Cyberhate: банити і модерувати!

26 переглядів
Понеділок, 27 грудня 2010, 16:29
Олександр Фельдман
обирався як народний депутат України від БЮТ, нині - член Партії регіонів

Внимание западных социологов и медиа-экспертов все чаще привлекает явление "кибер-ненависти" или "хэйтерство".

По данным ОБСЕ, интернет становится основным транслятором ненависти в глобальных масштабах. Independent подсчитала, что за прошедший год, в блогах и социальных сетях, страниц с проклятиями и оскорблениями стало на 20%больше.

Не стоит воспринимать проблему кибер-ненависти только через призму противодействия ксенофобии, расизму и антисемитизму. Хотя они и составляют солидную долю контента ненависти, но далеко не исчерпывают весь репертуар.

Кибер-ненависть имеет различные формы.

Это, прежде всего, немотивированные оскорбления в адрес рядовых пользователей со стороны анонимных кибер-хамов. Это некорректные выражения на форумах и в комментариях в адрес украиноязычных пользователей со стороны русскоязычных, и наоборот. Оскорбления авторов статей или комментаторов.

Это и провокационные материалы, высмеивающие религиозных, общественных и политических деятелей, национальную и религиозную символику, оскорбляющие культуру, историю, уклад жизни и образ мысли других людей.

Сюда же можно отнести выход скандальной и не одинокой в своем жанре компьютерной игры "Операция "Галичина" после конфликта вокруг острова Тузла.

Это интернет-ролики, в которых бритоголовые "патриоты" избивают гастарбайтеров, азиатов, кавказцев, афро-американцев и так далее, а также ответные акции интернет-возмездия со стороны воинствующих антифашистов. Или видео-файлы со сценами насилия над бездомными, алкоголиками, наркоманами, проститутками, сопровождаемые антигуманными комментариями…

И все это – ненависть:

а) выражаемая языком образного или реального насилия;

б) создающая объект агрессии;

в) провоцирующая насилие.

Не стоит наивно пытаться разделить понятия кибер-ненависти и насилия.

Во-первых, потому что через сцены насилия "раскрывается" объект многих разновидностей ненависти.

Во-вторых, любая ненависть, так или иначе, призывает к насилию – осмеяние, уничтожение, переселение, ограничение в правах и прочее.

В-третьих, кибер-ненависть традиционно является средством медийного сопровождения всевозможных силовых кампаний, от уровня открытых военных конфликтов – до уровня акций экстремистских организаций. Чрезвычайно короткую дистанцию от виртуальной ненависти до прямого насилия показали недавние события на Манежной площади в Москве. Интернет, кстати, здесь сыграл далеко не последнюю роль.

Сам по себе интернет, как технология, является морально нейтральным явлением и одним из ключевых достижений современной культуры. Но…

Отдельные пользователи делают его идеальным пространством для демонстрации насилия.

Многие факты насилия, в том числе реального и очень жесткого, были совершены специально для того, чтобы затем их выложить в интернет – в основном, чтобы просто сделать их общедоступными. Не будь Сети, многие факты насилия попросту никогда не свершились бы и не повторились.

Ведь очевидно, что вне сети иного массового спроса на такие материалы не существует…

Достаточно вспомнить шокирующие события 2007 года, о группе подростков из Днепропетровска, которые молотками убивали бездомных и стариков – только для того, чтобы снять это на видео, а потом самим его пересматривать и выкладывать в сети.

Кстати, многие тогда не могли поверить, что это не постановка…

Легкомысленность делает Сеть идеальным пространством для вполне спокойного отношения пользователей к ненависти и насилию.

Давайте хоть на минутку уберем привычную пелену иронии со всех понятий и образов, и отдадим себе отчет в том, что такие популярные в сети социальные "ксенонимы" как бомж, гастарбайтер, лох и прочее – это не виртуальные персонажи, а реально существующие люди.

Давайте вспомним и реальное значение этих слов: человек, которому негде жить; трудовой мигрант, терпящий бесконечные унижения и тяжело вкалывающий далеко от дома, чтобы прокормить свою семью; неагрессивный и простодушный человек, который не может дать сдачи обидчикам; и так далее.

С чего здесь "прикалываться" и с кого "стебаться"?.. Эти люди в "неоцифрованном" виде действительно часто становятся жертвами противоправных действий.

Интернет может быть использован как идеальное пространство для культивирования ненависти.

Благодаря возможностям Сети могут создаваться новые формы ненависти, не существовавшие до интернета, и не существующие вне его. Кроме того, в интернете, и благодаря ему, абсолютно любое явление может быть отмоделировано в объект ненависти.

Интернет идеально подходит для трансляции ненависти: регулирующие нормы формируются годами, а новые сетевые возможности открываются значительно быстрей. В сети возникает уникальный синтез приватности и публичности – любой материал может быть личной точкой зрения автора, но при этом иметь высокий публичный статус. В сети предложение генерирует спрос, а не наоборот; сетевой культуре изначально присуща экспрессивность.

