Год в бою: что показал корпусной эксперимент на фронте

Может ли армия побеждать не численностью, а качеством управления? Возможны ли в принципе реформы в воюющей армии?

Год назад Третий армейский корпус стал полигоном для проверки этих идей на практике. Сегодня уже можно подвести первые итоги. Все прогнозируемые плюсы мы увидели раньше, чем ожидали. А вызовы и минусы оказались не столь критичными, как мы представляли.

4 июня 2025 года Третий армейский корпус (3АК) развернулся в зоне ответственности от Боровой до Лимана. Мы стали первым корпусом Вооруженных Сил Украины, который занял собственный участок и ведет боевые действия силами своих бригад под единым командованием.

Для армии, которая много лет воевала в условиях постоянных кадровых ротаций, временных оперативных группировок и раздробленной ответственности, это был сложный шаг. Сегодня можно оценить его результат.

Стабилизация фронта

До начала корпусной реформы российская армия активно продвигалась в нашей нынешней полосе — Украина теряла в среднем по 70 квадратных километров территории в месяц. Быстрее, чем мы ожидали, корпусу удалось превратить эту полосу в одну из самых стабильных и устойчивых.

Это не означает, что противник перестал наступать. Продолжаются штурмовые действия врага, авиационные атаки, попытки просачивания.

Но инфильтрация, например, была фактически преодолена именно благодаря корпусной системе.

Когда мы заходили, враг проникал на 15-20 км, и это было большой проблемой. Сейчас все бригады корпуса действуют как единый организм, находятся в постоянном взаимодействии и подстраховывают друг друга. Нет стыков между подразделениями и ничейных участков, отсутствует нездоровая конкуренция — нет инфильтрации. Плюс — появление новых инструментов, которых не было у временных структур ОСУВ и ОТУ.

Как изменения у нас повлияли на положение противника?

Наша нынешняя полоса для россиян остается одной из приоритетных.

В середине мая начальник Генштаба вооруженных сил РФ Валерий Герасимов доложил Путину о захвате населенного пункта Боровая, а также о 85% контроле над Лиманом. В начале мая министр обороны РФ Андрей Белоусов поздравил 423-й гвардейский мотострелковый полк РФ с взятием Боровой.

Постановку боевых действий россияне, вероятно, уже не впервые сняли в Коломийчишке, оккупированной в начале полномасштабного вторжения. Соответственно, съемки велись в 55 км от Боровой, что вызвало критику даже среди Z-публики.

Против Третьего армейского корпуса действуют сразу три российские армии — 20-я и 25-я общевойсковые, а также 1-я танковая армия. По численности они превосходят наши силы. Россияне регулярно получают пополнение, поскольку есть необходимость подгонять реальность под заявленные "победы".

Корпус не дает им ни реализовать заявленное, ни приблизиться к Славянско-Константиновской агломерации и создать угрозу Изюму.

Несмотря на регулярные заявления россиян о полной оккупации Луганщины, под контролем 3АК остаются населенные пункты Надежда, Новоегоровка и Грековка. За год россияне не смогли сдвинуть эту линию ни на метр.

В конце мая 2026 года батальон беспилотных систем (ББС) Третьего корпуса нанес удары по российской логистике на оккупированной части Луганщины. В частности, они добрались до административной границы между Украиной и Россией — КПП "Изварино", что в 205 км вглубь территории, контролируемой врагом.

Беспилотные силы корпуса начали операцию по контролю логистических маршрутов противника в Луганской области.

Недавно наши дроны начали долетать и до Донецка.

Как удалось стабилизировать полосу?

Устойчивость фронта не возникает сама по себе.

За год корпус создал многоуровневую систему обороны: новые позиции, наблюдательные пункты, инженерные заграждения, логистические маршруты, система огневого поражения. Было проложено около 15 км дорог, построено тысячи укрытий для техники и блиндажей, восстановлены разрушенные переправы и т. д.

Мы установили 50 км антидроновой защиты на маршрутах выдвижения. Нарастили сотни километров невзрывных заграждений.

Обеспечили полосу надежной военной связью, существенно нарастили вычислительные мощности IT, внедрили новые направления, например, безопасность операций; изменили подходы в пожарной безопасности. Сложно назвать сферу жизнедеятельности подразделений, которая бы не претерпела существенных трансформаций.

