Перший помічник прем'єр-міністра Ольга Трегубова: "Тимошенко – не весільний, а справжній генерал"

Понеділок, 18 лютого 2008, 16:36

При всей видимой открытости Юлии Тимошенко это впечатление иллюзорно. Что на самом деле она думает, и чем она живет – загадка за множеством печатей. Тимошенко достаточно умна, чтобы свои настоящие мысли не выражать вслух.

Чтобы приоткрыть дверь в мир настоящей Тимошенко, "Украинская правда" запланировала интервью с очень близким к ней человеком – Ольгой Трегубовой, которая сейчас стала первым помощником премьер–министра Украины.

Однако цели своей нам удалось добиться только частично – Трегубова не сдала "явки и пароли" своего начальника, хотя и поведала детали работы второго человека в стране.

Ольга Трегубова сразу предупреждает, что ничего плохого о Тимошенко рассказывать не будет – "я могу говорить о ней только в розовом цвете, и это вам может быть неинтересно".

"Вообще–то я не даю интервью, а если уже решилась, то не с целью пиара, а чтобы поведать о моей Юлии Владимировне как о человеке, ведь, по сути, я живу с ней жизнь, – сознается Трегубова. – Пусть что–то для себя узнают и ее сторонники, и ее враги".

В этой беседе Трегубова приуменьшила свою роль. По сути она занимается организацией личной жизни Тимошенко как человека. Например, она часто с мерками премьера ходит в магазины и покупает для нее одежду или обувь.

А еще люди из ближайшего окружения – на особом счету у Тимошенко. Всем известно, как яростно лидер БЮТ выступала за отмену льгот депутатам, в частности, боролась с выделением им квартир. Тем не менее, члены команды Тимошенко государственной жилплощадью в столице приросли...

Трегубова получила квартиру на Львовской площади – именно в той высотке, где находится известная теперь всей стране квартира Сюзанны Станик.

В свое время Ольга Трегубова была техническим секретарем в приемной первого секретаря Днепропетровского обкома Компартии Виктора Бойко. Потом Советский Союз развалился, а через пару лет возникла корпорация "Единые энергетические системы Украины". Ольга Трегубова пришла на работу в ЕЭСУ в 1996 году – с тех пор она рядом с Тимошенко.

– Как сейчас выглядит рабочий график премьер–министра Тимошенко? Когда она приходит на работу?

– В девять часов.

– Кто ей первый докладывает о предстоящем рабочем дне?

– Министр Кабинета министров Петр Крупко и руководитель аппарата Михаил Ливинский. График работы премьера такой, что часто уходим домой в полдвенадцатого ночи.

– Но, кроме загруженности, это говорит о том, что человек не умеет правильно распорядиться своим временем, берет на себя лишнее, хотя нужно поручать другим. А Тимошенко распыляется на мелкие детали.

– Возможно, но не для такого высокого ранга. Она – премьер–министр! Как она может что–то упустить из своего внимания, в такое тяжелое время для страны? Она говорит, что отвечает за все. Она всегда лично контролирует всю работу правительства и никому ничего не перепоручает. Перепоручить – это, как говорят, здыхаться.

– Часто заметно, что Тимошенко не доверяет людям. Например – правительственные комитеты, которые ей многократно предлагали создать в первом заходе на премьера. Она постоянно отказывалась, не хотела передавать эту работу министрам, а хотела все держать под своим контролем. Почему такое недоверие к подчиненным?

– Она на себя взваливает огромную ответственность. Она идет к людям, смотрит им в глаза и говорит им, что выполнит свои предвыборные обещания! И она должна видеть, чтобы все действия власти шли в контексте ее обещаний. Вот отсюда она черпает силы.

