциным дома Хасбулатовского Верховного Совета федеральной России - "Дом Правительства Российской Федерации".

И подумал Валерий Павлович: "А почему бы и себе такого не слепить?". Но не ведал сторонник заимствования, что русское понятие "правительство" возникло не во времена "политической эпохи Кучмы", а во времена монаршего абсолютизма царской России, когда этим понятием охватывалась (как и во всех других монархиях) система реализации власти, во главе которой стоял абсолютный монарх, а ему подчинялись министры "Его Высочайшего Превосходительства".

В советские времена эта сугубо русская традиция перешла к названию советского "Совета министров", который осуществлял свою деятельность не самостоятельно, а под бдительным глазом и "мудрым руководством" в не меньшей степени "Высочайшего" – "Генерального Секретаря ЦК КПСС и его Политбюро".

Если поинтересоваться, что же именно в европейской традиции (которая начала формироваться еще в восемнадцатом веке, когда абсолютные монархии отменялись и вместо этого возникали конституционно ограниченные монархии и республики) отвечает русскому понятию "правительство" и украинскому понятию "уряд", то мы довольно быстро убедимся, что у них под этим понятием (английское – "government"; французское – "gouvernement") подразумевается: национальное правление; система правления; государственное правление (не путать с понятием "управления"); система осуществления государственной власти; государственная власть; управление.

В наиболее широком понимании – это совокупность всех органов публичной власти.

Согласно немногим более узкому значению в классических европейских парламентских моделях система государственного правления (государственной власти) включает логическую цепочку элементов – начиная от институтов власти, которые привлечены к процессу формирования исполнительной власти, продолжая целостным институтом, который собственно осуществляет исполнительную власть, и завершая институтом, который от имени народа контролирует исполнительную власть.

Все это вместе и называется "government", т.е. – "правительство" как государственная власть, система правления, власть в целом (управление) и тому подобное.

Поэтому в зависимости от формы правления эту цепь составляют: в конституционно ограниченной монархии, например, в Великой Британии – монарх (который юридически является формальным главой исполнительной власти) и его кабинет (реально наделенный властными полномочиями исполнительной власти) и орган законодательной власти, который формирует и контролирует кабинет.

В парламентской республике, например, Германии – институтами, которые привлечены к процессу формирования кабинета, являются президент и парламент; институтом, который собственно осуществляет исполнительную власть, является кабинет министров во главе с первым министром (премьер-министром); а контролирует их от имени народа - парламент.

Все это как в Великой Британии, так и в различных европейских республиках и составляет систему под названием "правительство".

Что же нам предлагает автор проекта изменений существующей в Украине системы правления (власти)? Тут вся исполнительная власть не выступает целостным институтом, ответственным перед народом через парламент – она умышленно раздроблена на три части, которые имеет различную юридическую природу, и которые соответственно различно подчинены другим институтам власти и по-разному контролируются, а то и вообще - не контролируются народом.

Предполагается, что одна часть состава исполнительной власти назначается парламентом по представлению премьер-министра.

Вторая часть назначается парламентом по представлению президента.

Третья часть назначается Кабинетом министров по представлению премьер-министра.

И только та часть центральной исполнительной власти, которую составляет Кабинет министров, называется в проекте "правительством". А такие составляющие, как служба национальной безопасности (которая мало изменилась, оставаясь одной из главных угроз свободе человека), или все то, что попадает под контроль руководителей других органов центральной исполнительной власти (не министров) – председателей государственных комитетов, вообще выпадает из-под сферы контроля народом через парламент.

Я хотел бы, чтобы автор проекта привёл в пример хотя бы одну модель европейской парламентской республики, где такое возможно, которая существует на практике. В Европе вся система центральной исполнительной власти поставлена под полный контроль народа.

Все это является сплошным отрицанием принципа ответственной власти (responsible goverment), без соблюдения которого нельзя говорить о парламентской модели.

Кроме того, по проекту, имеет место еще и четвертая часть. Она, как и три предыдущие части национального уровня, формируется Кабинетом министров, но совсем не контролируется народом. Речь идет о главах местных государственных администраций. В Европе такого вообще не существует, чтобы местная власть назначалась центральной исполнительной властью. Она в Европе выбирается населением в соответствии со стандартами местного и регионального самоуправления, определенными Европейской конвенцией...

Я коснулся только порядка назначения. Но такая же вакханалия заложена этим проектом и в отношении порядка освобождения.

Следовательно, это однозначно свидетельствует о том, что народ устранен от непременной для парламентского правления прерогативы – формировать и контролировать исполнительную власть как целостный организм. Вместо этого предлагается этот целостный организм препарировать, а его органы посадить на аппараты искусственного жизнеобеспечения, которые зависят от свободы оператора или операторов.

- Но сторонники этого законопроекта говорят, что реформа очевидна: значительно усиливаются функции Верховной Рады, которая формирует почти всю исполнительную власть...

