Я так нервничал – карандаш сгрызал, пока мои шли по открытке. Как и зачем Силы обороны полгода наступают на Александровском направлении
Разведчикам, которые зачищали посадки на Александровском направлении
В конце апреля военнослужащие 80-й бригады ДШВ, которые уже два года воевали в Сумской области, сообщили УП, что перебрасываются на новое "секретное" направление.
На тот момент вариантов такого направления, которое обсуждалось в военных и журналистских кругах, на самом деле было несколько: Купянск, Лиман, Степногорск.
Через несколько дней УП стало известно, что этим самым "секретным" направлением является Александровское – это стык Донецкой, Днепропетровской и Запорожской областей.
Его сложно назвать "медийным" или даже "известным" – оно не примыкает к крупному населенному пункту наподобие Покровска или Краматорска, а также последние несколько месяцев было закрыто для журналистов. Однако в контексте нынешней весенне-летней кампании противника, которая все-таки не состоялась, оно сыграло значимую роль – об этом речь пойдет ниже.
В конце апреля новые силы, в частности десантники, приступили ко второй наступательной операции Сил обороны на этом направлении. Первая, на Александровском и Гуляйпольском направлениях, состоялась в начале года и позволила украинской армии прорвать линию обороны противника и вернуть под свой контроль восемь населённых пунктов.
Вторая операция стартовала в начале мая и долгое время оставалась в тайне. Некоторые говорили, что причина кроется в том, что Силам обороны не удалось до конца выполнить поставленную задачу, а другие – что операция ещё не завершена, а значит, стоит подождать.
Один из сержантов-десантников, с которым УП неделю назад встретилась в Павлограде, пошутил, что командование ДШВ объявит об этом наступлении, "когда мы откатимся на те позиции, с которых начинали".
Он имел в виду, что чем дольше длится операция, тем труднее его бригаде выдерживать её темп.
"Общий план и замысел удались, но наши силы не безграничны, и через месяц активных боевых действий, у нас по крайней мере, начались проблемы с личным составом. Также против нас играла массовая инфильтрация противника, он хаотично бродил (запомните эту часть цитаты, мы вернемся к ней в третьем блоке – УП) по нашим тылам", – подытожил итоги операции сержант.
О результатах обеих наступательных операций довольно неожиданно 12 августа решил заявить президент. В обнародованном им видео о проделанной работе украинских войск ему докладывает новоназначенный главнокомандующий Михаил Драпатый, рядом с которым сидит командир самой операции, командующий ДШВ Олег Апостол.
Ключевые цифры, озвученные Драпатым, следующие: с января по август Силы обороны освободили 26 сел в трех областях, отбив 745 квадратных километров территории. Это практически равно площади Киева.
Даже с учётом того, что цифра может быть преувеличена и не "разделена" на "полностью освобождённую" и "очищенную от инфильтрации территорию", масштабы этого наступления впечатляют. Большинство собеседников УП из числа командиров рот и батальонов считают это наступление успешным.
Концепция, этапы, участники и детали наступательной операции Сил обороны на Александровском направлении до сих пор остаются "за кадром".
Чтобы исправить это, "Украинская правда" пообщалась с бывшим главнокомандующим Александром Сырским и десятком командиров и бойцов из четырёх десантных и штурмовых подразделений, которые принимали участие в этой операции.
Краткая справка
Название операции: наступление Сил обороны на Александровском направлении.
Время и место: январь – август 2026 года (продолжается до сих пор), пересечение трех областей – Днепропетровской, Донецкой и Запорожской.
Инициатор: главнокомандующий ВСУ в 2024–2026 годах Александр Сырский.
Командир наступательной группировки: командующий Десантно-штурмовыми войсками Олег Апостол.
Основные силы с украинской стороны: десантно-штурмовые бригады (95, 82, 80, 79, 78) и штурмовые полки (425 "Скала" и 1-й ОШП).
Вероятная цель: сорвать наступление россиян на Орехов, чтобы обезопасить Запорожье; выбить противника из Днепропетровской области.
Тактика: механизированные штурмы и инфильтрация.
