Дело Стефанишиной: как власть Зеленского подрывает независимые конкурсы и почему нам не обойтись без специалистов по международным отношениям

5 августа во время рассмотрения ходатайства о мере пресечения бывшая вице-премьер и министр юстиции Ольга Стефанишина прокуроры САП обнародовали переписку. Её стоит прочитать каждому, кто верит, что власть при Зеленском готова объективно проводить независимые прозрачные конкурсы на ключевые должности в правоохранительных и антикоррупционных органах.

В этой переписке задокументирована технология вмешательства в процедуры, которые должны быть защищены от политического влияния.

Из переписки, обнародованной в суде, складывается довольно однозначная картина.

Ещё в 2022 году — во время конкурса на должность директора НАБУ — Стефанишина писала председателю конкурсной комиссии прямое указание: ей нужны конкретные кандидаты, и называла их конкретные номера в рейтинге. А заседания комиссии следует откладывать, пока эти номера не "станут проходными".

Так, в переписке председатель комиссии Кучерявенко отправляет Стефанишиной скриншот со списком кандидатов, на что Стефанишина ответила:

"[Из списка] минус только один, остальные сдали. Делайте что хотите, мне нужно 60 (ред. – Людмила Сугак) и 62 (ред. – Павел Кириленко). Откладывайте заседание. Не я должна за вас думать".

К счастью, тогдашние фавориты Стефанишиной – Павел Кириленко и Людмила Сугак – не набрали достаточно баллов даже при таком вмешательстве.

Из других материалов, озвученных прокурором САП, стало известно, что в 2024 году Стефанишина оказывала влияние и на конкурс на должность главы НАЗК. Тогда схема влияния выглядела более изощренной. Через руководителя своей службы Стефанишина координировала позицию подконтрольных власти членов комиссии, заранее согласовывала список приоритетных кандидатов и даже давала указания, кому из участников следует занижать баллы.

В результате Стефанишиной удалось протащить нужных ей кандидатов в финал. Более того, тогдашний сотрудник ГБР Сергей Гупяк, которого в переписках с самого начала называли одним из ключевых нужных кандидатов, стал заместителем председателя НАЗК.

Судя по последующим перепискам, нынешний председатель НАЗК — Виктор Павлущик — также был в топе Стефанишиной. Следует признать, что и мы в ЦПК тогда допустили ошибку, по сути поддержав этот конкурс.

Ведь сейчас результаты таких действий мы все хорошо видим. Пока НАБУ на постоянной основе объявляет подозрения в адрес высших должностных лиц страны — Ермака, Чернышова, Галущенко, самой Стефанишиной —, в НАЗК в этой сфере никаких видимых результатов.

Проверку декларации Ермака в НАЗК затягивали вплоть до объявления подозрения и не обнаружили там никаких проблем. А проверку декларации экс-министра Галущенко вообще начали только в марте этого года, когда Галущенко уже было предъявлено подозрение в коррупции со стороны НАБУ.

Неутешительные результаты работы НАЗК заметили и в ЕС. В последнем отчете о расширении, опубликованном в ноябре 2025 года, Еврокомиссия отмечает о "обеспокоенности относительно его (НАЗК) беспристрастности и эффективности некоторых его действий".

Понятно, что во время этих конкурсов госпожа Стефанишина, скорее всего, действовала не по собственной инициативе, а получила на это мандат "смотрящей" за конкурсами от Офиса Президента. Наличие столь детализированной переписки с конкретными именами, баллами, инструкциями "кому не давать 30 баллов" свидетельствует о том, что это была не разовая попытка, а часть устоявшейся практики в попытке Банковой "взломать" конкурсы с участием экспертов, номинированных международными партнерами.

Важно и то, ради чего всё это делалось. Если бы фаворит Стефанишиной Кириленко возглавил НАБУ, бюро вряд ли смогло бы расследовать то самое дело о незаконном обогащении, подозрение в котором сейчас выдвинули самой Стефанишиной. Да и, пожалуй, мы никогда бы не услышали о деле "Мидас" и других делах, касающихся коррупции среди высокопоставленных чиновников. Собственно, тот самый Кириленко и сам позже получил несколько подозрений от НАБУ и САП.

