"Экономим на всем": 46 историй, как выживают семьи военнослужащих
Денежное обеспечение военнослужащих в Украине осталось неизменным с начала полномасштабной войны и до сих пор составляет около 21 тысячи гривен. Между тем средняя зарплата по последним данным в крупных городах уже составляет 30 тысяч, в Киеве – 40 тысяч.
На этом скрине сообщение от жены военного, которая хотела рассказать мне о своих попытках заработать и прокормить детей, но в итоге не смогла прокомментировать этот вопрос.
Военнослужащие и их семьи не первый год требуют повышения денежного довольствия. Время от времени власти обещают наконец решить этот вопрос, но ситуация остается прежней.
10 июня 2026 года Верховная Рада Украины поддержала законопроект об увеличении зарплат сотрудникам полиции и ГСЧС — выплаты составят не менее 33 280 тысяч гривен. Кроме того, они будут получать различные надбавки. Это решение вызвало волну возмущения со стороны военных и членов их семей.
Вот что они сами говорят о ситуации с безденежьем (прямая речь героев сохранена — ред.):
"Зарплата охранника в АТБ — 25 тыс. Зарплата офицера с боевым опытом и травмами, из-за которых он служит в тылу, — 27–29 тыс. При этом у охранника есть фиксированный рабочий день и выходные. У военного в тылу — нет".
***
"Рассказываю о жизни большинства мам с маленькими детьми, у которых мужья служат. На работу физически ты не можешь устроиться, потому что если рядом нет бабушек или других родственников – никто тебя не подстрахует с ребенком, а это и школы, и садики, и кружки, и врачи, и просто прогулки в парке. А зарплаты папы, который служит в тылу, но на другом конце Украины, критически ни на что не хватает.
А еще когда ты живешь в частном доме, и муж был умелым и сообразительным и сам делал кучу работы по дому (покосить, покопать, сантехника, ремонт, электрика), то все эти услуги теперь ты можешь получить только от какого-то уклониста с соседней улицы. За деньги. А с зарплатой мужа в 20 тысяч не разгонишься. И все стоит на месте. Жизнь на паузе.
Мне повезло, что я работаю удаленно и могу решать вопросы с ребенком, который заканчивает 4-й класс. И обеспечиваю финансово наш быт, потому что зарабатываю больше, ЧЕМ муж".
***
"Когда мобилизовали мужа, то первое время ему не платили, и я с двумя малышами полтора месяца должна была жить на 860+860 грн. Хорошо, что нашла небольшую подработку".
***
"Брат радуется, что у него нет жены и детей, потому что после мобилизации он лишился бы возможности не только видеть, как растут дети, но и обеспечивать их.
Мы всей семьей скидывались, чтобы отремонтировать его пикап. Он вздохнул с облегчением, когда потерял пикап и его полностью перевели на саперную работу. Теперь финансовая помощь нужна реже и не такими большими суммами".
***
"Вышла на работу, когда ребенку было два месяца. Но мне не на что жаловаться, есть те, кому хуже. Например, я прислала коляску жене без вести пропавшего военного, которая на 9-м месяце беременности третьим ребенком.
"Сдали ДНК", – написала она мне в ответ".
***
"Скажу прямо, как выживает моя семья: сын выбил руку из плеча, теперь не может работать ни физически, ни за компьютером. Мама страдает деменцией. Брат, я и два племянника на фронте. Все наши финансы идут на военные нужды. Живем — выживаем".
***
"Я — ВПЛ. Снимаю жилье, нахожусь в декрете, старший сын – выпускник 9 класса. Как мне выжить на зарплату мужа, который также снимает жилье вблизи линии фронта, вносит деньги в "общак" и покрывает непредвиденные расходы? Хорошо, что есть друзья-волонтеры, которые пытаются покрыть часть расходов".
***
"Мой муж получил тяжелое ранение два года назад. Не работают обе ноги, шансов на восстановление нет. Он водит машину, имеет инвалидность 2 группы, последний совет травматолога: "Я бы вам очень-очень рекомендовал реабилитацию". Но мой муж вынужден много работать. Паше, как лошадь, несмотря ни на что – боль, отчаяние, постоянную усталость.
