Перший помічник прем'єр-міністра Ольга Трегубова: "Тимошенко – не весільний, а справжній генерал"
При всей видимой открытости Юлии Тимошенко это впечатление иллюзорно. Что на самом деле она думает, и чем она живет – загадка за множеством печатей. Тимошенко достаточно умна, чтобы свои настоящие мысли не выражать вслух.
Чтобы приоткрыть дверь в мир настоящей Тимошенко, "Украинская правда" запланировала интервью с очень близким к ней человеком – Ольгой Трегубовой, которая сейчас стала первым помощником премьер–министра Украины.
Однако цели своей нам удалось добиться только частично – Трегубова не сдала "явки и пароли" своего начальника, хотя и поведала детали работы второго человека в стране.
Ольга Трегубова сразу предупреждает, что ничего плохого о Тимошенко рассказывать не будет – "я могу говорить о ней только в розовом цвете, и это вам может быть неинтересно".
"Вообще–то я не даю интервью, а если уже решилась, то не с целью пиара, а чтобы поведать о моей Юлии Владимировне как о человеке, ведь, по сути, я живу с ней жизнь, – сознается Трегубова. – Пусть что–то для себя узнают и ее сторонники, и ее враги".
В этой беседе Трегубова приуменьшила свою роль. По сути она занимается организацией личной жизни Тимошенко как человека. Например, она часто с мерками премьера ходит в магазины и покупает для нее одежду или обувь.
А еще люди из ближайшего окружения – на особом счету у Тимошенко. Всем известно, как яростно лидер БЮТ выступала за отмену льгот депутатам, в частности, боролась с выделением им квартир. Тем не менее, члены команды Тимошенко государственной жилплощадью в столице приросли...
Трегубова получила квартиру на Львовской площади – именно в той высотке, где находится известная теперь всей стране квартира Сюзанны Станик.
В свое время Ольга Трегубова была техническим секретарем в приемной первого секретаря Днепропетровского обкома Компартии Виктора Бойко. Потом Советский Союз развалился, а через пару лет возникла корпорация "Единые энергетические системы Украины". Ольга Трегубова пришла на работу в ЕЭСУ в 1996 году – с тех пор она рядом с Тимошенко.
– Как сейчас выглядит рабочий график премьер–министра Тимошенко? Когда она приходит на работу?
– В девять часов.
– Кто ей первый докладывает о предстоящем рабочем дне?
– Министр Кабинета министров Петр Крупко и руководитель аппарата Михаил Ливинский. График работы премьера такой, что часто уходим домой в полдвенадцатого ночи.
– Но, кроме загруженности, это говорит о том, что человек не умеет правильно распорядиться своим временем, берет на себя лишнее, хотя нужно поручать другим. А Тимошенко распыляется на мелкие детали.
– Возможно, но не для такого высокого ранга. Она – премьер–министр! Как она может что–то упустить из своего внимания, в такое тяжелое время для страны? Она говорит, что отвечает за все. Она всегда лично контролирует всю работу правительства и никому ничего не перепоручает. Перепоручить – это, как говорят, здыхаться.
– Часто заметно, что Тимошенко не доверяет людям. Например – правительственные комитеты, которые ей многократно предлагали создать в первом заходе на премьера. Она постоянно отказывалась, не хотела передавать эту работу министрам, а хотела все держать под своим контролем. Почему такое недоверие к подчиненным?
– Она на себя взваливает огромную ответственность. Она идет к людям, смотрит им в глаза и говорит им, что выполнит свои предвыборные обещания! И она должна видеть, чтобы все действия власти шли в контексте ее обещаний. Вот отсюда она черпает силы.
– Тимошенко очень часто ищет оппонента, с которым она должна бороться. Ее стихия – это борьба. Сперва она боролась с Кучмой, поднялась как политик. Потом она боролась с Пинчуком. Сейчас у нее новая борьба, например, с "РосУкрЭнерго". Ей постоянно нужен враг, чтобы она проявляла себя в этом процессе борьбы…
– Нет, ей враги не нужны. Но если страну хотят обидеть, воруют, нагло растаскивают, создают теневые схемы – почему не бороться с такими людьми? Я вижу, что она искренне хочет поднять уровень жизни людей.
– А когда Тимошенко возглавляла ЕЭСУ, чего она хотела?
– Я мало с ней тогда работала, ничего не могу сказать.
– Вы уловили этот переломный момент, когда она превратилась из бизнесмена в политика?
– Я пришла уже практически в момент перехода.
– В прошлый раз, когда Тимошенко была премьером, она говорила, что ей мешали "любі друзі". А в этот раз?
– Сейчас "нелюби" друзи. Работать действительно сложно. Но никто из нас, и она в первую очередь, даже не предполагали, что будет легко и просто.