Результат: наступление противника на Орехов не состоялось. Практически вся территория Днепропетровской области, за исключением села Дачное, освобождена от россиян. Восстановлен контроль над 26 сёлами в трёх областях.
Наступление Сил обороны на Александровском направлении должно было оттеснить противника из Гуляйполя – чтобы обеспечить безопасность Орехова и Запорожья
С начала 2026 года журналисты довольно внимательно следили за наступательными действиями Сил обороны на Гуляйпольском и Александровском направлениях и до конца не понимали, к чему они приведут.
"Пожарное" спасение Гуляйполя, наступление на Доброполье – Сладкое, первый удар 95-й бригады на Александровском направлении и подтягивание новых сил в мае – не воспринимались как единая и очевидная картина.
Поэтому вопрос о замысле Александровской операции УП адресовала её инициатору – бывшему главнокомандующему Александру Сырскому. Это была последняя наступательная операция Сил обороны под его командованием.
В письменных ответах, переданных УП, говорится о том, что во второй половине 2025 года Сырский вместе с офицерами Генштаба, работавшими в районе боевых действий, раскрыли замысел противника.
Россияне собирались наступать не только на Покровском направлении, но и на Гуляйпольском.
"План противника предусматривал прорыв нашей обороны на рубеже Гуляйполе – Доброполье с последующим созданием угрозы окружения группировки украинских войск в районе Орехова.
Чтобы сорвать эти планы, нанести противнику максимальные потери и одновременно выровнять линию фронта, было запланировано проведение наступательной операции на Александровском направлении силами группировки Десантно-штурмовых войск и штурмовых подразделений при поддержке частей и подразделений других родов войск", – пишет Сырский.
Как предполагают в беседах с УП военнослужащие разных уровней, Силы обороны не могли атаковать россиян исключительно "в лоб" на Гуляйпольском направлении – из-за большой плотности противника.
Поэтому было решено перебросить его силы на соседнее направление – Александровское.
Внезапные и по-настоящему секретные удары, кажется, были сильной стороной как предыдущего главнокомандующего, так и десантников в целом.
"Этот удар (на Александровском направлении – УП) наносился в тыл наступающей армии и вынуждал врага перенаправлять силы с главного направления (на Орехов – УП). Они даже были вынуждены отвести обратно некоторые части 90-й дивизии из-под Покровска. Задача состояла в том, чтобы разгромить ударную группировку врага", – отвечает на уточняющие вопросы УП Александр Сырский.
Под "наступлением на Александровском направлении" скрываются две отдельные операции, которые проходили с небольшим перерывом. Условный ориентир первой – Гуляйполе, второй – Комар – Великая Новоселка
Первая наступательная операция украинской армии началась в начале 2026 года, севернее от уже захваченного Гуляйполя.
Тогда десантники вместе со штурмовиками двигались в двух направлениях – на северо-запад и северо-восток от города. Сейчас уже ясно, что таким образом Силы обороны пытались с двух сторон зажать противника. Для этого задействовали как тяжелую технику, так и небольшие пехотные группы.
В итоге украинская армия продвинулась на 9–11 километров вглубь российских позиций.
"Это была пехотная операция, где всё зависело от подготовки людей", – рассказывал УП несколько месяцев назад командир 2-го батальона 95-ой десантно-штурмовой бригады Антон Дерлюк.
Однако достичь плана-максимум не удалось.
Как известно УП, по крайней мере согласно одной из частей плана, Силы обороны должны были продвинуться ещё глубже (на 10+ километров глубже) и зайти в тыл противника – со стороны села Успеновка.
"У нас не хватило на это сил", – пояснил в беседе с УП один из высокопоставленных участников операции.
Несмотря на то, что нанести удар максимальной силы не удалось, украинская наступательная группировка, как пояснял УП в интервью командир 1-го ОШП "Перун", заблокировала возможность противника продвигаться вперёд – как мы теперь понимаем, в сторону Орехова. А также сузила зону влияния российской армии.
Первая наступательная операция также создавала предпосылки для следующей – в ходе которой планировалось отвоевать часть Днепропетровской области, которую с 2025 года захватил противник.