Мы ВПЛ еще с 2015 года, в свое время купили лачугу в негазифицированной деревне. И теперь не имеем права на улучшение жилищных условий только из-за того, что у нас есть свое. Неважно, что это лачуга в деревне, где уже никто, кроме нас двоих, не живет. Ему приходится "своими ногами" рубить, колоть и носить дрова в печь. Ветеранам приходится рассчитывать только на себя".
***
"Я работаю на двух работах, параллельно веду два проекта, плюс дополнительное репетиторство. За два года я так устала, что у меня просто уже нет сил".
***
"Когда муж был на войне, мы жили с двумя детьми на мою зарплату. Работала в школе, вела хозяйство, торговала на рынке. Все его деньги уходили на армейские нужды. Мы выживали сами".
***
"С тех пор как мужчина начал служить, мы влезли в долги".
***
"Муж все время пересылал нам с детьми деньги, начиная с учебки. Мы их не трогали, не могли. Я говорила мужу, что сохраню все до копейки. Когда вернется домой — распорядится ими сам.
Муж пропал без вести в Донецкой области. Выплаты от государства не трогаем. До сих пор надеемся на возвращение нашего папы. Пусть он сам решит. Слава богу, есть работа и силы, чтобы я заработала и на себя, и на детей".
***
"Я жена военного в декрете, и если писать о моих проблемах, то это будет целая книга. Мне просто хочется обнять и поддержать всех женщин, которые ждут военных.
Мы лучшие женщины во всем мире, потому что тоже проходим через эту войну, только каждая по-своему. Берегите себя, дорогие".
***
"Мой муж, отслужив 8 лет на боевых заданиях, получил первую пенсионную выплату через 2 года после увольнения! Я была в декрете с младшим ребенком всего 1,4 года и пошла работать, потому что нужно было кормить семью!".
***
"Была с детьми, когда мужа забрали. Пока ВЛК, пока полигон, а потом еще долго не платили — мы были без копейки. Пошла мыть посуду, потому что там платили каждую неделю. Тяжело вспоминать.
Очень сочувствую тем, кого оставляют без кормильца. В нашем доме в селе взрывом сорвало крышу, окна. Обращалась ко всем, но никто не вызвался помочь. Где-то в этом мире есть еще наш защитник, есть ли в мире высшие силы, которые помогут?".
***
"Я осталась одна с тремя детьми. Муж на БЗВП. Через пару дней после того, как он уехал, умерла его тетя, единственная его родственница. Похороны полностью лежали на мне. Также нужно отправлять ему посылки каждую неделю.
Я много работаю, у меня один выходной в неделю. Работаю с утра и до самой ночи. Очень тяжело. Очень".
***
"Работаю, живу в деревне, сажаю огород. У нас трое детей, учеба в двух университетах, один бесплатный, а один платный. Плюс нужно оплатить квартиру, чтобы дети жили нормально. И все это с моей минимальной зарплаты. А еще у нас школьник, у которого тоже есть потребности, не говоря уже о сезонной одежде.
Честно говоря, иногда не знаю, где мне брать эти деньги. У мужа не прошу, потому что знаю, у него там каждый день есть расходы, которые нужно покрывать самостоятельно. Иногда нечем оплатить электричество, выбираю, что в этом месяце оплачу, а что — в следующем.
Раньше можно было вырастить картошку или какие-то еще овощи, да и продать. Или продать в интернете вещи, из которых дети выросли.
Но теперь за это штрафуют, блокируют карты. Я не могу позволить себе платить налоги как ФЛП.
Почему я работаю, плачу налоги и еще кому-то что-то должна? Какая зарплата у депутата, который спит на заседаниях или вообще не приходит?".
***
"Мой муж — офицер ВСУ, после боевых действий на востоке его отправили служить в город. Я, конечно же, обрадовалась, вздохнула с облегчением. Все-таки можно ночью спокойно спать.