– В последнее время становится все более очевидно, как обострились отношения президента и премьер–министра? Как ситуация выглядит изнутри?
– Я могу сказать, что даже в близком кругу премьер говорит: "Виктор Ющенко – это президент, избранный народом. Пре–зи–дент!"
– Тимошенко в конце января собиралась ехать в Москву, а потом вдруг объявляют, что она не едет. Как она на это отреагировала?
– Прореагировала абсолютно нормально. Значит, так лучше для нашей страны. Она не драматизирует абсолютно никакие ситуации.
– Где самые сложные точки для нее сейчас, в ее деятельности премьер–министра?
– Перед тем, как второй раз зайти в кабинет премьер–министра, она перекрестилась... И буквально тут же ожидал приема глава Ощадбанка Анатолий Гулей.
Это был первый человек, с которым она встретилась на должности премьера. С первой секунды своей работы она начала внедрять в жизнь обещание о возврате вкладов.
– Какая тема сейчас присутствует в графике Тимошенко на каждый день?
– Это программа работы правительства.
– Кто ближе всех к Тимошенко из политиков в данный момент?
– Я могу сказать о Турчинове – слава Богу, что он у нее и у нас есть. Потому что это такой человек, который ее никогда не предавал и не предаст. Но вообще она не выделяет фаворитов. У нее ко всем умеренное, очень доброжелательное отношение.
– Почему Тимошенко, если расстается с людьми, то часто это сопровождается скандалом?
– Юлия Владимировна человек неконфликтный…
– Но вспомните, Бродский ушел, и они стали врагами. У Волкова тоже были близкие с ней отношения, а потом случился конфликт!
– Если кто–то обливает ее грязью, то она этого никогда не делает.
– Часто приходилось слышать такую мысль, что Тимошенко использует человека по максимуму, если он попадает в ее команду. А если он ей уже не нужен, она его от себя отстраняет.
– Она всех использует по максимуму. Но прежде всего саму себя. Юлия Владимировна очень последовательный человек и принципов своих никогда не меняла.
 |
| После избрания Тимошенко премьер-министром в 2005 году. Фото Александра Прокопенко |
– Как выглядит рабочий день премьер–министра, например, где она обедает?
– В Кабмине, в комнате отдыха. Как раз где раскладушка стоит. Там же есть такой небольшой столик.
– Журналистам когда–то удалось побывать в той комнате – так там на холодильнике стояли банки с протеиновыми добавками или что-то в этом роде. Тимошенко их употребляет?
– Это были не протеиновые добавки. То был какой–то комплекс витаминов, сухофрукты. Надо же себя хоть как–то поддерживать. Бывает, уже вечером, вымотанная, Юлия Владимировна говорит: "Все, больше не могу, я так устала!". Откладывает документы, и мы переключаемся на какую–то другую тему. Я предложу ей травяного чайку. Поговорим на «непроизводственную тему» и этого ей достаточно, чтобы "отдохнуть".
– Она смотрит новости по телевизору?
– Говорит, что не хватает нервов.
– Газеты читает?
– Водитель каждый день покупает свежую прессу. И когда едет в машине, она ее пересматривает. Бывает, что ей приносят утром обзор, а она уже знает, что какой–то статьи там нет.
– Пользуется ли Тимошенко комнатой для тайных переговоров, которую ей оставил в наследство Янукович?
– Я там ни разу не была. По–моему, она тоже туда не ходит.
– "Раскладушка Тимошенко" стала уже самостоятельным образом. Кто придумал эту историю, что Тимошенко спит на этой раскладушке? Ведь это же не раскладушка, а койка для массажа!
– Нет, это раскладушка! Она и сейчас там находится.
– Но она же на ней не спит!
– В прошлое премьерство она несколько раз оставалась ночевать в Кабинете министров.
– Сейчас Тимошенко стала работать меньше?
– Скажу так: она стала работать намного динамичнее.
– Семья как–то проявляется в работе Тимошенко? Ее родственники приходят на работу?
– Приходит наша Женяша, ей же надо с мамой увидеться. К большому сожалению, маме трудновато найти время для самых близких людей.
– Где Тимошенко праздновала Новый год в этом году?
– Дома, за городом.
– А вы были в этом ее мифическом доме на дамбе за Конча-Заспой, в коттеджном городке "Срибна затока"?
– Была. Хороший, красивый дом аккуратный и небольшой. Без китча – без бассейнов, фонтанов и фазанов, он весь в стиле Юли – светлый, молочно–бежевые тона... Я его называю "домик Барби".
 |
| "Домик Барби" Тимошенко на дамбе. Фото "Украинской правды" |
– Почему в вопросе личных доходов Тимошенко как будто издевается – все время подает свою пустую декларацию?
– Послушайте, это ее реальная декларация. Что она еще может показать? Бизнесом она не занимается…
– Все понимают, что элементарные вещи – ее внешний вид – требует на порядок больших денег!
