Адвокат Тимошенко: в ее действиях нет превышения ни власти, ни полномочий

В действиях экс-премьера Юлии Тимошенко при подписании газовых контрактов в 2009 году нет ни превышения власти, ни превышения служебных полномочий.

Об этом в своей статье для ZN.UA пишет ее адвокат Николай Сирый.

Он считает, что при обстоятельствах законодательной неурегулированности Тимошенко избрала одну из возможных форм закрепления политической позиции.

При этом она не нарушила ни одного прямого законодательного предписания, ни одного правового запрета, утверждает Сирый.

Сирый подчеркнул также, что в обвинительном заключении, которое утвердил 17 июня 2011 первый замгенпрокурора Ренат Кузьмин, событие преступления не сформулировано.

Адвокат также отмечает, что Тимошенко предъявлено не только логически ошибочное, но и юридически неконкретное обвинение.

В частности, украинский уголовный закон предусматривает уголовную ответственность или за превышение власти, или за превышение служебных полномочий (статья 365 УК Украины).

Эта норма не содержит уголовной ответственности за "превышение власти и служебных полномочий", как указано в обвинительном заключении.

Также в обвинительном заключении не указаны признаки явности превышения влас­ти или служебных полномочий.

Уго­ловная ответственность, согласно статье 365 УК Украины, предусмотрена не просто за превышение власти или служебных полномочий, а именно — за явное превышение.

Также в обвинительном заключении нет подтверждения прямого умысла (в уголовно-правовом понимании) в действиях Тимошенко, которое ей безосновательно инкриминируются.

Статья 365 УК Украины предусматривает состав преступления, совершение которого осуществляется исключительно с прямым умыслом.

Наконец, пишет автор, очевидным подтверждением того, что в действиях Ти­мошенко не было никаких признаков явного превышения власти или служебных полномочий, является подписание в 2010 году так называемых Харьковских соглашений.

Ими фактически и юридически была подтверждена законность и легитимность, с точки зрения международного и конституцион­ного права, как самих российско-украинских договоренностей 17—19 января 2009 года по газовым вопросам, так и действий по их реализации, считает адвокат.