– Тимошенко очень часто ищет оппонента, с которым она должна бороться. Ее стихия – это борьба. Сперва она боролась с Кучмой, поднялась как политик. Потом она боролась с Пинчуком. Сейчас у нее новая борьба, например, с "РосУкрЭнерго". Ей постоянно нужен враг, чтобы она проявляла себя в этом процессе борьбы…

– Нет, ей враги не нужны. Но если страну хотят обидеть, воруют, нагло растаскивают, создают теневые схемы – почему не бороться с такими людьми? Я вижу, что она искренне хочет поднять уровень жизни людей.

– А когда Тимошенко возглавляла ЕЭСУ, чего она хотела?

– Я мало с ней тогда работала, ничего не могу сказать.

– Вы уловили этот переломный момент, когда она превратилась из бизнесмена в политика?

– Я пришла уже практически в момент перехода.

– В прошлый раз, когда Тимошенко была премьером, она говорила, что ей мешали "любі друзі". А в этот раз?

– Сейчас "нелюби" друзи. Работать действительно сложно. Но никто из нас, и она в первую очередь, даже не предполагали, что будет легко и просто.

– В последнее время становится все более очевидно, как обострились отношения президента и премьер–министра? Как ситуация выглядит изнутри?

– Я могу сказать, что даже в близком кругу премьер говорит: "Виктор Ющенко – это президент, избранный народом. Пре–зи–дент!"

– Тимошенко в конце января собиралась ехать в Москву, а потом вдруг объявляют, что она не едет. Как она на это отреагировала?

– Прореагировала абсолютно нормально. Значит, так лучше для нашей страны. Она не драматизирует абсолютно никакие ситуации.

– Где самые сложные точки для нее сейчас, в ее деятельности премьер–министра?

– Перед тем, как второй раз зайти в кабинет премьер–министра, она перекрестилась... И буквально тут же ожидал приема глава Ощадбанка Анатолий Гулей.

Это был первый человек, с которым она встретилась на должности премьера. С первой секунды своей работы она начала внедрять в жизнь обещание о возврате вкладов.

– Какая тема сейчас присутствует в графике Тимошенко на каждый день?

– Это программа работы правительства.

– Кто ближе всех к Тимошенко из политиков в данный момент?

– Я могу сказать о Турчинове – слава Богу, что он у нее и у нас есть. Потому что это такой человек, который ее никогда не предавал и не предаст. Но вообще она не выделяет фаворитов. У нее ко всем умеренное, очень доброжелательное отношение.

– Почему Тимошенко, если расстается с людьми, то часто это сопровождается скандалом?

– Юлия Владимировна человек неконфликтный…

– Но вспомните, Бродский ушел, и они стали врагами. У Волкова тоже были близкие с ней отношения, а потом случился конфликт!

– Если кто–то обливает ее грязью, то она этого никогда не делает.

– Часто приходилось слышать такую мысль, что Тимошенко использует человека по максимуму, если он попадает в ее команду. А если он ей уже не нужен, она его от себя отстраняет.

– Она всех использует по максимуму. Но прежде всего саму себя. Юлия Владимировна очень последовательный человек и принципов своих никогда не меняла.

После избрания Тимошенко премьер-министром в 2005 году. Фото Александра Прокопенко

– Как выглядит рабочий день премьер–министра, например, где она обедает?

– В Кабмине, в комнате отдыха. Как раз где раскладушка стоит. Там же есть такой небольшой столик.

– Журналистам когда–то удалось побывать в той комнате – так там на холодильнике стояли банки с протеиновыми добавками или что-то в этом роде. Тимошенко их употребляет?

– Это были не протеиновые добавки. То был какой–то комплекс витаминов, сухофрукты. Надо же себя хоть как–то поддерживать. Бывает, уже вечером, вымотанная, Юлия Владимировна говорит: "Все, больше не могу, я так устала!". Откладывает документы, и мы переключаемся на какую–то другую тему. Я предложу ей травяного чайку. Поговорим на «непроизводственную тему» и этого ей достаточно, чтобы "отдохнуть".

– Она смотрит новости по телевизору?