– Но у Юли есть же семья.
– Чем реально занимается Александр Тимошенко? Была история, что он якобы занимался торговлей перепелиных яиц – но это же несерьезно!
– Супруг Юлии Владимировны занимается бизнесом. У него есть офис где–то на Левом берегу. Мне Александр Геннадьевич рассказывал, что это очень красивое место. Говорит, что, побывав там, не понимаешь, зачем нужен этот центр со всей его суетой.
– Почему постоянно ходят слухи об отношениях Тимошенко и Шуфрича?
– Каждому человеку хочется о другом человеке узнать что–нибудь такое интимное, но это жизнь, иные люди без подобной информации страдают бессонницей. Выдумывают всякие версии. Даже говорить об этом не хочется.
– Тимошенко как–то реагировала на эти истории в вашем присутствии?
– Вообще, при всем том, что она такая железная леди, она достаточно болезненно реагирует на какие–то такие проявления несправедливости. Это для нее тяжеловато…
– Она возмущается?
– Нет, она может просто вздохнуть...
– Что входит в ваш круг обязанностей как первого помощника премьер-министра?
–У меня много обязанностей как личного, так и общественного характера, и право на свое мнение тоже есть. Работы, поверьте, хватает.
– То есть это вы организовываете премьеру маникюр, парикмахера?
– Могу и это. Но ведь к ней каждый день парикмахер не ходит. Причесывается она сама, потому что прекрасно справляется за семь минут. Как–то мы были в Париже во времена первого премьерства Юлии Владимировны, и жили с ней в апартаментах на двоих. У меня была своя спальня, своя туалетная комната, потом был холл, ее спальня, но все это в одном блоке. И Юлия Владимировна мне говорит: "Ты меня утром разбуди". А там разница во времени… Я просыпаюсь, как глянула на часы: "Боже, проспала!". Я влетаю к ней, босая, в халате, и вижу такую картину: стоит моя шеф, плетет косу, уже душ приняла, в порядок себя привела. Все готово! То есть, у нее на прическу уходит 5–7 минут. Она все сама умеет делать.
– Но все равно, если Тимошенко куда-то едет, то в правительственную делегацию всегда входит человек, который занимается ее внешним видом.
– Вы же понимаете, как важен внешний вид, когда ее вокруг окружают камеры. Речь идет о премьер–министре страны! Это – безвыходное положение, и мы приняли решение, чтобы с нами ездила Тамара Бойкова, которая раньше работала на ТРК Киев, готовя ведущих к эфиру.
– Бродский как–то говорил, что Ольга Федоровна – это как Вера Ивановна при Ющенко, и если нужно решить вопрос у Тимошенко – обращайтесь к Трегубовой.
– Я могу зайти в любой момент к Юлии Владимировне, задать ей любой вопрос. Она меня выслушает, скажет свое мнение или даст поручение. И у меня всегда такая договоренность с людьми, что я после разговора с руководителем ничего придумывать не буду от себя. Вот мне задали какой–то вопрос, я говорю: "Хорошо, я спрошу у Юлии Владимировны. Как она скажет". Такая постановка вопроса людей всегда устраивает. Доверие нарабатывается годами – теряется в миг. Сравнение меня с Верой Ивановной не смущает, но я – Ольга Трегубова!
– Вы рекомендовали каких–то людей в избирательный список БЮТ?
– Дело в том, что рекомендовать кого–то – это очень ответственный шаг. Я рекомендовала своего сына, было обсуждение на фракции. И когда на съезде БЮТ моего сына огласили в списке, только потом я позвонила ему и сказала об этом.
– Да, но как это вяжется с тем, как Тимошенко говорила, что "мы братьев, кумовьев, сватов в списки не берем". Ваш сын – не активист партии, а вдруг становится депутатом. А люди, которые делают карьеру в "Батькивщине" уже много лет, из–за этого не попали в список!
– Я считаю, что кандидатура моего сына достойна. У него высокий профессиональный уровень. Он был зампрокурора Днепропетровской области, прошел все ступени, которые нужно преодолеть для этой должности. Сейчас он секретарь комитета Верховной Рады по коррупции.
– Это правда, что когда Тимошенко первый раз была премьер–министром, мэр Киева Александр Омельченко выделил квартиры для ее ближайшего окружения – Ливинскому, Трегубовой, Шаго?
– До перехода в нашу команду Михаил Ливинский проработал 10 лет в аппарате правительства. Мы с Евгением Петровичем начали работу в аппарате Кабмина в 1999 году.
– Выходит, что вам крупно повезло, потому что Тимошенко объявила, что больше никто не будет получать квартиры из ее депутатов.