Первый мониторинг украинских сайтов, проведенный "Институтом прав человека и предотвращения экстремизма и ксенофобии" показал, что свыше 60% статей и новостей на ведущих сайтах содержат ненавистнические комментарии и провокационные призывы.

Около 50% этих "мэсседжей" относятся к моральным и этическим ценностям адресата – проще говоря, это оскорбления в чистом виде.

19% –к политическим взглядам, культурно-политическая ксенофобия.

17% – к национальности, унижение национального достоинства и разжигание ненависти.

7% – к образу жизни адресата, ненависть по региональному и социальному признаку.

И только 5% – к обсуждению собственно предмета сообщения.

И это при том, что для анализа был выбран обычный информационный день вне избирательных кампаний, без конфликтных ситуаций и резонансных событий.

При этом Интернет вовсе не является пространством вседозволенности!

Призывы к насилию и разжигание вражды – не важно, в комментариях анонимных посетителей или в самих материалах сайтов – это преследуемые по закону преступления.

Часто встречающееся у комментаторов и блогеров откровенное разжигание ненависти на национальной, религиозной, расовой почве – это вообще одно из наиболее жестоко караемых законом противоправных действий. Ответственность за размещение такого рода противоправного контента будет нести тот, кто распространил информацию – это либо сам пользователь, либо владелец (!) сайта.

Кого бы ни оскорбляли на страницах интернет-издания, – это является гражданско-правовым нарушением. Ответственность за оскорбление должен нести автор.

Каждый человек может защитить свою честь и достоинство в судебном порядке. Достаточно подать иск к собственнику сайта о распространении неправдивой информации. Хозяин сайта вынужден будет раскрыть лицо автора оскорблений, либо будет нести ответственность сам. Экономия на содержании модераторов обернется ростом дополнительных затрат на юристов.

Все это я говорю не для того, чтобы дискредитировать интернет или "бросить тень" на глобальный оплот свободы слова. А для того, чтобы владельцы и редакторы сайтов, журналисты, администраторы социальных сетей и просто творчески-активные пользователи осознавали свою ответственность.

Бороться нужно вовсе не с философией свободного распространения информации – она переживет, уверен, и "борцов", и сам интернет в нынешнем его виде. И даже не с ненавистью как таковой – этому эмоциональному состоянию столько же лет, сколько и человечеству. Бороться нужно с конкретными проявлениями кибер-ненависти.

Достаточно просто модерировать и удалять провокационный контент, "банить" неадекватных пользователей, удалять профили экстремистов и кибер-провокаторов.

Если сотрудники сетевых СМИ не разрешают у себя в офисе гадить посторонним и периодически убирают рабочее место, то почему бы этого не делать с побочными продуктами виртуальной жизнедеятельности на собственных сайтах?!

P.S. В завершение не могу не коснуться вопроса о том, являются ли слова "жид", "хохол", "кацап", "хачик" и прочие широко употребляемые экспрессивные этнонимы – оскорблениями? И должны ли они являться объектами цензуры и ограничения?

Внешнее влияние на стиль лексики – занятие, конечно, бесполезное. Каждый человек вправе сам решать, каким языком ему разговаривать и кем себя представлять окружающим. Невозможно убедить человека выражаться корректно, если человек привык разговаривать матом с собственными родителями и детьми. А нормальные люди понимают, что у каждого ярлыка-этнонима разное происхождение, эмоциональная тональность, уровень оскорбительности…

Язык – "дом бытия", а какова речь – таково и бытие…

Если кто-то хочет казаться или быть маргиналом, то он имеет на это полное право. В конце концов, даже в театрах должны быть туалеты. Главное помнить, что в отхожих местах не принято задерживаться надолго и здороваться за руку…

Александр Фельдман, народный депутат Украины, учредитель Института прав человека и противодействия экстремизму и ксенофобии, специально для УП



powered by lun.ua
Реклама:
Капітолій. Початок реваншу Трампа
Дональд Трамп не здасться зараз, оскільки має намір балотуватися на наступних президентських виборах.
Заробити на смертях: як нас позбавили світової вакцини в 5 разів дешевше
Три долари заплатила Всесвітня організація охорони здоров'я за вакцину, закупівлю якої в ручному режимі зірвав міністр охорони здоров'я Максим Степанов.
Справжня ціна хутра норок: історія одного розслідувача
Наприкінці вересня 2020 року польський Сейм (нижня палата парламенту) провів історичну нараду з питань правового захисту тварин у Польщі.
Чи змінив Національний банк свою політику на валютному ринку
За яким принципом НБУ буде виходити на ринок з валютними інтервенціями та як впливатиме на курс. Що змінилося у новій стратегії?
Торговельний фокус з лісом: друзям — усе, а суспільству — нічого?
Чому торгівля необробленою деревиною відбувається на закритих "аукціонах" та без конкуренції.
Справа генерала Назарова — сигнал, який не можна ігнорувати
Справа Назарова як потенційний прецедент для військового судочинства України та свідчення неврегульованості ключових питань військової юстиції.
Демократія і некомпетентність
Чому Арістотель не довіряв демократії як формі правління, у чому полягають вади останньої та що це означає для сучасної України.