- Вы правы, что касается этого "почти". В той же мере, в которой Верховная Рада формирует "почти" всю исполнительную власть, украинское общество будет контролировать ее также "почти".

В проекте записано: "Кабинет министров ответственен перед президентом и Верховной Радой". Следовательно, только ответственна только какая-то частица исполнительной власти. Ну, допустим, перед Верховной Радой – еще понятно, хотя я уже отмечал: перед ней должна быть ответственна вся исполнительная власть. А президент здесь при чём?

Почему Кабинет согласно парламентской модели должен быть ответственен перед одним человеком, который сам не является ответственным перед всем народом? Кто этот один человек такой, чтобы Кабинет министров перед ним отвечал? Кто?!

- Он – глава государства.

- Да, но ведь в парламентской республике он не имеет никакого отношения к исполнительной власти! К формированию исполнительной власти имеет отношение народ, который выбирает депутатов, которые потом формируют Кабинет министров. Нет таких систем власти в Европе, где бы исполнительная власть отвечала перед одним лицом.

Даже в США, где функционирует чистая президентская модель, и администрацию формирует президент, Конгресс жестко контролирует функционирование целостной исполнительной власти.

- Но в этом законопроекте Медведчука-Мороза-Симоненко президент имеет просто церемониальную функцию – вносить согласованную кандидатуру премьера...

- Если парламентская республика, то люди сами выбирают себе премьера и всю возглавляемую им исполнительную власть...

Но взгляните на другой момент проекта: в парламенте формируется коалиция депутатских групп и фракций. Во-первых, не может существовать двух видов политических объединений в парламенте – и "групп", и "фракций". Европейский опыт свидетельствует, что это одно и то же, но название в разных странах различны – или "группы", или "фракции".

Далее. А те депутаты, которые не желают входить (и это их неотъемлемое право) в депутатские фракции, они что – лишаются права участвовать в формировании парламентского большинства? Если так, то тогда это уже не демократия, основанная на принципах парламентаризма. Тогда часть народа опять же избавляется от своего участия в формировании власти и ее контроле.

- А разве беспартийные депутаты возможные при партийных выборах?

- А кто сказал, что беспартийному нельзя представлять народ, который сам в подавляющем большинстве является беспартийным? Разве можно запретить гражданину, который в силу разнообразных причин и обстоятельств желает оставаться независимым политиком, быть включенным в партийный список на выборах? Тогда будет дискриминация по политическим взглядам и убеждениям.

- Но в этом же законопроекте написано, что в случае выхода из фракции, по партийным спискам которой ты стал депутатом, теряется мандат.

- Этот другой вопрос. Не может депутат, уполномоченный народом на представительство народа, потерять мандат за изменение своих взглядов и убеждений. Этот мандат предоставляется народом. И фракция или партия его забрать не может. По этому вопросу есть вывод Венецианский комиссии (когда она анализировала законопроект 0999). И там четко сказано: такое предложение не может быть поддержано, ибо оно противоречит юридической природе мандата представителя народа.

Следовательно, я убежден что автора новейших изменений в Конституцию совсем не интересовали те выводы Венецианский комиссии, которые она уже сделала в отношении или действующей Конституции, или более ранних предложений, с точки зрения принципов европейского конституционализма, включительно с принципом верховенства права. Если бы он преследовал цель привести украинскую систему правления к европейским стандартам, то эти выводы были бы методологической основой изменений.

Я приведу еще один пример. В проекте записано: "Верховная Рада выбирает из своего состава Председателя..., первого заместителя и заместителей Председателя... Количество заместителей Председателя Верховной Рады Украины определяется Верховной Радой Украины".

Назовите мне хотя бы одну страну западной демократии, где есть много "заместителей спикера". Есть спикер и вице-спикер, который его замещает, когда спикер отсутствует.

У нас сегодня два заместителя. Зачем менять эту норму?

- Очевидно, хотят как в России, чтобы каждая сила имела своего вице-спикера...

- Правильно! Следовательно, за пример берется не Европа, а "демократическая" Россия, где Дума является управляемой так же, как и наше пропрезидентское большинство. Еще не утих шквал критики администрации президента за то, что она является как бы "новым Политбюро", как срочно создается "свое" – "парламентское Политбюро".

В парламенте должен быть церемониальный спикер, который должен обеспечить соблюдение регламента и другие формальные процедуры - подписание законов, проведение встреч с иностранными делегациями и представительство парламента в отношениях с другими ветвями власти. Все! Больше ничего.

Так зачем же нам n-ное количество "заместителей председателя Верховной Рады"? "Покупка" лидеров фракций? Если будет 12 фракций – будет 12 заместителей. Будет 35 фракций – будет 35 заместителей. Разве это не "политбюро"? Чем они будут заниматься?

Далее. Этот проект отступает от принципа равенства всех перед законом еще вот в чем: в статье 19 действующей Конституции четко выдержан один из краеугольных камней принципа верховенства права такой формулой: "органы государственной власти..., их должностные лица обязаны действовать только на основании, в пределах полномочий и способами, которые предусмотрены Конституцией и законами Украины". Следовательно, все органы государственной власти и их должностные лица являются равными по юридической природе своих полномочий, пределов и способов их осуществления. Одним из основных принципов деятельности всех органов ответственной власти является принцип законности.

