Начало революции или конец митинга?

6 просмотров
Пятница, 03 декабря 2010, 11:54
Алексей Красноперов
политолог

События, начавшиеся на Майдане в Киеве 22 ноября, внушали воодушевление. Казалось, это признак начала формирования среднего класса с осознанными целями и готовностью отстаивать свои интересы.

Политики наперебой заявляли, что акции протеста предпринимателей против Налогового кодекса – показатель наличия гражданского общества.

Митинг на Майдане даже сравнивали с Оранжевой революцией. Более того, говорили, что это шаг вперед. Ведь в 2004 году у людей были политические требования, а сегодня – социально-экономические.

Значит, средний класс таки осознал общность своих интересов и ради этих интересов вышел на сырой холодный Майдан. Любители символизма отмечали и дату начала протестов – как и в 2004, люди вышли на Майдан-2010 22 ноября.

Но на этом поводы для воодушевления, пожалуй, исчерпываются.

Дальше было много событий. Поддержка митингующих оппозицией. Встречи предпринимателей с депутатами и представителями исполнительной власти, готовившими Налоговый кодекс. Визит Януковича и Азарова на Майдан. Наконец, вето и 11 поправок в кодекс от президента.

За эти две недели Майдан деградировал. Предприниматели так и не вняли призыву сформировать свою собственную идеологию. Более того, они размыли свои изначальные требования политическими лозунгами.

По сути, вместо создания яркой и приемлемой для всего общества идеологии протеста, митингующие вооружились приевшейся оппозиционной риторикой.

У несостоявшейся революции есть три основных проблемы, которые так и не позволили ей состояться. Это отсутствие идеологии борьбы, частность интересов и размытость требований.

Во-первых, идеология. Предприниматели так и не показали обществу, чего они хотят, кроме защиты собственных прав, попранных 14-тым разделом Налогового кодекса.

Более того, от лидеров протестующих предпринимателей так и не прозвучал ответ на вопрос о том, почему они требуют для себя более привилегированных условий налогообложения, чем у врачей, учителей или других наемных работников.

Ответ – предприниматель рискует, а наемные работники нет – не подходит. Не потому, что он не верный. То, что бизнес находится в постоянной зоне риска, как раз вполне соответствует действительности. Более того, логично обеспечить для бизнеса мотивацию оставаться в этой зоне риска, а не переходить в ранг наемных работников.

Однако этот ответ не устраивает бюджетников, которые не понимают, почему с них берут больше.

Во-вторых, частность интересов. Как уже было отмечено, предприниматели на Майдане, по сути, отстаивали только "свое".

Заявления о том, что они представляют интересы всего гражданского общества, – как минимум, преувеличение. И все опять-таки потому, что уже упомянутые наемные работники не видят своего интереса в требованиях предпринимателей. Цитируя классика, "слишком узок их круг – страшно далеки они от народа".

И, в-третьих, размытость требований. Большая проблема Майдана в том, что его требования постоянно менялись. Сначала претензии выставлялись к отдельным статьям Налогового кодекса. Потом появилась идея о вето на весь документ.

После того, как частичное вето президента было наложено, а Кабмин начал дорабатывать поправки, пресс-секретарь штаба предпринимателей Святослав Шевцов заявил, что изменений требуют более 200 статей кодекса.

Наконец прозвучало мнение, что Налоговый кодекс нужно писать "с нуля", а то и вообще лучше отказаться от его принятия и жить по старому налоговому законодательству.

Еще больше требования предпринимателей размывали политические лозунги – отставка правительства, перевыборы парламента, отмена договора о двойном налогообложении, отклонение закона о языках.

Людям, которые могли бы поддержать Майдан, становится все сложнее понять, что именно они должны поддерживать.

Все это открывает дорогу для принятия Налогового кодекса с упомянутыми 11 поправками. Протесты предпринимателей так и не переросли в гражданскую революцию.

Для настоящей борьбы нужно было иметь мощную социальную базу, широкую общественную поддержку, внятные и понятные большинству требования и ярких лидеров. У Майдана-2010, не в пример 2004, этого не было.

Алексей Красноперов, политолог, для УП



powered by lun.ua
Капитолий. Начало реванша Трампа
Дональд Трамп не сдастся сейчас, поскольку намерен баллотироваться на следующих президентских выборах. (укр.)
Заработать на смертях: как нас лишили мировой вакцины в 5 раз дешевле
Три доллара заплатила Всемирная организация здравоохранения за вакцину, закупку которой в ручном режиме сорвал министр здравоохранения Максим Степанов. (укр.)
Настоящая цена меха норок: история одного расследователя
В конце сентября 2020 польский Сейм (нижняя палата парламента) провел историческое совещание по вопросам правовой защиты животных в Польше. (укр.)
Изменил ли Национальный банк свою политику на валютном рынке
По какому принципу НБУ будет выходить на рынок с валютными интервенциями и как будет влиять на курс. Что изменилось в новой стратегии? (укр.)
Торговый фокус с лесом: друзьям — все, а обществу — ничего?
Почему торговля необработанной древесиной происходит на закрытых "аукционах" и без конкуренции. (укр.)
Дело генерала Назарова - сигнал, который нельзя игнорировать
Дело Назарова как потенциальный прецедент для военного судопроизводства Украины и свидетельство неурегулированности ключевых вопросов военной юстиции. (укр.)
Демократия и некомпетентность
Почему Аристотель не доверял демократии как форме правления, в чем заключаются недостатки последней и что это значит для современной Украины. (укр.)