Долгое время я сама сводила семейный бюджет. Ведь его служба в тылу — это 27 тысяч гривен. Осенью у меня началась вторая волна депрессии, и все это еще и на фоне выгорания. У меня не было сил даже выйти из дома или поговорить с лучшей подругой. Последний проект закончила четыре месяца назад. И все. Я без работы, без сил открыть глаза. У нас двое детей, у старшего инвалидность, у младшего – серьезные проблемы со здоровьем, требующие постоянного лечения. Я принимаю лекарства, начала искать работу. Но с ГЗ (денежным обеспечением – ред.) 27 тысяч – мы едва сводим концы с концами. Экономим на продуктах. Я почти месяц хожу с болью в почках, но не могу пойти к врачу, потому что на это нет денег.
Я как-нибудь выберусь. У людей бывает и хуже, но я немного злюсь. Раньше он работал в ИТ и зарабатывал не менее 2к (тысяч – ред.) долларов. А теперь зарабатываю только я. У него даже нет времени на подработку, работает до часу ночи, у них тоже не хватает людей.
Я не уверена, стоит ли эту историю рассказывать. Потому что это заденет людей, ведь он в тылу, он больше не попадает под мины и обстрелы. Но иногда так хочется кому-то об этом рассказать".
***
"С 9-месячным ребенком вышла на работу. У нас двое детей. Поэтому старшему включаю мультик, а младший спит на плече. И я работаю, вместо того чтобы гулять с ним на улице. Ребенок сидит дома как щенок, потому что у мамы совещание".
***
"Мужчина служил в 2014–2016 годах, затем снова на фронте с первой недели полномасштабной войны. Две контузии, затем тяжелое ранение, но, слава Богу, жив! Имплантаты в ногах, все тело в шрамах, не слышит на одно ухо, постоянное головокружение. Операции, госпитали, больницы. Потом наконец в городе на год на тыловой должности. Радость, но и здесь неприятность – 21 тысяча гривен зарплаты. А у нас трое детей и я в декрете. Этих средств не хватает даже на самое необходимое!
Я дома с маленьким ребенком работаю – шью по ночам! Муж по выходным работает в гараже! Выживаем! Он не прятался, служил и заслужил такую отдачу?!! Это еще хорошо, что руки и ноги на месте. Так и ВЫЖИВАЕМ. До слез обидно за наших воинов, за их семьи, за детей".
***
"До полномасштабного у нас с мужем был бизнес, в котором мои задачи составляли двадцать процентов от всего объема. На нем были все организационные, технологические и технические вопросы. Моя сфера — учет, финансы и закупки.
В то же время моя работа давала возможность развивать основной бизнес – семейный. Я зарабатывала от трех с половиной до пяти тысяч долларов в месяц.
Через год после начала полномасштабной войны муж принял решение добровольно мобилизоваться – у него была отсрочка, потому что на нашем иждивении была его мама, инвалид 1 группы. Тогда все очень сильно изменилось, потому что все его задачи перешли ко мне и не было, знаете, этого периода "передачи дел". В конце июня он принял решение, в начале августа уже проходил БЗВП.
Мне было, да и что сказать, и сейчас – сложно, потому что основной работой стал семейный бизнес – довольно сложный технологически, и который ко всему прочему должен был обеспечивать нашу семью. И это было крайне тяжело – мы запустили его в 2021 году и еще даже не успели до конца разобраться во всех процессах, тем более я, которая уделяла ему процентов 20 своего внимания.
Несмотря ни на что, сейчас у нас стабильное производство и сбыт, мы расширяемся по всей Украине, открыли еще один бизнес, и все это кормит нас, наших сотрудников, покрывает потребности этого подразделения, как в денежном выражении, так и работой.
Мне не на что жаловаться, но это очень и очень тернистый путь, на котором я сталкивалась и с шовинизмом, и с финансовыми выборами – заплатить поставщику или отремонтировать машину, или купить какое-то оборудование в подразделение, и с непониманием, потому что он же служит, а значит зарабатывает, и государство все дало.