Вторая наступательная операция стартовала 5 мая на широкой полосе фронта – более 50 километров, условно от Нового Запорожья (Запорожской области) до Филии (Днепропетровской). Её целью было максимально вытеснить противника из Днепропетровской области – предположительно, двигаясь в сторону Комара и Великой Новоселки.
Именно падение Великой Новоселки полтора года назад открыло противнику "двери" сразу в две соседние области – Днепропетровскую и Запорожскую. Это достаточно крупный населенный пункт и стратегический логистический узел.
На вторую наступательную операцию на Александровском направлении прибыло подкрепление – 78-я, 79-я и 80-я бригады ДШВ.
"95-я немного выдохлась во время первого наступления, они взяли на себя большой кусок работы. Дальше им необходимо было подкрепление", – говорит УП ротный одной из бригад, пришедших на подкрепление.
Он же, спустя несколько месяцев, повторит это в беседе с УП – правда, уже о своём подразделении:
"К нам сегодня приехали "Госпы" (медики добровольческого батальона "Госпитальеры" – УП), но я не знаю, что они будут делать, кого эвакуировать. Пехота уже закончилась (речь идет преимущественно о ранениях – УП)".
Так, к началу второй наступательной операции под командованием Апостола оказалась львиная доля сильнейших бригад 7-го и 8-го корпусов ДШВ. А сама 95-я, насколько известно УП, перешла под его прямое подчинение.
Один из командиров, с которым общалась УП, охарактеризовал Апостола как грамотного и понимающего командира, которому всегда можно было позвонить и попросить о помощи. Он адекватно относился даже к "неродным" штурмовым подразделениям.
В то же время стоит отметить, что не все штурмовики признают "власть" десантников. Некоторые из них убеждены, что могут показывать лучший результат, если будут работать более автономно.
Данные о потерях Сил обороны в этой операции, как правило, не называются. Одна часть собеседников УП утверждает, что они были "аномально минимальными". По крайней мере два подразделения различных беспилотных комплексов, с которыми общалась УП, в принципе не понесли ни одной потери погибшими за эти две наступательные операции.
Другая часть наших собеседников намекает, что, несмотря на небольшое число погибших, ощутимо количество пропавших без вести и тех, кто ушел в СОЧ.
В ходе второй наступательной операции Силы обороны восстановили контроль над более чем десятью селами, расположенными на границах трех областей – Запорожской, Днепропетровской и Донецкой. Практически вся территория Днепропетровской области была очищена от противника. Операция продолжается.
На карте DeepState хорошо видно, как в результате этой операции перед Днепропетровской областью вырисовалась огромная "защищенная зона". Если Силам обороны удастся её удержать, это на некоторое время убережет Днепропетровскую область от сухопутной войны.
Но, к сожалению, это не убережет от КАБов. Именно здесь россияне применяют их особенно интенсивно. Поэтому в населенных пунктах в 30–50 километрах от фронта – что, казалось бы, является почти тылом – уже невозможно жить.
В пользу Сил обороны в этом наступлении сыграли его внезапность и подготовленность пехоты. Против – ложь касательно фактической глубины проникновения россиян, сложный рельеф и превосходство противника по количеству БПЛА
В двух предыдущих разделах мы преимущественно приводили мнения тех военных, которые инициировали обе наступательные операции и отвечали за их реализацию на самом высоком уровне. Здесь же мы расскажем, как их видели командиры низших уровней и солдаты, которые непосредственно, своими ногами, автоматами и дронами воплощали этот замысел в жизнь.
Первые 2–3 недели обе наступательные операции были "максимально успешными". На начальных этапах россияне, во-первых, ещё не понимали, что Силы обороны начали крупное наступление, во-вторых, боялись докладывать об этом своему руководству.
"Они видели, как бегают военнослужащие в "мохнатках" ДШВ (маскировочное покрытие на голову – УП), и два дня спорили, чьи это "мохнатки"", – смеясь, рассказывает УП один из ротных-десантников.
"Только когда мы подошли к Мирному (10 километров вглубь позиций россиян – УП), они поняли, что происходит какая-то движуха. А так сидели без связи и еды", – добавляет его побратим.
