Томас Цинцабадзе: Я – помеха в деле об отравлении Ющенко

Четвер, 11 грудня 2008, 13:32

Томас Цинцабадзе – это человек, который организовал и осуществил доставку Виктора Ющенко на самый мистический в его жизни ужин – домой к Владимиру Сацюку. 5 сентября 2004 года там, по мнению президента, его отравили диоксином.

Длительное время лишь единицы знали, что в событиях той ночи, кроме Ющенко, Жвании, Смешко и Сацюка, принимал участие пятый фигурант. Когда всплыла информация, что им оказался еще один грузин, это лишь раскрутило интригу.

В 2005 году впервые в эфире 1+1 прозвучало предположение, что незнакомцем мог быть Бадри Патаркацишвили – бизнес-партнер Бориса Березовского, который щедро финансировал предвыборную кампанию Ющенко. Российская "Независимая газета" своей публикацией развила предположение о Патаркацишвили в утвердившийся факт.

Так миф, рожденный из-за невладения полной информацией, переродился в абсурд.

Туман сгущали другие свидетели в деле об отравлении. Как теперь уже известно, Ющенко перед ужином у Сацюка побывал в гостях у акционеров компании "Фокстрот". Организатор этого застолья, мертвый ныне бизнесмен Владимир Шульга описывал незнакомца: "Назвался Томасом из Калифорнии, на его руке были часы за сто тысяч долларов. Грузин обеспечивал, чтобы все было в порядке с той стороны (в организации ужина Ющенко с тогдашней верхушкой СБУ)".

На самом деле, таинственным грузином был Томас Цинцабадзе – друг Владимира Сацюка и Давида Жвании, которые общались между собой при его посредничестве. Такую законспирированность они объясняют законами времени – Ющенко являлся мишенью номер один для прежней власти, а Жвания был тогда его правой рукой.

Цинцабадзе знаком многим влиятельным людям в Киеве – он обеспечивает их эксклюзивными автомобилями по индивидуальному заказу. На заснеженной стоянке его автосалона журналист "Украинской правды" заметил Феррари, два Мазерати и множество внедорожников Мерседес.

Сегодня Цинцабадзе – самый востребованный свидетель в деле об отравлении Ющенко. В условиях, когда Жвания на допросы не ходит, а Сацюк получил гражданство России, только он может что-то рассказать о событиях той ночи.

"Я давал показания раз двадцать", - говорит Цинцабадзе, отправляясь на очередной допрос. Именно дружба с ним стала причиной вызова к следователям трех звезд украинского футбола – Шевченко, Каладзе и Гусина.

По словам Цинцабадзе, он находится под постоянной слежкой, его телефоны – на прослушивании, а психика не выдерживает таких условий жизни – он лег в больницу с повышенным давлением.

После недели лечения Цинцабадзе согласился дать это интервью. Оно было взято у него дома в присутствии жены и их друга – зятя Александра Мороза Давида Сарии, которого также трижды допрашивали в деле отравления.

Возможно, сказанное ниже прокуратура попробует трактовать как разглашение тайны следствия – однако сложно говорить о каких-то секретах после того, как протокол самого допроса Цинцабадзе был опубликован в интернете.

– Томас, до какого момента вы жили в Грузии?

– До 1983 года.

– То есть, у вас вообще никогда не было грузинского паспорта?

– Нет, конечно. У меня был паспорт СССР, и я получил украинское гражданство как все люди, живущие в Украине.

– Сейчас вам хотят вменить незаконное гражданство Украины?

– Я не знаю…

Давид Сария: По нашему предположению, Томаса хотят обвинить в том, что у него есть двойное гражданство – как Украины, так и Грузии. Мы все ходим на допросы в прокуратуру, где нам задают вопросы, после которых создается такое впечатление. Иной человек может запутаться, после чего Томаса вызовут и скажут: "Там нам кое-кто сказал на допросе, что у вас якобы есть двойное гражданство".

Жена Томаса Катя: Во всех публикациях, как только упоминалось о Томе, писали, что он гражданин Америки…

Цинцабадзе: Да, еще Израиль мне приписывали. И когда наши спецслужбы меня спрашивают: "У вас есть израильское гражданство?", я говорю: "Я там вообще никогда не был!" "А у вас есть грузинское гражданство?". Я говорю: "Как можно быть гражданином Грузии, если я там вообще не жил с 1983 года?".