Не знаю, как у остальных, но мой круг общения сжался в плотный пузырь из сотрудников, военных и их семей, может, еще немного друзей осталось, которые остались людьми, достойными этого слова.
Вроде того. Жаловаться не на что, но я не знаю, как бы мы прожили на его ГЗ, если бы не бизнес".
***
"Экономим на всем. Арендованная квартира, муж на востоке. А теперь еще и арендаторы квартиру продают. Найти новую квартиру нереально, цены на аренду — заоблачные. Чувствую, что придется купить палатку и там с тремя детьми ждать мужа".
***
"У нас с женой трое маленьких детей, самому младшему 8 месяцев, жена — в декретном отпуске. Аренда квартиры в Киеве – 22 тысячи, мой доход – 21. Знакомые говорят: "Пусть жена работает, с ребенком на руках" и "А почему не купил бронь/инвалидность/отсрочку? Значит, лох".
***
"До мобилизации доход был в два раза больше. Я понимаю, что мы здесь не за деньги, а дали присягу защищать Украину. Хотелось бы, чтобы Украина защитила наши семьи, финансово. Обещанное увеличение ГЗ до 30 — это, по сути, индексация. Системные изменения необходимы, очень хорошо, что об этом начали говорить".
***
"Мы с мужем оба военнослужащие ВСУ. Я — офицер, он — сержант. Муж в связи с низким денежным обеспечением был вынужден по вечерам работать таксистом, я также сейчас ищу подработку на вечер".
***
"Мужчина – ограниченно годен, имеет серьезные проблемы со спиной еще со времен АТО. Пошел в боевое подразделение, потому что в штабе с их зарплатой боялся не вытянуть. Полтора года был на Курском направлении. Потом здоровье окончательно подвело, и он подал рапорт на перевод в "Азов", где ему обещали более приемлемые условия, обеспечение, ротации, отношение к личному составу. В "Азове" служит сын.
Так вот, рапорт мужу отклонили, а вместо этого перевели в штаб. Теперь он вынужден самостоятельно снимать себе жилье в прифронтовом городе. Цены – заоблачные, условия тоже, будто для скота. Машину заправляет самостоятельно. Одежду требуют гражданскую – это тоже расходы. Короче, если раньше он мог финансово участвовать в обеспечении семьи, то сейчас я сама должна найти способ платить за аренду (мы из Мариуполя, переселенцы), кормить себя и дочь, лечиться, да и вообще жить.
Он хочет в отпуск, но денег на него нет. Сейчас схватила спина – экономит на лечении. Короче, настолько унизительная для него ситуация, что у него настоящая депрессия. Ведь до войны он работал в международной гуманитарной организации, получал достойную зарплату".
***
"Я сейчас ищу дополнительную работу онлайн. Я военнослужащая. Нужны деньги на аренду жилья для семьи. Еще у меня тетя — инвалид первой группы. Нужна одежда, потому что ребенок растет, а еще и школа, еда, коммуналка. Моя аренда жилья в прифронтовом городе, коммуналка, заправка авто, ремонт авто, мои лекарства на постоянной основе, мои обследования, мои продукты".
***
"Наша история, наверное, типичная. До полномасштабного вторжения я был ИТ-шником, жена тоже хорошо зарабатывала. Присоединился в самом начале полномасштабного вторжения. Попал в тыловую часть в Одессе. ЗП меньше гражданской почти вдвое, но тогда это не беспокоило. Делал, что мог, хотелось больше, перевелся в новосформированную боевую воинскую часть, где первое время никакого дополнительного ГЗ не было совсем. Соответственно, после службы таксировал по вечерам, чтобы хоть что-то заработать. Иногда брал какие-то проекты на аутсорс, но не всегда получалось. Постепенно собственные сбережения тратились то на снаряжение, то на другие нужды.