"Первые дни операции не были сложными. Мы быстро нашли позиции, могли даже подъехать к ним на машинах – выгрузить оборудование и приступить к работе", – делится с УП командир взвода БПЛА батальона беспилотных систем "Боривитер" 95-й бригады Максим Масливец.
Впрочем, главная причина, по которой россияне не понимали, что происходит, заключалась в успешной тактике, применённой украинской армией, – инфильтрации.
Силы обороны буквально отзеркалили методы работы противника. Вместо того, чтобы проводить лобовые штурмы, они быстро и незаметно проникали через позиции россиян небольшими группами. Этому способствовала хорошая подготовка украинских десантников и штурмовиков.
"Нам нужно было максимально незаметно продвинуться вглубь, обойти позиции противника, выстроить линию, отрезать их, а затем тех, кто остался по нашу сторону линии, взять в плен", – объясняет упомянутый выше ротный-десантник.
Применение такой тактики предполагает, что большая часть работы ложится на классических разведчиков. Именно они затем идут зачищать те самые позиции с противником, который остался отрезанным от "своих" в украинском тылу и по-прежнему представляет опасность.
Иногда этого противника можно "разобрать" с помощью бомбардировок (которые до сих пор остаются преимуществом именно украинской армии), а иногда приходится выбивать вручную.
Выбивать вручную – это одна из самых тяжёлых и опасных задач в нынешней войне в принципе. В ДШВ ее обычно выполняет элитная бригадная разведка.
"Все перебегали через посадки – и это правильно, потому что так и должно было быть, но нам потом приходилось все это зачищать. Все это ложилось на разведчиков. Из-за этого мы потеряли много людей. Наибольшие потери мы понесли в этих стрелковых боях и из-за БПЛА. Как только нас обнаруживал противник, туда летело всё. На одну из наших групп за полчаса прилетело 12 "Молний"", – рассказывает УП командир одного из разведывательных подразделений.
Один из героев этого текста попросил УП отметить в контексте Александровской операции своего побратима – 27-летнего младшего сержанта Владимира Шишоголика. В группе разведчиков 80-й бригады ДШВ он зачищал те самые посадки, "через которые все перебегали". Погиб с оружием в руках.
Российские БПЛА как в первой, так и во второй операции "включались" в работу через несколько недель после начала операции. В частности, на Александровское направление был оперативно переброшен "Рубикон" – одно из самых эффективных подразделений противника.
"За три недели противник понял, что здесь что-то нечисто – и обе российские армии, которые стояли напротив нас, подтянули свои резервы", – объясняет УП командир роты ударных БПЛА батальона беспилотных систем "Боривитер" 95-й бригады Андрей Сергиенко.
Качество работы экипажей БПЛА было за украинской армией, но количество запущенных дронов – все же за российской, рассказывают УП военные.
После начала второй украинской наступательной операции россияне взялись активно минировать дороги и устанавливать свои дроны-ждуны на перекрестках, где автомобили обычно снижают скорость.
Украинским подразделениям для противодействия пришлось сформировать отдельные экипажи, которые регулярно пролетали над дорогами, отслеживали их на предмет "ждунов" и отрабатывали по ним сбросы.
"В середине весны "Рубикон" фактически перерезал нам все логистические пути. На мою застрявшую машину обрушились от 30 до 50 бортов. Отдельно скажу, что сложностей добавило то, что весна была дождливой – из-за этого размыло полевые дороги, по которым мы ездили. Всё увязало: ни "Хаммер", ни пикап, ни даже "Урал" порой не могли проехать. И как только враг это замечал, туда летело всё.
Что нам помогло: через несколько недель после начала второго этапа операции нам привезли аппараты получше (дроны – УП) – они могли летать уже не на 10–15 километров, а на 25–30. Это позволило нам глубже проникать в тыл противника и работать из более безопасного места", – рассказывает УП упомянутый выше командир взвода из 95-й бригады Максим Масливец.
Если же говорить о сложностях этого наступления, то здесь наши собеседники выделяют три ключевых аспекта.
1. Ложь со стороны своих о фактической глубине проникновения россиян. К сожалению, в начале второй наступательной операции украинские военные столкнулись с тем, что реальная линия боевого столкновения не совпадала с той, которая была нанесена на карту.