А одним из приоритетов развития корпуса стала роботизация.

Наземные роботы: новый стандарт войны

Сегодня каждый второй наземный роботизированный комплекс украинской армии работает в Третьем корпусе. Мы создали первую в мире роту ударных НРК, открыли собственную школу подготовки операторов и первыми в истории войны взяли российских военных в плен с помощью только роботов, без привлечения пехоты.

На отдельных участках логистика и эвакуация раненых осуществляются исключительно наземными беспилотными роботизированными системами. За год они выполнили около 20 тысяч рейсов, перевезли почти четыре тысячи тонн грузов и эвакуировали более шестисот раненых.

В апреле 2026 года НРК корпуса впервые эвакуировали и гражданское лицо — 77-летнюю женщину, которая пыталась выбраться из зоны боевых действий.

Гусеничный НРК Droid TW 12.7 с пулеметом M2 Browning полтора месяца самостоятельно, без людей, удерживал позиции.

Заменяем солдат машинами везде, где это возможно.

Контроль воздушного пространства

Создали полк ПВО — первый среди армейских корпусов Сухопутных войск, имеющих собственную линию прямого боевого столкновения с противником. Это уникальное для Сухопутных войск формирование — 1030-й ЗРАП "Аквила". ПВО Третьего корпуса работает как первый эшелон общегосударственной противовоздушной обороны в своей зоне ответственности.

Среди линейных сухопутных бригад первыми начали уничтожать "Шахеды" и ввели в штат подразделения зенитных дронов-перехватчиков, сформировав целые батареи в составе зенитных дивизионов бригад.

Третий корпус перехватывает до 70% "Шахедов", летящих через нашу зону оперативной ответственности на украинские города.

С лета прошлого года удалось существенно увеличить количество экипажей и групп реагирования на воздушные угрозы. Благодаря созданию сплошного радиолокационного поля в своей зоне ответственности мы получили новое качество прикрытия и реагирования.

В течение 2025 года ПВО Третьего корпуса была лидером в борьбе с мультикоптерами на ЛБЗ.

Наладили систему противодействия вражеским "Мавикам".

Развиваем новое направление – дистанционное управление дронами-перехватчиками и уже имеем успешные кейсы: ПВО 53 ОМБР сбила "Шахеда" на расстоянии 263 км от пилота до точки поражения, Третья штурмовая уничтожила вражеский разведчик "Мерлин" в 30 км от фронта.

БПЛА: масштаб, который меняет войну

Подразделения БПЛА выполнили более 300 тысяч ударных миссий и обеспечили более полумиллиона часов воздушного наблюдения.

Вышли на уровень более 3 тысяч сбитых воздушных целей в месяц, среди которых и редкие БПЛА противника.

Развили способность наносить поражение на дистанции 200 км.

Военная медицина

Создан медицинский батальон – один из трех отдельных таких батальонов, существующих в Силах обороны. Наш стал первым, который работает непосредственно в зоне боевых действий.

Введена углубленная подготовка по тактической медицине для личного состава, включая уровень CLS. Подготовлено более 500 медиков.

В 2026 году медицинская инфраструктура продолжает расширяться — растет количество медиков и инструкторов.

На уровне корпуса работает собственная больница, создан банк крови с сертифицированным персоналом. Развита другая медицинская инфраструктура — медпункты и амбулатории, где есть врачи узкого профиля, рентген, УЗИ и т. д.

Собственная ВЛК — впервые в ВСУ бойцы проходят военно-врачебную комиссию прямо в корпусе, без очередей, хамства и унижений.

Раненых после эвакуации в госпитали принимает Патронатная служба, которая также расширила свои мощности до уровня корпуса и продолжает возвращать в строй более 85% раненых.

Основа основ: обучение

Важным двигателем перемен является обучение. В Третьем корпусе обучаются и совершенствуют навыки абсолютно все. Учатся как в корпусе, так и в других учебных центрах в Украине и за рубежом, где мы вместе с союзниками создаем соответствующую инфраструктуру.

Сержантский корпус — моя личная фишка. Мы выращиваем сержантов из пехотинцев, увеличиваем возможности по их обучению и переобучению, кардинально меняем саму философию должности.

