Подавляющее меньшинство

46455 просмотров
Михаил Дубинянский, для УП
Пятница, 15 января 2016, 14:15
Действуя сообща, пассионарное меньшинство становится мощной силой.
Илья Варламов

Мало кому известно, что маркировка "made in" задумывалась как позорное клеймо.

Изобрели ее в Великобритании в конце XIX столетия. Правительство распорядилось ставить на немецких товарах пометку "сделано в Германии" – чтобы британские граждане могли опознать продукцию потенциального противника и бойкотировать ее. Однако вышло с точностью до наоборот: массовый потребитель оценил добротность всего немецкого, и надпись "made in Germany" стали считать своеобразным знаком качества.

Как видим, на патриотизм населения можно положиться далеко не всегда. Вероятно, поэтому вставшая с колен Россия пошла другим путем: жителю РФ просто не оставляют выбора, запрещая турецкие помидоры, венгерских гусей, польские яблоки и французские сыры. Так надежнее!

Сегодняшняя Украина балансирует между Англией XIX века и Россией XXI века – между верой в гражданскую сознательность и категоричным "низзя". Мы призываем к  бойкоту "Кока-Колы", но запрещаем российские телесериалы.

Почти два года добровольно воздерживаемся от покупки вражеских продуктов, но затем поневоле вводим ответное эмбарго. Зовем соотечественников на выборы, но в то же время запрещаем КПУ. С одной стороны считаем украинца  патриотичным и ответственным гражданином, с другой – неразумным дитятей, которого нужно насильно ограждать от зла. 

Хочется ошибиться, но, похоже, чаша весов все-таки склоняется в сторону принуждения. Например, та же декоммунизация оказалась бы попросту неосуществима на добровольных началах.

Можно ли представить "Комсомольскую правду", меняющую название по причине массового читательского бойкота?

Столичный ТРЦ "Большевик", превратившийся в "Космополит" из-за резкого оттока посетителей?

Читайте также
Война на истощение
Анатомия вражды
Жить по-старому
Производителей "Советского шампанского", столкнувшихся с катастрофическим падением спроса и вынужденных принять меры?

Или хотя бы успешный местный  референдум о переименовании Кировограда в Ингульск?

Боюсь, что нет. Добрым словом и запретом можно добиться большего, чем одним добрым словом.

Проблема в том, что украинцы с активной гражданской позицией – выходящие  на Майдан, воюющие, волонтерствующие и просто спорящие о судьбах страны в фейсбуке – составляют меньшую часть населения.

Действуя сообща, пассионарное меньшинство становится мощной силой. Оно способно свергнуть  президента-негодяя, дать отпор внешнему агрессору, наладить снабжение целой армии, добиться принятия  важнейших законов. В такие минуты меньшинство ощущает себя большинством и смело говорит от имени всей страны.

Но когда те же неравнодушные граждане выступают в роли рядовых потребителей или избирателей, их влияние резко падает. Пассионарии растворяются в серой обывательской массе.

Ты принципиально отказываешься от российских товаров, неуместных фейерверков или "Кока-Колы", а твои соседи продолжают все это потреблять.

Ты с надеждой ждешь местных выборов, а твои соотечественники по-прежнему продаются  за гречку, голосуют за "Оппозиционный блок" или пассивно сидят дома.

Твой собственный телевизор покрылся толстым слоем пыли, но стоит ради интереса включить  ТВ, и ты видишь продукт, предназначенный для дремучей зрительской аудитории.

Строитель новой Украины обнаруживает под боком параллельную реальность, совершенно другую страну – равнодушную и эгоцентричную. Страну, для которой все пережитое за последние два года почти ничего не значит. Страну, живущую по старинке, несмотря на чужие слезы, кровь, подвиги и страдания.

Так что же с ней делать? Убеждать и просвещать? Или запрещать и не пущать?

Практика свидетельствует, что активному меньшинству намного легче пролоббировать законодательный запрет, чем заниматься убеждением обывателей. Тем более что в условиях войны антирыночные и недемократические методы выглядят оправданными.

Немудрено, что соответствующая риторика в Украине звучит все громче, и предложения по наведению порядка сыплются одно за другим.

Ограничить избирательное право, отстранив от голосования наиболее отсталую часть населения.

Запретить не только дряхлую Компартию, но и одиозный Оппоблок.

Отобрать лицензию у "Интера", оскорбившего наши чувства своей новогодней программой.

Закрыть радиостанции с неправильным репертуаром.

Выгнать Московский патриархат из Киево-Печерской лавры или вообще запретить его деятельность. И так далее и тому подобное…

Когда речь заходит о закручивании гаек, активисты оказываются большими государственниками, чем само государство. Как правило, их порыв предшествует решению свыше.

Сначала начинается стихийная борьба с советской символикой, потом принимается закон о декоммунизации. Сначала стартует гражданская блокада Крыма, потом торговлю с аннексированным полуостровом запрещают официально.

Фактически пассионарное меньшинство осваивает ту же роль, что и правящая верхушка в РФ: генератор новых запретов и ограничений.

И российского, и украинского обывателя  приходится гнать в желаемом направлении из-под палки, но в России палка находится в руках Путина, а в Украине – в руках общественности.

Война сыграла с нами злую шутку: граждане, с таким трудом отстоявшие собственную свободу, вынуждены ограничивать  чужую. Однако переживаний по этому поводу не заметно. Напротив, многим активистам импонирует роль коллективного Ли Куан Ю или Пак Чон Хи, принуждающего отсталых соотечественников к прогрессу. И об этом стоит говорить честно и откровенно, не рядясь в псевдодемократические одежды.

Сколько ни рассуждай об абстрактном "народе", ответственность за судьбу страны лежит на плечах инициативного меньшинства. Меньшинство определяет, что такое хорошо и что такое плохо.

Перед меньшинством робеют министры, депутаты и крупные чиновники. От меньшинства зависит, состоятся ли в Украине реформы, и какие именно. Меньшинство должно решить, где проходит граница между личной свободой и национальными интересами. 

Неравнодушная общественность старается контролировать все происходящее в стране: работу парламента и реформу полиции, евроинтеграционный процесс и положение на фронте, уборку снега и борьбу с МАФами.

 Но в сложившейся ситуации особенно важно, чтобы активное меньшинство научилось контролировать само себя – свои эмоции, амбиции, желания и возможности.

Иначе, заигравшись в коллективного Ли Куан Ю, очень легко докатиться до коллективного Владимира Владимировича. 

Михаил Дубинянский, для УП



powered by lun.ua
Олигархов много – президент один. Порошенко против Коломойского, Фирташа и Левочкина
Обучение на iPad, скрытые данные и проблемы сертификации. Что не так с Boeing 737 MAX: новые подробности
Лина Костенко. Поэтесса эпохи
Силовой ответ Макрона: как французские власти отреагируют на обострение протестов
Все публикации