И здесь мы подходим к главному. На данный момент наиболее приоритетной задачей Украины в сфере верховенства права является выполнение требований первого переговорного кластера в рамках вступления в ЕС. Одним из основных требований к Украине является обеспечение участия международных экспертов в отборе кандидатов на высшие должности судебной и правоохранительной системы.

Среди этих задач — и реформа процедуры назначения генерального прокурора, и реформа Государственного бюро расследований. Без их выполнения прогресс на этом направлении будет невозможен.

В настоящее время законодательство вообще не предусматривает конкурсной процедуры для назначения генерального прокурора. Действующая же модель формирования конкурсной комиссии ГБР предусматривает паритет: трое членов комиссии назначаются Верховной Радой, трое — Президентом, и ещё трое — по представлению международных партнёров. Решение в комиссии принимается простым большинством голосов.

На практике это означает, что голос международных экспертов просто нивелируется консолидированной позицией назначенцев власти. Так и произошло в 2021 году, когда на конкурсе победил связанный с Офисом Президента Алексей Сухачев. Результаты управления ГБР Сухачевым и его слепое выполнение указаний Банковой — всем известны.

Именно поэтому предстоящие законодательные изменения должны не просто формально запустить конкурсы, но и закрепить преимущественное право голоса за международными экспертами. В противном случае мы, как страна, не сможем выполнить ключевые требования для продвижения в ЕС.

Опыт последних лет показывает: там, где международные эксперты получали преимущественное право голоса, результаты были заметно лучше. Хотя даже это не является идеальной моделью и, как видно из опыта НАЗК, не гарантирует отсутствия политического влияния на конкурс. Но пока что лучшей процедуры в Украине не придумали.

Общественный совет международных экспертов, созданный для оценки кандидатов на определенные должности в судебной сфере, практически не пропустил недобросовестных кандидатов в Высший антикоррупционный суд, который с тех пор вынес около 400 приговоров по делам о коррупции высокопоставленных чиновников.

Высшая квалификационная комиссия судей и Высший совет правосудия при участии международных экспертов большинством голосов уволили десятки недобросовестных судей. Конкурс на должность директора НАБУ — несмотря на все попытки Стефанишиной и причастных лиц его дискредитировать — всё же прошел прозрачно именно благодаря роли международных экспертов.

И наоборот, там, где международные эксперты либо не имели преобладающего голоса, либо их позицию просто игнорировали, реформа буксувала или вообще проваливалась.

Конкурс на должность директора Бюро экономической безопасности международные члены комиссии фактически спасли от откровенно сомнительных кандидатов.

Сейчас же конкурсная комиссия ВККС осталась без международных экспертов после истечения срока их полномочий. Парламент блокирует соответствующие изменения в законодательстве, чтобы вернуть их. Соответствующий законопроект был зарегистрирован ещё в прошлом году, однако заинтересованных в его принятии в Раде — пока единицы.

Поэтому главный вывод из материалов дела Стефанишиной не зависит от того, каким будет результат расследования её уголовного дела. Он уже является приговором существующей системе власти, которая регулярно и последовательно пытается обходить независимые процедуры, когда те мешают сохранять контроль над ключевыми институтами.

Именно поэтому в конкурсах на должности генерального прокурора и руководителя ГБР — двух наиболее политически чувствительных постов в системе правоохранительных органов — преимущественное право голоса международных экспертов нельзя рассматривать как формальность или дань европейским донорам. Это единственный реально работающий предохранитель против ручного политического назначения.

Понятно, что участие экспертов, номинированных международными партнерами, — это временный инструмент, и рано или поздно украинские институты должны доказать способность проводить отбор самостоятельно.

Но сегодня, когда даже при наличии международных экспертов власть Зеленского не отказывается от попыток повлиять на результат, отказ от их ведущей роли стал бы огромным шагом назад именно в тот момент, когда ставки в отношении вступления в ЕС и запрос общества на реальное утверждение верховенства права как никогда высоки.