Но в этом проекте написано, что внутренняя работа парламента регулируется Регламентом, который он сам принимает. Не законом, а регламентом! И полномочия заместителей также будут регулироваться регламентом.

Простите, а почему для Верховной Ради такие привилегии? Почему все органы власти – равны и должны действовать на основании закона, а Верховная Рада – наиболее "равная" и может 226 голосами переписывать под себя все правила?

- Но некоторые оппозиционеры говорят, что парламент должен работать именно по Регламенту, а не по закону "О регламенте", поскольку закон может не подписать президент.

- Правильно, он должен иметь такое право. Ведь почему это он по действующей Конституции может ветировать все законы, а согласно предлагаемым изменениям у него это право отбирается лишь в отношении правил деятельности закодательного органа?

Что это депутаты за господа, что за привилегированный статус им предоставлен, чтобы самим выдумывать для себя правила? Президент на то и глава государства, чтобы смотреть, соблюдена ли в этих правилах справедливость, равенство прав депутатов, гарантии для деятельности оппозиции...

Я глубоко убежден в том, что в будущем, когда Президентом Украины будет не Кучма, а Человек, то он обязательно наложит вето на регламентные нормы, принятые диктатурой большинства в Украинском Доме в январе 2001 года, если они будут содержаться в законе.

А поскольку предлагается их оставить в правовом акте, который не может быть отклонен президентом, то целью этого проекта как раз и есть лишить нового президента возможности упразднить диктатуру большинства, которая и поныне действует в Верховной Раде.

Согласно европейским стандартам парламентской демократии не могут 226 депутатов навязать свою волю 224 депутатам. Именно по европейским стандартам президент в парламентской республике является гарантом не прав человека (ибо таким гарантом никто не может быть, кроме суда), а гарантом справедливости, в основе которой лежит баланс прав и интересов общества, представленного депутатами.

Диктатура парламентского большинства ничем не отличается от диктатуры одного человека или одной партии. Это доказала жестокая действительность формальной парламентской демократии, которая собственно и родила режим Гитлера.

Послевоенный же европейский парламентаризм выстроен на основах справедливости, которая означает обязательный учет интересов меньшинства и гарантированные для него права. В проекте конституционных изменений нет ни одного механизма защиты меньшинства от диктатуры парламентского большинства.

В общем, в этом проекте - что ни статья, то доказательство того, что нет единой концепции перехода к парламентской модели правления, которая бы обеспечивала правдивую реализацию принципа ответственности законодательной и исполнительной власти перед народом.

- Если проанализировать еще один аспект: норма избрания президента парламентом в 3/4 голосов?

- Нужно 337 голосов. Вы помните, сколько времени выбирали Ткаченко спикером? А нужно было только 226 голосов. Разве не очевидно, что это один из инструментов если не разгона парламента президентом, то явной возможности давления на него?

- Но ведь здесь будут партийные списки, будет структурируем парламент...

- Ну и что! Молдова – пример. Сколько там времени выбирали президента? Для чего вводится эта норма о выборах президента в парламенте? Чтобы через 3 месяца, если не изберут президента, был роспуск Верховной Рады? Довольно просто дать указание депутатам не являться на голосование и блокировать выборы президента, ибо будут невыгодны результаты выборов в парламент. И тогда Верховная Рада идет в отставку.

- Хорошо, а на ваш взгляд, какое количество голосов нужно для избрания президента в Верховной Раде?

- Погодите, начнем с того, что: согласится ли народ отдать свое право выбирать главу государства, как оно принадлежит ему по действующей Конституции, самостоятельно и непосредственно? Авторы законопроекта посягнули на это право.

- Но Леонид Кравчук, например, говорил, что поскольку полномочия президента значительно сокращаются, то не нужно и проводить всенародные выборы такого президента.

- Напрасно говорить о человеке, для которого право народа не является святым, как не является святой и Конституция. То, о что мечтали украинцы на протяжении многих веков, для Кравчука оказалось таким, что не стоит выделять на государственном уровне, то есть мелочишкой.

- Если смотреть отстраненно, достаточно ли полномочий у президента в соответствии с этими наработками?

- Эти полномочия не отвечают концепции парламентской республики. Он и далее остается наделенным существенными полномочиями, но неконтролируемым.

- Почему? Он подконтрольный парламенту через импичмент.

- Но эта процедура остается такой, что реализовать ее практически невозможно.

- То есть, на ваш взгляд, этот президент является достаточно сильным?

- По действующей Конституции институт президента является авторитарным, а согласно предлагаемым изменениям – абсурдным.

Этот законопроект – эклектика. Главной функцией действа под названием "политическая реформа" является увековечение в Украине переодетого авторитаризма и иногда явного абсурда.



powered by lun.ua