Ostarbeiter: як моя прабабуся зустріла в Німеччині мого прадіда

461 перегляд
Понеділок, 03 травня 2010, 15:09
Ольга Дорошенко
журналіст, для УП

Моя прабабушка, Мария Пантелеевна Ефременко, родилась в 1920 году в селе Губаровка (Богодуховский район Харьковской области).

Пережив коллективизацию, голодомор и смерть родных, робкая и обессилевшая от голода, 22-летняя Мария никак не могла предположить, что её ожидают еще большие испытания. Что судьба забросит её остарбайтером во "вражескую" Германию. А там, среди тяжелых работ, голода и лишений, молодая Мария Ефременко встретит заботливого, красивого мужчину - её будущего мужа и моего прадедушку...

Вот её рассказ, который я записала для проекта "Неписана історія".

В начале июня 1942 года к нам принесли извещение, что и мой дорогой братик Яша назначен ехать в Германию. Ему было всего 17 лет, поэтому я решила поехать вместо него - ведь мне уже было 22 года. Так и сказала родителям.

Провожала меня вся семья, прощались, плакали, как будто кого-то хоронили. Мама сказала: "Ну вот, ты едешь в Германию, а когда "наши" придут, тебе, наверное, нельзя будет обратно домой...". Так я и покинула родную Губаровку.

На следующее утро, в Харькове, нас погрузили в товарные вагоны с соломой на полу вместо постелей. Около 10 утра мы покинули Харьков. Проезжали Богодухов, Губаровку, Сумы, Конотоп, Бахмач, Гомель, Минск, Брест, Гродно и местечко Сувалки, где была первая баня и дезинфекция.

Дальше ехали через Берлин и Бремена, а через 15 км после Бремена мы остановились в городе Дельменхорсте. Это была последняя остановка. Тут мы и прожили до конца войны в лагерях на улице Тепихштрассе.

За колючей проволокой улица была очень красивая, вся в зелени, по-немецки чистая и ровная. Нас, 125 девушек, поместили в бараке. В комнатах было по 8 человек, спали на двухэтажных кроватях. Воды горячей не было, отопление паровое.

Кормили нас плохо: брюква, шпинат, очень редко вареный нечищеный картофель. Хлеба давали около 300 гр. в сутки, хотя было трудно понять, из чего он был сделан, но точно не из зерна - черный, кофейного цвета.

Работали мы на автозаводе по 10 часов в день, собирали запчасти для самолетов "мессершмитт".

Мария Ефименко, 1940-ые

Знакомство с Женей

1943 год. Бои на фронтах усиливались, особенно под Сталинградом. Наши дрались не на жизнь, а на смерть. 31 января 1943 года немецкий военнокомандующий Паулс сдался. Мы, остовцы (остарбайтеры - авт.), очень радовались: немцев наконец-то бьют!

На нашем заводе работали еще и мужчины, около 150 человек, все из Харькова. Работали в цехах, питались в той же столовой, что и мы. Мужчинам мы помогали, стирали их спецовки. Мужчины, в свою очередь, делились с нами хлебом, полученным от французов, голландцев, датчан.

­В конце 1942 года я познакомилась с молодым харьковчанином Евгением Тимофеевичем Ефремовым. Он был очень красивый, добрый, отзывчивый, внимательный. Мы подружились, а потом и полюбили друг друга.

Но... Женя был женат и имел ребенка в Харькове. Я находилась в тупике, не зная, что делать... Я решила прекратить нашу связь. Встречались мы только в столовой или на заводе во время 10-минутного перерыва. Но Женя был очень напористый, продолжал ухаживать за мной. Говорил, что очень любит меня.

Американцы и англичане наступали с запада после высадки десанта в Нормандии. Я узнала, что в связи с этим, наш завод будут эвакуировать на восток Германии в г. Бунцлау. Поэтому я должна была ехать, а Женя оставался здесь, в Дельменхорсте.

Он был этим очень расстроен, ходил к начальству, просил... Ничего не помогло. И в декабре 1943 года мы расстались.

