Зеркало Запорожья

Средневековый Киев, в котором проживало около пятидесяти тысяч человек, во времена вражеского нашествия был способен выставлять для защиты своих стен до десяти тысяч ополченцев в дополнение к княжеской дружине. Около пятой части от числа всех своих жителей. Потому что ставки были слишком высокими. В те суровые времена захват города означал его разграбление и уничтожение. Горожан ждала смерть или рабство.

Прошло тысячу лет, но московские потомки орды сохранили свои традиции. Захваченные города разграбляются и вдребезги разрушаются. "Победители" просто ради забавы насилуют, пытают и казнят даже лояльных к себе местных.

И вот войско ордынцев стоит почти под стенами Запорожья. Линия фронта уже в двадцати километрах и дистанция неуклонно сокращается. Семьсоттысячный город мог бы выставить сотню тысяч местных защитников для защиты своих стен в дополнение к "княжеской дружине". Потому что на карту снова поставлено все. Потому что мы каждый день видим, что ждет города, которые не сдержали нашествия. Но, как и остальные ныне разрушенных городов, Запорожье пытается жить привычной жизнью, делая вид, будто все под контролем и ему ничего не угрожает.

Даже двадцати тысяч местных добровольцев хватило чтобы отбить Степногорск и отбросить врага на безопасную дистанцию. Зато мужчины, которые должны были бы стать на защиту города, пьют пиво на скамейках во дворах, обсуждая мирные инициативы Трампа и способы, как отпетлять от мобилизации.

Мужчины льют сталь, водят автобусы и такси, торгуют в магазинах, доставляют заказы по адресам, охраняют супермаркеты, строят больницы и парки, сажают и поливают деревья, штрафуют водителей за неправильную парковку. Все это, безусловно, важно и нужно, но именно в то время, когда к воротам города уже подтянули таран?

За последние два года Запорожье расцвело. Количество жителей увеличилось вдвое, открылись множество новых магазинов, кафе, мест для досуга, по улицам гуляет много детей и молодежи.

Город, южные районы которого уже обрабатывают вражеские РСЗО, живет и дышит полной грудью, поражая гостей своей невозмутимостью и стойкостью. Я бы тоже радовался и был бы спокоен за него, если бы видел в глазах местных мужчин готовность защищать все это любой ценой. Но вижу преимущественно поощряемый властью по**й: "да как-то оно будет".

А будет больно. Враг подойдет вплотную и будет методично, квартал за кварталом, перемалывать город авиацией и артиллерией. С каждым ударом из него будет уходить жизнь. А когда его кварталы сделаются полем боя, это будет уже не город, а выжженная пустыня. А потом так будет с каждым населенным пунктом, до которого дотянутся оккупанты.

Запорожье еще может избежать судьбы Херсона, Часового Яра или Авдеевки, если российские войска будут остановлены на той дистанции, где они находятся сейчас, а лучше отброшены хотя бы на двадцать километров на юг. Однако, как сделать это, не имея человеческих резервов?

"Неприоритетное" запорожское направление провалилось из-за того, что, в расчете на его "стабильность", здесь оставили банально мало сил и средств. Людей критически не хватает, чтобы не позволять ордынцам обходить наши позиции и закрепляться в наших незащищенных тылах.

Мы шлем проклятия недоукомплектованной сто шестой бригаде теробороны за то, что она не удержала позиции в Гуляйполе. И не обращаем внимания на то, что в нескольких десятках километров за спинами этих уставших пехотинцев десятки тысяч здоровых гражданских мужчин продолжают праздновать жизнь, надеясь на чудеса.

Что они будут делать, когда ворота упадут и враг ворвется в город? Сбегут и продолжат праздновать за стенами других городов? Останутся, и будут пытаться быть счастливыми по правилам захватчиков? И, если они не готовы защищать эту землю, то кто ее должен защищать? Вправе ли те, кто пренебрегает обязанностью защищать свое, рассчитывать, что его защитит кто-то другой?

Но сейчас Запорожье – это зеркало, в котором все украинцы могут рассматривать себя. К сожалению, в зеркала Покровска, Волчанска и Бахмута мы смотрели не внимательно.

Мы строим никому не нужные пешеходные мосты в то время, когда нуждаемся в оружии, которое поможет сохранить давно существующие переправы, без которых не выживут целые регионы. Мы бронируем цирковые коллективы, тогда, как актеры, художники и писатели погибают в окопах, потому что их некем заменить. Враг стоит под стенами каждого из нас. А мы ежедневно находим тысячи объяснений, почему сегодня еще не наша очередь стать на защиту беззащитных. И каждая из этих находок еще на шаг приближает всех нас к поражению.

Если городские стены не выдержат, все, что нам дорого, будет разрушено. Поэтому здравый смысл должен был бы подсказывать нам, что сейчас нет ничего важнее, чем защищать эти стены. Для того, чтобы защищать свой город не нужно ни специальной подготовки, ни каких-то особых качеств. Не обязательно быть даже храбрым. Достаточно чувствовать ответственность за судьбы тех, кто нас окружает.

А если вы уже выбираете побег, то должны осознавать и последствия этого выбора. Боль каждой изнасилованной оккупантами женщины, отчаяние каждого похищенного ими ребенка, кровь каждого замученного или убитого ими гражданского – в значительной степени и на совести каждого, кто уклоняется от обязанности защищать родину. Это позор, который не искупается деньгами.

В праздничном обращении президент пожелал нам быть на десять процентов сильнее врага. А как по мне, хватило бы и пяти процентов. Если бы все города, которые сейчас ждут сказочного спасения, выставили бы по пять процентов своих жителей на помощь войску - враг не имел бы ни единого шанса на успех.

И мне жаль, что призыву к украинским мужчинам становиться в ряды истощенного войска не нашлось места ни в новогоднем, ни в одном из ежедневных обращений президента за все 1407 дней большой войны.

Уклонистами большинство уклонистов сделала именно власть. Своими бесконечными "шашлыками на майские", "кофе в Ялте" и мирным соглашением, которое (уже скоро год как) будет вот-вот подписано.

Сладкая ложь власти убаюкивает и отвлекает от принятия решения присоединиться к войску тех, кто еще колеблется. Одного за другим, сотни тысяч людей. И, если эта ошибка в ближайшее время не будет признана и исправлена, боюсь, наши шансы на победу будут мизерными.

Константин Реуцкий