– Говорит, что не хватает нервов.

– Газеты читает?

– Водитель каждый день покупает свежую прессу. И когда едет в машине, она ее пересматривает. Бывает, что ей приносят утром обзор, а она уже знает, что какой–то статьи там нет.

– Пользуется ли Тимошенко комнатой для тайных переговоров, которую ей оставил в наследство Янукович?

– Я там ни разу не была. По–моему, она тоже туда не ходит.

"Раскладушка Тимошенко" стала уже самостоятельным образом. Кто придумал эту историю, что Тимошенко спит на этой раскладушке? Ведь это же не раскладушка, а койка для массажа!

– Нет, это раскладушка! Она и сейчас там находится.

– Но она же на ней не спит!

– В прошлое премьерство она несколько раз оставалась ночевать в Кабинете министров.

– Сейчас Тимошенко стала работать меньше?

– Скажу так: она стала работать намного динамичнее.

– Семья как–то проявляется в работе Тимошенко? Ее родственники приходят на работу?

– Приходит наша Женяша, ей же надо с мамой увидеться. К большому сожалению, маме трудновато найти время для самых близких людей.

– Где Тимошенко праздновала Новый год в этом году?

– Дома, за городом.

– А вы были в этом ее мифическом доме на дамбе за Конча-Заспой, в коттеджном городке "Срибна затока"?

– Была. Хороший, красивый дом аккуратный и небольшой. Без китча – без бассейнов, фонтанов и фазанов, он весь в стиле Юли – светлый, молочно–бежевые тона... Я его называю "домик Барби".

"Домик Барби" Тимошенко на дамбе. Фото "Украинской правды"

– Почему в вопросе личных доходов Тимошенко как будто издевается – все время подает свою пустую декларацию?

– Послушайте, это ее реальная декларация. Что она еще может показать? Бизнесом она не занимается…

– Все понимают, что элементарные вещи – ее внешний вид – требует на порядок больших денег!

– Но у Юли есть же семья.

– Чем реально занимается Александр Тимошенко? Была история, что он якобы занимался торговлей перепелиных яиц – но это же несерьезно!

– Супруг Юлии Владимировны занимается бизнесом. У него есть офис где–то на Левом берегу. Мне Александр Геннадьевич рассказывал, что это очень красивое место. Говорит, что, побывав там, не понимаешь, зачем нужен этот центр со всей его суетой.

– Почему постоянно ходят слухи об отношениях Тимошенко и Шуфрича?

– Каждому человеку хочется о другом человеке узнать что–нибудь такое интимное, но это жизнь, иные люди без подобной информации страдают бессонницей. Выдумывают всякие версии. Даже говорить об этом не хочется.

– Тимошенко как–то реагировала на эти истории в вашем присутствии?

– Вообще, при всем том, что она такая железная леди, она достаточно болезненно реагирует на какие–то такие проявления несправедливости. Это для нее тяжеловато…

– Она возмущается?

– Нет, она может просто вздохнуть...

– Что входит в ваш круг обязанностей как первого помощника премьер-министра?

–У меня много обязанностей как личного, так и общественного характера, и право на свое мнение тоже есть. Работы, поверьте, хватает.

– То есть это вы организовываете премьеру маникюр, парикмахера?

– Могу и это. Но ведь к ней каждый день парикмахер не ходит. Причесывается она сама, потому что прекрасно справляется за семь минут. Как–то мы были в Париже во времена первого премьерства Юлии Владимировны, и жили с ней в апартаментах на двоих. У меня была своя спальня, своя туалетная комната, потом был холл, ее спальня, но все это в одном блоке. И Юлия Владимировна мне говорит: "Ты меня утром разбуди". А там разница во времени… Я просыпаюсь, как глянула на часы: "Боже, проспала!". Я влетаю к ней, босая, в халате, и вижу такую картину: стоит моя шеф, плетет косу, уже душ приняла, в порядок себя привела. Все готово! То есть, у нее на прическу уходит 5–7 минут. Она все сама умеет делать.