В Бунцлау лагеря были ужасные, грязные, люди пухлые от голода, оборванные... Работали в ночную смену. Я изнемогала без сна. Мы часто среди ночи уходили в уборную и там засыпали: кто стоя, кто сидя на корточках, а кто и лежа на полу возле раковин.

Бригадир гонял нас с криками "Русише швайне! До работы шнель, шнель!". Так я проработала около месяца, когда вдруг получила письмо от Жени. Он писал, что не может без меня жить и будет бежать... Куда?! "Тебя на первом углу поймают и отправят в концлагерь!", - написала я в ответ.

Но Жене удалось как-то договориться, чтоб меня вернули в Дельменхорст. Я очень обрадовалась, в Бунцлау я бы наверное не выжила.

По приезду в Дельменхорст, Женя сразу предложил жениться, чтобы нас больше не разлучили. Но ведь он был женат...

Тогда Евгений узнал, что по немецким законам если имеешь связь с человеком в течение 3-х лет, то можно оформлять отношения. Он заявил, что он не любит Анну Ивановну (свою жену - авт.) из-за ее прокоммунистических взглядов, и жить с ней в любом случае не собирается.

Вскоре он пошел с другими ребятами в городскую ратушу за разрешениями жениться.

Разрешения им не дали, но посоветовали прийти с женами и зарегистрироваться... со снятием отпечатков пальцев.

15 ноября 1944 года мы зарегистрировали брак и стали жить вместе. Нам выдали комнату в бараке. Я работала на кухне. Питание было очень хорошее, и я постепенно окрепла.

Прабабушка Маша и прадедушка Женя, 1950-ые

Начиная с 1944 года, немцы изменили свое отношение к нам, остовцам. По выходным стали выпускать в город гулять, и многие ребята доставали у крестьян (бауров) картошку, творог, молоко. Женя всегда пользовался этим случаем и тайно приносил продукты (у бараков дежурили полицейские).

Варить картошку было не на чем, вот мы и варили ее в нашем большом котле вместе со спецовками. Вниз котла клали картошку в мешочках, а сверху уже чистые спецовки для маскировки.

Мария, наша надзирательница (полячка), знала, что мы стирали для наших мужчин одежду. Говорила нам: "Дивчыне, добже робыте". Мыла нам никогда в лагере не давали, но мы доставали через французов, голландцев.

Волосы мыли порошком, которым наши уборщицы мыли полы в бараке. Стирали в том же порошке. Для стирки порошок годился, а вот волосы отбеливал.

В это время уже ожидала прибавления в семье. Продолжала работать на кухне, только на сидячей работе - чистила овощи. Это был уже 1945 год. Мы ждали конца войны.

Налеты англо-американских войск усиливались, уже невозможно было спать, только бегали в убежище и обратно. А 16 марта 1945 года родилась у нас дочь, которую мы назвали Светланой. Родилась здоровым, нормальным ребенком, невзирая на нашу нервную жизнь. Но через шесть недель после родов у меня заболел желчный пузырь, и я с ребенком легла в госпиталь.­

Прабабушка возле дома, в котором они жили в Англии, 1952

Фронт с запада становился все ближе и ближе. Я очень переживала, что будет с нами, остовцами, после прихода англо-американских войск? Как поступят с нами немцы?

Мои переживания были не напрасны. В один из апрельских дней, рано утром, немецкие полицейские выгнали всех мужчин из барака, построили по три человека, сделали перекличку и дали команду "Марш!". У ребят сразу возникло подозрение, что дело нечисто.

Женя своим ребятам сказал, что будет бежать при удобном случае. Вели их строем за Дельменхорст. Полиции человек 8 на шеренгу в человек 100, все вооружены. Далеко за Дельменхорстом, на севере, показался лес, и у Жени ожила надежда на побег.

Нервы были на пределе, можно было поплатиться жизнью, хотя, судя по всему, терять уже было нечего. Женя знал, что его жена и ребенок в больнице и это подталкивало на побег.

Приближаясь к лесу, Женя заметил мост и, не долго думая, спрыгнул под него. Под мостом оказалась большая водосточная труба, в которой он и пролежал все время, пока колонна шла через мост.