Сейчас перевелся в Киев. Получил офицерское звание (+4 тысячи грн!). Работа боевая, поэтому периодические командировки на Юг. Снова вожу такси. Иногда просто, чтобы заправить машину и доехать на следующий день на службу.
Жена начала работать удаленно, когда малышу было 6 месяцев. Сейчас работает специалистом по коммуникациям в трех организациях. Это позволяет нам жить от зарплаты до зарплаты, оплачивать детский сад сыну, кредит за машину, купленную в 22-м.
Тяжело так жить, особенно учитывая предыдущий опыт в ИТ. Тем не менее, не жалею, что пошел в армию, у меня интересная работа, и я с радостью ее выполняю. Но хотелось бы, чтобы был какой-то дедлайн службы. Мне не нужно помогать, я просто, бляха, хочу вернуться к привычной жизни, хотя вряд ли она будет уже такой, как была".
***
"Муж на войне с 28 февраля 2022 года, из-за ранения теперь служит в тылу. Я живу в Польше, работаю на трех работах, чтобы содержать себя, маму и помогать еще ему.
Сон по 3–4 часа в день, минус здоровье".
***
"До мобилизации я работал в СМИ. Я ограниченно годен, поэтому так или иначе моя служба — это какие-то "тыловые" должности. Я нашел место службы +/– по своим навыкам.
Понимая, что денежное обеспечение будет "солидным", сразу думал над вариантами параллельно зарабатывать деньги. Я предложил на работе попробовать продолжить сотрудничество. Сказал, что, конечно, не смогу выполнять весь прежний объем работы, но смогу выполнять часть функций и не потеряю дополнительный источник дохода. Мне пошли навстречу, но вдвое уменьшили зарплату, потому что впереди был период БЗВП и в целом "непонятно, что и как ты будешь успевать делать".
Я всеми силами старался поддерживать связь, даже во время БЗВП полностью не выпадал из процесса, а после БЗВП сразу начал включаться во все процессы. Делал все, что от меня требовалось, а это оказался примерно тот же объем работы, что и до мобилизации. Возможно, не все успевал делать сразу, но вовремя. Подождав несколько месяцев, чтобы убедиться, что на удаленке я действительно справляюсь, я вернулся к вопросу "пересмотра" зарплаты. Мне сказали – подумаем. Но ситуация не меняется. Я просто делаю то, что и делал, просто за вдвое меньшие деньги. Ну потому что мне и так "за счастье иметь копейку". И работодателю это удобно. У меня нет никаких претензий к работодателю — действительно много понимания и гибкости. Но факт есть факт.
Я вынужден это делать только потому, что мне нужны деньги и из-за страха потерять хоть какую-то связь с рынком, потому что так же понимаю, что "возвращение" на рынок труда, когда бы оно ни произошло, будет лишь моей головной болью. Так же, как и сейчас моей головной болью является найти, на что жить моей семье.
Я понимаю, что моя ситуация, скорее всего, лучше, чем у других военных, у которых нет даже таких вариантов. Но бесит именно этот момент, что единственная "плюшка" в армии — это "радуйся, что у тебя не так плохо, как у...".
Получается, что в армии я выполняю высококвалифицированную работу за гроши, а чтобы иметь хоть какие-то деньги, я вынужден в свободное время заниматься другой творческой работой, которая изматывает и банально отнимает то небольшое время, которое остается "на семью и ребенка".
Государству и обществу плевать, как живут семьи военных. Есть много бытовых вопросов, которые я мог решать, но теперь нужно искать, кто делает это за деньги. Больно наблюдать, как какая-то базовая услуга, которая занимает у человека пару часов, стоит от 10 до 50 процентов моего, так сказать, "денежного обеспечения".
Так же никого не интересует, как мы должны заботиться о ребенке, если я всегда на службе, а жена тоже должна работать.
Последнее, возможно, не по теме, но меня еще бесит понятие "льгот для военных". Я бы скорее хотел иметь не льготы, а достойную зарплату.