Я летал в Грузию в 1995 году – у меня умерла мама. И тогда мне дали какую–то бумагу с фотографией, потому что я являлся ее наследником. А сейчас этот вопрос начали муссировать. Я сказал следователю: "Так не пойдет. Я неплохо знаю посла Грузии – тебе будет достаточно его ответа на официальный запрос?" И посол им объяснил, что в Грузии, даже если выдается иностранный паспорт, он дается на пять лет. Я говорю: "Если даже в 1995 году мне что–то выдали, какой сейчас год?". Кстати, всегда, когда я прилетаю в Грузию, я прилетаю с украинским паспортом. Это выглядело бы странно, если бы у меня было гражданство Грузии.

Давид Сария (слева) и Томас Цинцабадзе (справа) во время интервью "Украинской правде"

– Вы с Виктором Ющенко знакомы?

Цинцабадзе: Нас познакомил Давид Жвания еще когда мы в первый раз ездили на дачу к Сацюку. Было это за несколько месяцев до 5 сентября 2004 года.

– Как вы вообще оказались на том скандальном ужине дома у Владимира Сацюка?

– Сацюк – мой очень близкий и давний друг. Я это могу сказать и в интервью, и на допросе. И когда мне задавали этот дурацкий вопрос: "Как вы считаете, он мог отравить Ющенко?", я говорю: "Мне что, перед иконой стать? Я в это не поверю в жизни!"

– Почему? Сацюк не производит впечатление святого человека…

– Я не знаю, с какой стороны вы его знаете.

– Из того, что говорят о Сацюке другие люди – это довольно циничный бизнесмен.

Жена Томаса Цинцабадзе: Мы познакомились на его дне рождения. Меня там поразило одно: сотрудники подарили Володе прекрасную машину – спортивное "Ауди". Да, она была не за 200 тысяч, но подарок сделали с такой любовью и душой... Я спрашиваю: "А в чем дело? Вы дарите машину и без того богатому человеку". На что коллеги Володи ответили: "Он к нам так хорошо относится, что мы решили подарить автомобиль".

Продолжает Томас Цинцабадзе:

– Против Володи у меня не повернется язык сказать что–то плохое. Он и в изгнании своих людей не забыл.

– Жвания рассказывал, что в тот вечер, когда на даче Сацюка якобы отравили Ющенко, вы выполняли функции его водителя. Каково вам быть водителем Жвании?

– Мы с Давидом очень близкие друзья – так же как и с Сацюком. Давид машину не водит. Хотя однажды он меня сильно обманул. Было это в 1998 или 1999 году. Тогда делался юбилейный "Ягуар" в очень красивом исполнении, на котором ездит королева Англии. И Давид мне говорит: "Сделай мне эту машину". Я говорю: "Давид, с одним условием: что ты научишься водить автомобиль. Договорились?". У грузинов слово дороже денег. Давид говорит: "Никаких вопросов, 100%". Я ему сделал этот автомобиль. И до сих пор этот "Ягуар" с пробегом 500 км стоит у Давида в гараже. "Почему же ты меня обманул?" – спрашиваю я Давида. На что он ответил: "Мне так хотелось эту машину, а иначе ты бы мне ее не сделал".

Так что, если говорить по поводу того вечера – не секрет, что мы с Давидом (Жванией) очень близкие друзья, и он не водит машину.

– Однако у него есть охрана, водитель, который мог бы отвезти вас и Ющенко на дачу к Сацюку! Почему это должны были сделать вы?

– Вспомните те напряженные времена. Ответственная встреча, с одной стороны – кандидат от оппозиции, а с другой стороны – руководители спецслужбы. Я знал и Жванию, и Сацюка, они мне доверяли. Кроме того, это ведь было не первый раз, когда Давид попросил меня вместе с Ющенко приехать на дачу к Сацюку.

– А когда было в первый раз?

– В первый раз я возил Ющенко на встречу к Сацюку за несколько месяцев до этого злополучного ужина, где-то в июне-июле 2004 года.

– Тогда вы и познакомились с Ющенко?

– Да.

Жена: Видели мы его и раньше – в 2003 году на свадьбе у Николая Мартыненко.