– Но я же не депутат!
 |
| Ольга Трегубова и тетя Тимошенко Антонина Ульяхина (слева) в парламентской ложе. Фото А.Прокопенко |
– Это случилось в 1996 году. Геннадия Афанасьевича Тимошенко и Евгения Петровича Шаго я знала по работе в Днепропетровском обкоме Компартии. Они предложили мне перейти в корпорацию ЕЭСУ. И как–то Шаго позвал меня на встречу в полдевятого вечера. Я еще подумала: "Что же за работа там такая?".
Вышла я на работу в день рождения Юлии Владимировны, 27 ноября! В тот же день я поняла, что в корпорацию перешли работать много квалифицированных людей. Я встретила в ЕЭСУ и бывшего секретаря горкома партии, и бывших директоров крупных предприятий. Одним словом, входить в коллектив ЕЭСУ мне было легко, потому что многих людей я знала до этого.
– Говорят, Геннадий Тимошенко перетянул в ЕЭСУ всех партийных работников…
– А почему нет? Это люди, которые умели работать и самое главное – отвечать за свою работу.
И вот Геннадий Афанасьевич предложил мне работу в приемной у Юлии Владимировны: "Ольга, завтра выходишь сюда на работу к моей Юле. Нам нужен человек, который может находиться с ней все время рядом. Но мы при этом должны и доверять этому человеку. А я тебя уже знаю сто лет, никаких вопросов нет…".
Самым главным для меня в то время было ожидание первой встречи с Юлией Владимировной. Представляете, ведь я не была знакома с ней. И вот в приемную стремительно заходит юная, легкая, темноволосая девушка. В строгом черном костюме и белой блузке, с такой красивой улыбкой, вся такая доброжелательная!
Поздоровавшись со своими секретарями и помощниками, подошла ко мне и сказала: "Вы – Оля? Рада с вами познакомиться!"
Думаю, с первого момента нашей встречи между нами произошел контакт доверия, который уже много лет, слава Богу, существует между нами. Когда меня спрашивают журналисты о моих амбициях, то я говорю, что у меня самая высокая ступенька в карьере – это место первого помощника моей Юлии Владимировны, где бы ни пришлось ей работать!
– Расскажите, когда вы работали в ЕЭСУ, то встречали там Лазаренко? Говорят, что когда он приезжал в ЕЭСУ, всех сотрудников пораньше отпускали домой, чтобы его видело поменьше лишних глаз.
–Я ни разу не видела Лазаренко в этом офисе, хотя приемная Юлии Владимировны работала в круглосуточном режиме, и график ее встреч мне был известен.
– Тимошенко была готова к аресту, когда ее посадили в СИЗО?
– Была. Помню, началось это нагнетание страстей, и ее каждый день вызывали в прокуратуру на допрос. Юля и говорит: "Знаешь, Оля, надо купить сумку вещей. Так, на всякий случай". И мы с ней составили эту сумку.
Да, действительно, была белая сумка в синюю клетку. У нее там был спортивный костюм, кроссовки, носки, какое–то белье, зубная щетка, крем. И когда она шла на допрос в генеральную прокуратуру, охрана брала эту сумку, ставила в машину. И в один "прекрасный" момент она пригодилась…
А когда Юлю арестовали, первое, что она попросила – это резиновые перчатки, моющее средство – и это была наша первая передача в тюремную камеру. Она засучила рукава, одела перчатки и вымыла это помещение.
Она много об этом рассказывала, писала. Когда ее только запихнули в эту камеру, с этой сумкой, в этой шубе, то сразу выключили свет. И она говорит: "Я села на эту сумку, и сижу. Света нет. И думаю, а вдруг я ступлю, а там яма. И только слышу, как надзиратели подглядывают". Юля сидит и не шевелится. Представляете, какое мужество надо иметь?
А они за дверями ожидали, что Юля начнет кричать. Но ничего подобного. А потом Юля забила полотенцем эту дырку, в которую подглядывали надсмотрщики. Они начали противиться, так Юля им сказала: "Если еще раз откроете, я объявлю голодовку".
– Какую роль Лазаренко играл для Тимошенко, вы для себя поняли?
– В Днепропетровске я живу в доме Министерства черной металлургии. И в моем доме жило достаточно много уважаемых людей – из министерства, директора заводов, преподаватели, учителя. И как–то возвращалась я с работы, захожу в дом – и встречаю одного руководителя крупного предприятия.
Он спрашивает: "Почему так поздно?". "С работы". "А где ты работаешь?". "Там–то и там–то". Говорит: "А скажи, это правда, что Юля в ЕЭСУ как свадебный генерал?" Я на тот момент уже поработала у Юлии Владимировны, и поняла немножко ситуацию в ЕЭСУ. И я говорю этому человеку: "Знаешь, ты у себя на предприятии скорее свадебный генерал, чем она. А она – самый настоящий генерал!"