Советская модель сержанта-надзирателя не работает, потому что не существует автоматического уважения к должности. Наша модель — сержант-наставник, которого уважают за компетентность и опыт. Даже за последние полгода корпус укрепил сержантский костяк: добавили сотни командиров отделений, около полутора сотен старших сержантов взводов, усилили штат старших сержантов батальонов, дивизионов, инструкторский состав.

В целом в течение года вышли на новый уровень подготовки штабов, чему, в частности, способствует взаимодействие между корпусами. Пример — совместная работа 3АК и "Хартии". Сотрудничество открывает новые возможности в повышении управленческого уровня.

Человеческий фактор и изменение мышления

В 2025 году корпус получил в свое подчинение бригады, которые длительное время находились в тяжелых боях, понесли потери и утратили доверие к системе управления. В некоторых бригадах уровень укомплектованности составлял менее двадцати процентов.

Поэтому одной из наших ключевых задач стало восстановление и наращивание их боеспособности.

Для нас самым большим вызовом было растянуть Третью штурмовую бригаду на еще большую полосу и параллельно разобрать ее как донора кадров для остальных подразделений корпуса. Частично так и произошло, но, как выяснилось в процессе, бригада была готова к масштабированию.

Иногда изменения приходилось внедрять буквально вручную. Возможности бригад месяцами не сдвигались с мертвой точки, несмотря на улучшение обеспечения и налаживание внутренних процессов. Мы засылали буквально тайных ревизоров, чтобы понять, что не так.

Так, в 60-й бригаде был выявлен факт коррупции — её командование, которое было до нас, на бумаге заключало договоры на закупку FPV-дронов и коллиматорных прицелов, а в реальности выводило государственные деньги в наличные. Командир и его сообщники были привлечены к ответственности, схема ликвидирована, а руководство мы заменили. Сегодня это одна из сильнейших бригад корпуса.

В других подразделениях были огромные проблемы с логистикой и складами. В некоторых подразделениях в одном плохо защищенном месте хранились продукты, дроны и боеприпасы. Где-то не было холодильника, и солдаты годами не получали мяса, хотя себе командиры наладили нормальное питание.

Была бригада, которая возила древесину для блиндажей из места своей прописки за тысячу километров. Где-то месяцами не ремонтировался габаритный транспорт, потому что командование бригад боялось докладывать, что существуют какие-то проблемы. Это бытовые истории, но они также влияют на результат.

Армейские привычки — вроде как не докладывать о плохом и в целом круглое нести, а квадратное катить — были большей проблемой, чем даже прямая коррупция.

Военные обычно скептически относятся к возможности позитивных изменений и настроены так, что каждую реформу нужно просто переждать. Прошло немало времени, чтобы люди поверили в настоящие преобразования.

Когда изменения стали очевидными, в бригаду начали возвращаться СЗЧ-шники. Был даже случай, когда в 63 ОМБР приехал беглец, который провел более полутора лет в Финляндии.

То есть люди готовы работать на результат, если свести к минимуму факторы деморализации.

Последствия реформы

Несмотря на то, что пришлось и строить, и реформировать, и воевать одновременно, да еще и в огромной сложной зоне, все ожидаемые плюсы корпусной системы мы смогли получить. Ожидаемые минусы оказались не столь катастрофическими, как мы прогнозировали.

Результаты, которых удалось достичь, имеют общую основу.

Современная война перестает быть соревнованием в безжалостном уничтожении людей. Сегодня это конкуренция систем управления, технологий, скорости принятия решений и способности учиться быстрее противника.

Именно поэтому корпусная модель важна не как очередная организационная реформа. Ее смысл заключается в создании единого организма, в котором командир отвечает за весь цикл — от подготовки бойца до результата на поле боя.

Год работы Третьего армейского корпуса не дает поводов для самоуспокоенности. Сейчас продолжаются тяжелые бои, впереди очень много работы.

Но этот год дал ответ на главный вопрос: может ли украинская армия побеждать противника благодаря более высокой эффективности управления и использования ресурсов?

На мой взгляд, ответ очевиден.

Украина победит не массой и не жестокостью. Она победит благодаря технологическому прогрессу, интеллекту и воле к реформам.

Андрей Билецкий, командир Третьего армейского корпуса, бригадный генерал