– Но все равно, если Тимошенко куда-то едет, то в правительственную делегацию всегда входит человек, который занимается ее внешним видом.

– Вы же понимаете, как важен внешний вид, когда ее вокруг окружают камеры. Речь идет о премьер–министре страны! Это – безвыходное положение, и мы приняли решение, чтобы с нами ездила Тамара Бойкова, которая раньше работала на ТРК Киев, готовя ведущих к эфиру.

– Бродский как–то говорил, что Ольга Федоровна – это как Вера Ивановна при Ющенко, и если нужно решить вопрос у Тимошенко – обращайтесь к Трегубовой.

– Я могу зайти в любой момент к Юлии Владимировне, задать ей любой вопрос. Она меня выслушает, скажет свое мнение или даст поручение. И у меня всегда такая договоренность с людьми, что я после разговора с руководителем ничего придумывать не буду от себя. Вот мне задали какой–то вопрос, я говорю: "Хорошо, я спрошу у Юлии Владимировны. Как она скажет". Такая постановка вопроса людей всегда устраивает. Доверие нарабатывается годами – теряется в миг. Сравнение меня с Верой Ивановной не смущает, но я – Ольга Трегубова!

– Вы рекомендовали каких–то людей в избирательный список БЮТ?

– Дело в том, что рекомендовать кого–то – это очень ответственный шаг. Я рекомендовала своего сына, было обсуждение на фракции. И когда на съезде БЮТ моего сына огласили в списке, только потом я позвонила ему и сказала об этом.

– Да, но как это вяжется с тем, как Тимошенко говорила, что "мы братьев, кумовьев, сватов в списки не берем". Ваш сын – не активист партии, а вдруг становится депутатом. А люди, которые делают карьеру в "Батькивщине" уже много лет, из–за этого не попали в список!

– Я считаю, что кандидатура моего сына достойна. У него высокий профессиональный уровень. Он был зампрокурора Днепропетровской области, прошел все ступени, которые нужно преодолеть для этой должности. Сейчас он секретарь комитета Верховной Рады по коррупции.

– Это правда, что когда Тимошенко первый раз была премьер–министром, мэр Киева Александр Омельченко выделил квартиры для ее ближайшего окружения – Ливинскому, Трегубовой, Шаго?

– До перехода в нашу команду Михаил Ливинский проработал 10 лет в аппарате правительства. Мы с Евгением Петровичем начали работу в аппарате Кабмина в 1999 году.

– Выходит, что вам крупно повезло, потому что Тимошенко объявила, что больше никто не будет получать квартиры из ее депутатов.

– Но я же не депутат!

Ольга Трегубова и тетя Тимошенко Антонина Ульяхина (слева) в парламентской ложе. Фото А.Прокопенко
– Как вы познакомились с Юлией Тимошенко, сколько лет вы ее знаете? Есть ли люди из ее постоянного окружения, которые к ней ближе?

– Это случилось в 1996 году. Геннадия Афанасьевича Тимошенко и Евгения Петровича Шаго я знала по работе в Днепропетровском обкоме Компартии. Они предложили мне перейти в корпорацию ЕЭСУ. И как–то Шаго позвал меня на встречу в полдевятого вечера. Я еще подумала: "Что же за работа там такая?".

Вышла я на работу в день рождения Юлии Владимировны, 27 ноября! В тот же день я поняла, что в корпорацию перешли работать много квалифицированных людей. Я встретила в ЕЭСУ и бывшего секретаря горкома партии, и бывших директоров крупных предприятий. Одним словом, входить в коллектив ЕЭСУ мне было легко, потому что многих людей я знала до этого.

– Говорят, Геннадий Тимошенко перетянул в ЕЭСУ всех партийных работников…

– А почему нет? Это люди, которые умели работать и самое главное – отвечать за свою работу.