Цинцабадзе: Тогда еще можно вспомнить, что у Оксаны Жвании был день рождения в "Липском особняке". Там присутствовала Катерина Ющенко, а их малая все время сидела у меня на коленях.

– Давайте вернемся к вашим поездкам с Ющенко к Сацюку. Вы были при их первой встрече?

– Я вообще не присутствовал при встречах. Я все время сидел в машине.

– И вам не было унизительно? Вы – человек обеспеченный, богатый, а сидите в машине, ждете окончания встречи!

– Я был обеспеченным человеком до всей этой истории. А сидел я в машине потому, что это была конфиденциальная встреча, о которой с одной стороны договорился очень близкий друг, и с другой стороны – тоже очень близкий друг. Я готов был посидеть где угодно.

– И вот 5 сентября Ющенко должен был ехать к Сацюку на дачу. Где вы встретились?

– Они договаривались о встрече еще на 4 сентября. Но мне позвонил Давид и говорит: "Слушай, там с Ющенко что–то очень сильно плохо. Позвони Вове (Сацюку) и попроси перенести".

– То есть, о встрече Ющенко с Сацюком договаривались вы, а не Жвания?

– Связь между Жванией и Сацюком поддерживалась мной. Вова звонил мне, а я звонил Давиду, или Давид звонил мне, а я потом – Вове. Жвания не набирал тогда напрямую Сацюка, роль посредника исполнял я.

Так вот, я позвонил 4 сентября Володе и попросил перенести встречу. А 5 сентября Давид набрал меня и говорит: "Ющенко поехал в Чернигов. А оттуда, если все нормально, заедем туда, куда договаривались".

Я приехал к Давиду домой на улицу Богдана Хмельницого на машине, которую он попросил меня для него привезти – "Мерседес"-кубик. Он посмотрел автомобиль, я его там же и оставил, и на его легковом "Мерседесе" мы поехали в Чернигов.

Я вообще аполитичный человек, хотя кто ко мне только не приходил из политиков – у меня много близких друзей из Верховной Рады! И когда следователь меня спрашивает: "Можно узнать ваш телефон?", я отвечаю: "Это очень печально, если вы не знаете моего номера, который знает вся Украина!". Он даже сам рассмеялся.

Мы приехали в Чернигов, когда митинг Ющенко еще не начался. Я помню, там были вывешены какие–то плакаты против него…

Цинцабадзе оранж-стайл

– После митинга в Чернигове 5 сентября Ющенко поехал к антиквару Валентину Шуру помянуть его умершую жену. Вы с ним ездили?

– Да, после митинга мы сели по машинам. Я сажусь в машину к Давиду (Жвании)… Тогда никто не знал, куда мы должны ехать. Когда мы приехали к этому антиквару, я был в машине, не выходил и даже не знал, куда мы попали.

– Потом вы поехали на дачу к одному из основателей "Фокстрота" Олегу Головину?

– Да, я думал, что мы едем к Сацюку, но потом свернули с дороги. А когда подъехали к его дому, уже начало темнеть. Я себе подумал: "Что мы вообще тут делаем?".

Смотрю, все заходят в дом, а мне вообще никто ничего не говорит. Потом вышел Ивченко, говорит: "Чего ты тут стоишь, пошли внутрь ". Мы зашли, а там уже накрыт стол. Я сел напротив Давида…

– Когда вы поняли, что заехали не туда, вы позвонили Сацюку, чтобы предупредить, что вы опаздываете?

– Давид (Жвания) мне сказал: "Позвони, что мы задерживаемся". О том, что мы в тот день заезжали на дачу "Фокстрота", до какого–то момента в прессе вообще никто не говорил – зациклились только на ужине у Сацюка. Только после того, как всплыла информация, что в тот день Ющенко ел форель, стали говорить об этом ужине на даче "Фокстрота". Потом стали говорить, что эту форель Ющенко ел с общей тарелки. На самом деле форель принесли Ющенко на отдельной тарелке.

– Когда вспоминали события того дня, то говорили о непонятном грузине, который сопровождал Ющенко. Ходили версии, что это был чуть ли не Бадри Патаркацишвили! Хотя на самом деле этим грузином оказались вы.