Окриков "Халт!" не было. А потом мы слышали, что остальных ребят  расстреляли где-то у датской границы.

Женя, вместе с другими бежавшими, вернулись к нашому бараку и увидели, что в комнате, где жила моя подруга Шура, еще горел свет. С трудом забрались внутрь, нашли комнату и вызвали Шуру. Она дала им вареной картошки в мундирах.

Женя попросил у Шуры женскую одежду на всякой случай. Вдруг раздался грохот, крики. Снаряд упал в барак, все бросились в убежище. В женской одежде туда пробрался и Женя.

Англичане занимали город. Когда появились английские солдаты и сказали нашим мужчинам, чтобы забирали в немецких квартирах и магазинах все, что нужно, Женя с товарищем ушли в город.

Как потом оказалось, они набрали в каком-то магазине несколько бутылок шнапса, встретившиеся им англичане водку забрали, а их закрыли в каком-то помещении. Я проплакала всю ночь, будучи уверена, что их где-то убили немцы.

Когда англичане заняли весь город, мы переехали жить в пустой дом на текстильной фабрике. Война кончилась.

Моя прабабушка у себя в дома в США в ее 90-ый день рождения
Послесловие от автора

Хочется немного продолжить историю жизни моих прародителей.

После войны, жизнь продолжала их испытывать: смерть маленькой дочки Светланы, побег от насильственной репатриации, всевозможные лагеря... Но они не сдавались, - решили бежать в Англию. Там Евгений и Мария тяжело работали на текстильной фабрике Миллера.

От холодного британского климата у них начался ревматизм, поэтому решили переехать в США. И вот, уже в теплой во всех отношениях Калифорнии, своим трудолюбием заработали достойную пенсию и прожили вдвоем счастливую старость, наверстав годы лишений яркими впечатлениями от путешествий, которые в то время могли себе позволить далеко не каждые пенсионеры нашей планеты.

В 1991 году дедушка умер, а бабушке в этом году исполнилось 90 лет, она вырастила  прекрасный сад и по-прежнему продолжает радовать нас своими историями.

Ольга Дорошенко, журналист, фрилансер (Харьков-Киев)

Детальніше про проект "1939-1945. Неписана історія. Розкажіть, як ваша родина пережила Другу світову" читайте тут.

powered by lun.ua
powered by lun.ua
Підключення до електромереж - виклик для бізнесу в Україні
Складнощі з приєднанням до електромереж відчуває на собі ледь не кожний бізнес, що будує новий завод чи склад. Як вирішити проблему?
Про Бога на Майдані. Довга ніч з 10 на 11 грудня 2013 року
Ми стояли так щільно, що не було можливості побачити, хто за спиною. Мене ззаду страхував якийсь сильний, мовчазний чоловік. Він не матєрілся, не вигукував команди, він просто страхував мене. Час від часу, коли менти тиснули - ззаду тиснули наші - я навіть боявся, що зомлію і у цьому натовпі розчавлять.
Вино "Небесна сотня" як пам'ять про сина і брата
Є різниця між бізнесом на крові та вшануванням пам'яті. І це не обов'язково має бути хрест на місці загибелі чи пафосний меморіал в центрі міста.
Обережно, Британія закривається: Лондон змінює правила видачі інвестиційних віз
Британія призупинила видачу "інвестиційних віз", що стало серйозним ударом по капіталах сумнівного походження. З 2019 року це візи повернуться, але видавати їх будуть за новими правилами.
Де місце України у боротьбі за талановиті кадри
Україна не просто програє у війні за трудові ресурси – вона в ній взагалі не бере участі. (рос.)
Лібертаріанський погляд: Намордник для держави
Держава часто зазіхає на права громадян і намагається обмежити їхні свободи, хоча саме вона має служити громадянам, а не навпаки. Державу, як злого собаку, потрібно тримати на короткому повідку й у наморднику.
Знай свої права, і як захистити себе в Україні
Всесвітній день прав людини – це лише хороший привід задуматися і провести ще раз аудит свого життя. (укр.)