И вот Геннадий Афанасьевич предложил мне работу в приемной у Юлии Владимировны: "Ольга, завтра выходишь сюда на работу к моей Юле. Нам нужен человек, который может находиться с ней все время рядом. Но мы при этом должны и доверять этому человеку. А я тебя уже знаю сто лет, никаких вопросов нет…".

Самым главным для меня в то время было ожидание первой встречи с Юлией Владимировной. Представляете, ведь я не была знакома с ней. И вот в приемную стремительно заходит юная, легкая, темноволосая девушка. В строгом черном костюме и белой блузке, с такой красивой улыбкой, вся такая доброжелательная!

Поздоровавшись со своими секретарями и помощниками, подошла ко мне и сказала: "Вы – Оля? Рада с вами познакомиться!"

Думаю, с первого момента нашей встречи между нами произошел контакт доверия, который уже много лет, слава Богу, существует между нами. Когда меня спрашивают журналисты о моих амбициях, то я говорю, что у меня самая высокая ступенька в карьере – это место первого помощника моей Юлии Владимировны, где бы ни пришлось ей работать!

– Расскажите, когда вы работали в ЕЭСУ, то встречали там Лазаренко? Говорят, что когда он приезжал в ЕЭСУ, всех сотрудников пораньше отпускали домой, чтобы его видело поменьше лишних глаз.

–Я ни разу не видела Лазаренко в этом офисе, хотя приемная Юлии Владимировны работала в круглосуточном режиме, и график ее встреч мне был известен.

– Тимошенко была готова к аресту, когда ее посадили в СИЗО?

– Была. Помню, началось это нагнетание страстей, и ее каждый день вызывали в прокуратуру на допрос. Юля и говорит: "Знаешь, Оля, надо купить сумку вещей. Так, на всякий случай". И мы с ней составили эту сумку.

Да, действительно, была белая сумка в синюю клетку. У нее там был спортивный костюм, кроссовки, носки, какое–то белье, зубная щетка, крем. И когда она шла на допрос в генеральную прокуратуру, охрана брала эту сумку, ставила в машину. И в один "прекрасный" момент она пригодилась…

А когда Юлю арестовали, первое, что она попросила – это резиновые перчатки, моющее средство – и это была наша первая передача в тюремную камеру. Она засучила рукава, одела перчатки и вымыла это помещение.

Она много об этом рассказывала, писала. Когда ее только запихнули в эту камеру, с этой сумкой, в этой шубе, то сразу выключили свет. И она говорит: "Я села на эту сумку, и сижу. Света нет. И думаю, а вдруг я ступлю, а там яма. И только слышу, как надзиратели подглядывают". Юля сидит и не шевелится. Представляете, какое мужество надо иметь?

А они за дверями ожидали, что Юля начнет кричать. Но ничего подобного. А потом Юля забила полотенцем эту дырку, в которую подглядывали надсмотрщики. Они начали противиться, так Юля им сказала: "Если еще раз откроете, я объявлю голодовку".

– Какую роль Лазаренко играл для Тимошенко, вы для себя поняли?

– В Днепропетровске я живу в доме Министерства черной металлургии. И в моем доме жило достаточно много уважаемых людей – из министерства, директора заводов, преподаватели, учителя. И как–то возвращалась я с работы, захожу в дом – и встречаю одного руководителя крупного предприятия.

Он спрашивает: "Почему так поздно?". "С работы". "А где ты работаешь?". "Там–то и там–то". Говорит: "А скажи, это правда, что Юля в ЕЭСУ как свадебный генерал?" Я на тот момент уже поработала у Юлии Владимировны, и поняла немножко ситуацию в ЕЭСУ. И я говорю этому человеку: "Знаешь, ты у себя на предприятии скорее свадебный генерал, чем она. А она – самый настоящий генерал!"



powered by lun.ua
Головне на Українській правді