Кто забирает раненых военных из килл-зоны? Репортаж УП с рискованной эвакуационной миссии

В полночь на стабпункт в одном из прифронтовых городов Донецкой области спешно заталкивают каталку с очередным раненым военным.

Местные медики прямо в коридоре срезают с него пиксельную форму, за которой скрывается обессиленный человек весом не более 50-ти килограммов. В то же время фельдшеры, которые привезли мужчину, быстро описывают его состояние.

– Ранение в лицо, открытый перелом и ВОСП (огнестрельные осколочные ранения – УП), – перечисляет фельдшер с позывным Ляля. – Хорошо, что довезли.

После этого мужчину перемещают из коридора в противошоковую палату, где вокруг него собирается с десяток врачей и санитаров. Они обмывают его крошечное тело, подключают к датчикам показателей жизни и начинают стабилизировать раненого. Сам мужчина не в состоянии говорить, он потерял сознание по дороге на стабпункт.

Врачи вливают раненому несколько порций крови.

"Качают" ему сердце, когда оно останавливается.

За дверью противошоковой нет родных военного – вероятно, они еще даже не знают, что их сын, муж или папа получил ранение возле недавно захваченного россиянами населенного пункта N.

Но по другую сторону противошоковой и стабпункта, за несколько десятков километров, есть еще два или даже три десятка людей, которые болеют за этого человека и его стремление жить с начала эвакуации.

Это медики и инженеры Первого отдельного медицинского батальона Вооруженных сил Украины, которые спланировали целую операцию по вывозу раненого на наземном роботизированном комплексе "Мауль".

НРК "Мауль" забрал раненого военного с позиции и несколько часов в бронекапсуле по полевым дорогам вез его к фельдшерам, которые в свою очередь доставили его на стабилизационный пункт.

Время роботов пришло.

В 2025 году на фронте установилась плотная килл-зона – это территория, над которой российские FPV-дроны постоянно летают и выбивают логистику украинских военных. "Выбивать логистику" на человеческом языке означает "врезаться во все машины на глубине 0–5–10 километров от фронта". Во все, то есть и в эвакуационные машины – специальные кейсеваки, тоже.

Что в таком случае делать?

Первый отдельный медицинский батальон предложил свое решение. Он самостоятельно разработал первый в Украине эвакуационный НРК, собрал команду людей, которая им руководит, а также медиков, которые спасают раненых. На подготовку одной эвакуационной миссии может уходить от одного до трех дней. Не всегда забрать раненого удается с первого раза.

Почему мы в принципе говорим об эвакуации раненых на НРК? Потому что для военного, который получил серьезное ранение в килл-зоне и не может выйти с позиций пешком, эвакуация на НРК – едва ли не единственный способ выжить.

Читайте также: Вырвать двух раненых из-под носа у россиян. Героические приключения робота "Мауля" и Первого медбата

В новом репортаже "Украинской правды" мы покажем, кто и откуда управляет "Маулем", что чувствует человек, который едет внутри этого НРК, что может сорвать эвакуационную миссию и сможет ли этот дрон в принципе закрыть вопрос эвакуации раненых из килл-зоны.

Съёмка – Ольга Кириленко, монтаж – Тимур Хачуев, Александр Кучинский