Восстановление энергетики без прозрачности – восстановление коррупции
Мы прошли самую тяжелую энергетическую зиму благодаря самоотверженной работе энергетиков, Силам Обороны, которые защищали критическую инфраструктуру, и поддержке международных партнеров. Теперь у нас есть шесть, максимум восемь месяцев, чтобы подготовиться к зиме следующей, которая обещает быть значительно тяжелее.
Сейчас дискуссия о подготовке к следующему отопительному сезону ведется преимущественно в технической плоскости: какие объекты восстанавливать в первую очередь, как децентрализовать генерацию, какими темпами наращивать защитные сооружения.
Безусловно, это правильные вопросы, но в технической дискуссии последовательно упускается одно измерение, без которого все остальные усилия могут оказаться напрасными, и это измерение антикоррупционное. Ведь без прозрачности закупок шесть-восемь месяцев подготовки могут превратиться в шесть-восемь месяцев хищения, новых схем "шлагбаумов", и как следствие, уничтоженных электростанций и холодных батарей в домах.
Украинское общество имеет право и обязанность контролировать, как происходит восстановление энергетики. Четыре года украинцы надеялись, что правительство наведет порядок в закупках и будет эффективно действовать в сфере восстановления энергетики. Этого не произошло, а доверие без контроля оказалось недопустимой стратегией в военное время.
С начала полномасштабного вторжения значительная часть закупок в энергетической сфере и восстановлении инфраструктуры осуществляется в закрытом режиме. Логика этого решения понятна и частично оправдана, так как публикация информации о конкретных объектах может предоставить противнику разведывательные данные для потенциальных атак. Однако мы не требуем раскрытия полной тендерной информации, какие именно объекты восстанавливаются и где они расположены, так же, как это не требуется в сфере нелетальных военных закупок.
Сейчас только Укрэнерго и Агентство восстановления добровольно публикуют сметы расходов при строительстве защитных сооружений для объектов энергетической инфраструктуры. Только по этим двум заказчикамгражданское общество способно отследить, соответствуют ли задекларированные стоимости рыночным. По остальным энергокомпаниям и государственным заказчикам имеем полную непрозрачность.
Наиболее системная проблема публичных закупок в сфере энергетики и строительства в Украине – это даже не откровенное хищение средств, а допуск к тендерам ограниченного круга подрядчиков, которые уже в свою очередь платят "откаты" заказчикам. Это осуществляется через подготовку тендерных условий под заранее определенного победителя через накопление формально законных, но ограничительных требований. Затем подрядчик "зашивает" стоимость "отката" в стоимость поставленного оборудования или искусственно завышает показатели сметы строительства.
Эта практика не нова и имеет глубокие структурные корни. По советским нормам, которые де–факто определяли строительное ценообразование в Украине еще долго после распада СССР, официальная доходность подрядчика составляла ориентировочно три процента.
Чтобы обеспечить реальный доход, компании должны были скрывать прибыль и производственные затраты в завышенной стоимости материалов, а не декларировать их прозрачно. Заказчики, получавшие откаты от подрядчиков, были непосредственно заинтересованы в обеспечении победы "нужного" участника, поэтому не проверяли и не контролировали цены, указанные в сметах.
Правительственное постановление № 1512, принятое в ноябре 2025 года, сделало важный шаг для преодоления этой коррупционной дыры. Оно позволило подрядчикам официально заявлять до 15% прибыли, 10% общепроизводственных расходов и 3% административных расходов. Это должно было бы устранить структурный стимул скрывать реальную прибыльность в завышенных материальных расходах. Однако предыдущий мониторинг публичных закупок показал, что административные расходы действительно выросли в соответствии с новыми положениями, тогда как задекларированные заработные платы и прибыли практически не изменились. Новая рамка используется выборочно, но пока не превратилась в системный инструмент приведения строительного ценообразования к рыночным стандартам.
Для прозрачного восстановления энергетики критическим является введение обязательной ценовой прозрачности для всех контрактов в сфере восстановления энергетической инфраструктуры.
Мы не требуем раскрытия чувствительных данных – локаций объектов или объемов работ на конкретной площадке. Эти сведения должны оставаться закрытыми, но цены за строительные ресурсы (стройматериалы), такие как стоимость кабеля, трансформаторного оборудования или бетона, не являются разведывательной информацией. Зато именно она позволяет журналистам, аналитикам и международным партнерам отслеживать, не скрыта ли в контракте коррупционная маржа. Все государственные заказчики, а не только те, кто делает это добровольно, должны публиковать сметы в формате, содержащем наименование товаров и услуг и их цену. Это минимальный стандарт прозрачности, совместимый с требованиями военного времени, и именно он должен стать обязательным условием как для государственного финансирования, так и для средств международных доноров.
Восемь месяцев для подготовки к следующей зиме на самом деле это очень мало. За это время каждая гривна, потраченная с коррупционной маржой на завышенную смету, – это гривна, которой не хватит на дрон–перехватчик, турбину, трансформатор или защитное сооружение. Каждая неделя, потраченная на ненужные посреднические схемы, – это неделя, которую противник использует для наращивания собственной ударной мощи.
За четыре года мы, как никто поняли, что во время войны цена неэффективности измеряется не только деньгами, но и человеческими жизнями. Именно поэтому прозрачность смет и активное общественное привлечение является необходимым условием для того, чтобы восстановление происходило быстро, целевым образом и без лишних затрат. Без этого даже самые искренние намерения правительства и самые большие объемы международной поддержки не гарантируют результата.
Татьяна Шевчук, руководитель международных программ Центра противодействия коррупции