Получается, что ты теряешь то, что мог зарабатывать, выпадаешь из рынка, теряешь субъектность, работаешь на грани выгорания, а взамен не получаешь даже того, что мог зарабатывать, не напрягаясь. Плюс еще и категория льгот "только для УБД" тоже не до конца понятная инициатива.
Я согласен, что УБД должны иметь больше привилегий, но иногда это носит дискриминационный характер. Армия, по сути, означает "теперь ты будешь получать значительно меньше, но на жизнь семьи нужно будет значительно больше". Вот такие мысли и ощущения по этому поводу. Ждем обещанные 30 тысяч – "ощутимое" повышение денежного обеспечения, которое все равно будет меньше даже средней зарплаты))".
***
"Я служил в тылу. Ребята вечером работали таксистами, чтобы как-то дотянуть до зарплаты. Командиры части, которые все время сидят в далеком тылу, устроили облаву на военных таксистов и запретили им работать, потому что "как это так, что у них еще есть время и силы после службы работать". Также в части не платят 30-ку за наряды, потому что "как это солдат будет в месяц получать как полковник…".
***
"Коллеги на работе относятся ко мне плохо, не проявляют никакого понимания. Я прошу отпуск на 10 дней, потому что муж приезжает с востока, а мне начальник отдела кадров говорит, что посмотрит, ухожу ли я по графику, иначе приказ на отпуск не будет, и ей все равно".
***
"У меня муж пропал без вести, уже 5 месяцев от государства нет помощи. А у нашей дочери эпилепсия, я не могу работать полный рабочий день".
***
"Долг за коммуналку уже 16 тысяч, дети болеют, я сама только что из больницы. У мужа не прошу, потому что мужу на войне это нужнее, чем нам. Вся моя зарплата ушла на лекарства и еду".
***
"Мужчина погиб в Донецкой области, написали "небоевая потеря". Сыну тогда было 5 лет. Все, что я смогла оформить, — это пенсию по потере кормильца. Больше помощи от государства — 0.
Я работаю. Я официальная жена, и ни у меня, ни у нашего сына нет даже удостоверения члена семьи погибшего защитника. Никакой поддержки. Главное, что мужчина выполнил свой долг, встал на защиту страны. Таких семей, которые получили документы о "небоевой потере", очень много. Но все об этом молчат. Ни мамы защитников, ни жены, ни дети не имеют никакой поддержки. Все, что нам положено, это минимальная пенсия по потере кормильца. Это 4700 грн. Как будто у нас другое горе, чем у тех, кому написали "боевая потеря".
Очень много страшных историй, но всем все равно, поэтому их становится еще больше. Больше всего болит за детей.
Детей, родителям которых написали "небоевая потеря", не приглашают на мероприятия, как других детей погибших военнослужащих. У них якобы другая боль. Им якобы поддержка не нужна. Даже на праздники им не дают те конфеты. И дело здесь вовсе не в конфетах. Нас нет, всем на нас наплевать".
***
"Мой муж нас содержит, а я дома занимаюсь теплицами. Он военный с 2014 года, и сейчас у него зарплата и премия вместе составляют около 50 тысяч гривен. Но в Запорожье, где он несет службу, жилье не из дешевых. Арендодатели наживаются на военных. И еще многое в армии нужно покупать самому. Поэтому на семью остается мало".
***
"История, наверное, такая же, как у многих. Мы живем на мою зарплату. Не представляю, что было бы, если бы я не работала".
***
"Без денег военные часто оказываются после ранений. Даже если у них были выплаты, наступает момент, когда они начинают жить на сбережения от этих выплат. А тем временем нужно ждать выводов ВЛК, затем почти тот же круг для получения инвалидности, потом еще нужно подождать, пока пенсионный фонд начнет выплачивать пенсию. Эти периоды занимают от 4 до 6 месяцев в среднем. Все это время нужно прожить самому и прокормить семью".
***
"Очень тяжело, особенно ВПЛ.