Российские военные проникли на 2–10 километров глубже, чем было заявлено. В результате Силы обороны перед началом основной наступательной операции должны были дозачистить свой тыл или же, что ещё хуже, узнать о нахождении россиян в своём тылу уже после продвижения. Это та самая хаотичная инфильтрация противника, о которой мы упоминали во введении к этому тексту устами сержанта-десантника.
"Как только мы вошли, нам говорят: "Да всё здесь хорошо, идите вперёд, на Малиевку". Мы берем разведданные, смотрим, где в последний раз пеленговали противника, а это было в Великомихайловском лесу (в паре километров в тылу Сил обороны – УП), за переправой, противник перешел реку и сидел там!" – рассказывает УП один из участников операции.
УП известно о подобной ситуации как минимум на трёх участках:
- в населенном пункте Андреевка-Клевцово (прежнее название Искра) Донецкой области, через который проходила 80-я бригада. В Искре находился отряд противника;
- в Коломийцах и Алексеевке Днепропетровской области, через которые проходила 95-я. Более того, в Алексеевке находились российские пилоты;
- в лесу к востоку от Великомихайловки Днепропетровской области, через который двигался полк "Скеля".
2. На некоторых участках наступления были вырублены или заминированы практически все насаждения, что вынуждало украинских военных долго и рискованно продвигаться по открытой местности.
Один из собеседников УП охарактеризовал зону наступления своего подразделения так: "Там никто не собирался наступать". Она подходила исключительно для глухой обороны.
"Я карандаш сгрыз – так нервничал, пока мои шли по открытке (по открытой местности – УП). Все позиции либо заминированы, либо вырублены под киллзоны. Туда никто не собирался наступать, я не знаю, зачем они (украинские подразделения, которые стояли на этом участке ранее – УП) это сделали. Это пи*дец, как нам всё усложнило. Заиц (командир 20-го корпуса – УП), который пришел уже во время наступления, такого бы не допустил, он очень здравый мужик", – рассказывает УП один из командиров-участников операции.
Кстати, по данным трёх собеседников УП в Силах обороны, командира 20-го корпуса Святослава Заица, выходца из ДШВ, рассматривают в качестве кандидата на должность командующего Сухопутными войсками. Его место в 20-м корпусе может занять нынешний командир 141-й бригады, бывший командир 59-й бригады – молодой подполковник Богдан Шевчук.
3. Продвижение затрудняли длинная – более 10–20 километров – логистика и реки, пересекающие Александровское направление сразу в нескольких местах (в частности, река Волчья).
Часть военных, с которыми беседовала УП, убеждены, что командование не учло "логистические возможности" бригад – одним не хватало НРК, у других активность противника была настолько высокой, что доставить что-либо на позицию было практически невозможно.
"У нас, например, ни квадроциклы, ни бронемашины, на которых доставляли имущество, не могли подъехать на нужное расстояние. Ходили пешком, а когда были – на НРК. Логистика была сложной", – рассказывает УП сержант-десантник.
"Моя пехота шла по 20 километров, и это только до линии соприкосновения. А дальше ещё нужно штурмовать, работать", – добавляет другой комбат.
Особую роль в этой операции военные отводят логистике и переправе через реку. Для перехода через водоемы устраивали временные переправы – там, где это было возможно, – и пользовались лодками. На одном из видео, переданных УП, хорошо видно, как двое десантников под звуки взрывов вместе со снаряжением переплывают реку на надувной лодке и движутся дальше, на зачистку посадочных точек.
Также были те, кто переплывал реку – тогда им с дрона сбрасывали сухую одежду.
"Переправы и понтоны уничтожали через полчаса после того, как их устанавливали – это было нецелесообразно. Я не хотел отправлять туда свой личный состав. Поэтому наши переплывали. Было мокро, но мы сразу сбрасывали им одежду. Мы старались беречь наших", – рассказывает УП один из командиров.
***
Операция на Александровском направлении продолжается. Однако ключевые "рывки", по всей видимости, уже сделаны. Российское наступление на Орехов – пока – сорвано, Днепропетровская область практически свободна от россиян, а десантников и штурмовиков, по данным УП, уже ждут новые задачи и направления.
Ольга Кириленко, УП