Работаю, у меня две работы плюс веду семинары и тренинги. В лучшем случае у меня три выходных дня в месяц. Пришлось сократить реабилитацию и обучение сына с инвалидностью. Он сам не может их посещать. Сопровождать, кроме меня, некому. Спасибо, что дочь сама справляется. Зимой заболела так, что не могла нормально ходить. Теперь выгребаем из кредитов".
***
"Я подрабатываю на аутсорсинге. Основная работа — государственная служба, за которую держусь, потому что можно работать из дома. Вечером, когда укладываю ребенка, работаю ведущей онлайн. Подрабатываю созданием викторин, провожу экскурсии. Очень много средств уходит на памперсы, еду для ребенка и на няню. Большая часть нашей с ребенком одежды и обуви – это то, что отдали подруги или другие семьи военнослужащих. И игрушки, коляски – все б/у, мы на этом сэкономили. Конечно, муж, когда может, помогает, но вот уже вторую машину пришлось покупать почти за свои деньги. А за последний месяц муж уже второй раз попал в госпиталь. А это значит, что он получит значительно меньше".
***
"Мы с мужем уже "взрослые". Маленьких детей у нас нет. Всю его зарплату откладываем. Потому что это война и может случиться что угодно. Эти деньги — финансовая подушка. Живем на мои заработки. В декабре эвакуировались из Запорожья в более безопасный регион. Теперь еще и снимаю жилье".
***
"Почти ничего не отправляю семье. Дети и жена обеспечивают себя сами. Все средства трачу на организацию службы, материально-техническую базу, автотранспорт и его заправку, лечение".
***
"Работаю на двух работах. Я с детьми живу полностью на самообеспечении. Иногда бывают какие-то деньги от мужа, но это буквально несколько тысяч и сумма нестабильная, поэтому на них не рассчитываю вообще при планировании бюджета. Если есть – прекрасно, купим кроссовки ребенку или запланируем какую-нибудь поездку, нет – справляюсь и без них.
Конечно, о каких-либо накоплениях или дорогих покупках вообще не идет речи, исключительно базовые потребности. Очень смешно, когда кто-то спрашивает, почему я не куплю себе машину.
Сейчас уже привыкла, в 2022 году было сложно, потому что школы и садики несколько месяцев не работали вообще — тогда это был еще тот квест: совместить детей, быт и работу, потому что никаких родственников рядом у меня нет. Как выживают жены военных в декрете — понятия не имею".
***
"Инструктор условно тылового учебного центра. За 15 дней отпуска на стройке заработал 2 месячные зарплаты".
***
"После прохождения ВЛК списали на полигон, получаю 20560 гривен, из них еще нужно отложить на лечение и отправить какие-то средства домой дочери с внучкой и маме, у которой пенсия 4500".
***
"У меня Opel–CAMPO 3.1 дизель, купленный за свой счет. Сейчас я служу в тылу, и он не ездит, потому что у меня нет возможности заправляться. От дома до места службы 55 км. Туда и обратно это 110 км, получается 12 л * 85 = 1020 грн. Снимаю квартиру – одна комната 4000, плюс коммунальные услуги. Добираюсь на службу маршруткой с пересадкой. Домой еду только в случае крайней необходимости. Это слишком дорого".
Проект "Последний капиталист" подсчитал, что военные без боевых надбавок потеряли за время полномасштабной войны около 70% зарплаты из-за инфляции. Сколько нужно было бы платить сегодня, чтобы выплаты стоили столько же, как в марте 2022 года? Денежное обеспечение должно было бы составлять около 65 тысяч гривен вместо нынешних 20 тысяч.
Пока государство распыляет огромные средства на дотирование коммунальных тарифов и популистские выплаты, денежное обеспечение тех, кто держит фронт, остается неадекватно низким. Существует также мнение, что средства партнеров, которые невозможно напрямую потратить на обеспечение армии, можно было бы направить на поддержку семей военных и таким образом улучшить ситуацию.
Помимо глубокого кризиса доверия к государственным институтам со стороны многих военнослужащих, эта ситуация создает риски для безопасности страны.
Алина Сарнацкая