– Во-во, и я о том же! Самое уникальное, что люди меня там видели на ужине у "Фокстрота", я сидел за столом, Женя Червоненко давно со мной знаком. И когда начали рассказывать, что был какой–то непонятный грузин, "рыжеволосый с голубыми глазами, в золотых очках, в дорогих часах…". Посмотрите на меня – я никакую пластическую операцию не делал!

Цинцабадзе чистит от снега "Феррари" на стоянке своего автосалона

– Ющенко в своих показаниях говорил, что Жвания очень настойчиво тянул его на эту встрече с Сацюком, а сам будущий президент ехать не хотел. Так и было?

– Мне трудно об этом судить. Смотрите, о встрече договариваются два самых высших должностных лица СБУ и самый крупный оппозиционер. Кому эта встреча больше всего была нужна? Я сам не знаю ответа.

– Вам Сацюк объяснил, зачем ему нужна была эта встреча?

– Нет. Я вообще не вникал в подробности, мне просто сказали, что надо привезти человека на встречу.

– Червоненко рассказывал, что после ужина у "Фокстрота" кортеж Ющенко заехал в Киев, доехал до улицы Набережно–Крещатицкой на Подоле, где вас встретил джип Сацюка с номерами 555–55.

– Да нет! У автомобиля были номера 555–93. Это был тот самый "Мерседес"-кубик, который я пригнал Давиду. Когда мы уехали с дачи "Фокстрота", Давид сказал охране, чтобы подогнали эту машину на набережную. Потому что Вова знал, что это – моя машина, и это – мои номера.

Я сел за руль этой машины, рядом – Ющенко, а сзади – Давид. Мы поехали к Сацюку. Помню, что мы опаздывали, и Ющенко все время говорил, чтобы я не гнал быстро.

– И вот вы приехали на дачу к Сацюку...

– Я заехал во двор, Ющенко и Жвания вышли с машины. Там у Володи довольно большой дворик, я поставил автомобиль в стороне и остался в нем сидеть. Потом захотел попить воды, пошел в дом…

– А Ющенко там не было?

– Нет. Они сидели в беседке. Я выпил воды, вернулся в машину. Было холодно. Пошел в дом, нашел в холодильнике суши, поел, дальше уже сидел в соседней комнате – смотрел телевизор.

– Вы видели, как Ющенко и Смешко кушали?

– Это абсолютно нереально! Во-первых, эта беседка стоит отдельно. У меня же не соколиное зрение. Я не видел, что они приносят им кушать. А потом Давид и Володя перешли в дом. Но я не знал, что они по частям перешли. Потом Вовчик крикнул: "Томчик, подгони машину". Я сел в машину и подогнал.

– Ющенко вышел после разговора со Смешко и Сацюком в нормальном расположении духа?

– Конечно. И целовались, и обнимались. Мало того, они–то знают, что я быстро вожу, а уже было два или три часа ночи. И они говорят: "Ты смотри, помедленнее веди, потому что, скорее всего, ты везешь будущего президента Украины".

Я все время задумываюсь об одном и том же. Я понимаю, что органам нужно проводить расследование. Но вы спросили, допускаю ли я, что отравили у Сацюка дома? Нет! И как вообще это возможно – два высших чина СБУ, которые тебе помогают…

– Возможно, в этом и был расчет – отравить прямо дома, чтобы это выглядело слишком нелепо?

– И чтобы тебя травил человек, который перед этим дал тебе миллион долларов?

– Сацюк передал деньги на выборы Ющенко на ваших глазах?

– Я при этом не присутствовал, но знаю со слов Жвании, что Вовчик давал деньги. И об этом не только Жвания знает.

– Почему тогда Сацюк скрылся, если он считает, что не совершал преступления?

Сария: Вспомните недавние события с господином Рудьковским. Может, он неоднозначно воспринимается нашей публикой. Но какие методы к нему применяли – законные или нет? И где он содержался? В следственном изоляторе СБУ! Хотя еще Кучма подписывал документ об их запрете. Вы представляете, что бы сделали, например, с Сацюком в то время?

Кстати, я знаю, что правоохранительные органы в те времена обращались с просьбой позволить открыть один следственный изолятор СБУ для содержания одного человека. Сами можете догадаться, для кого…

– Да, но сам Сацюк был в розыске по уголовному делу о незаконном получении воинского звания!

Цинцабадзе: Это был повод. Его посадили бы в следственный изолятор СБУ, что-то подмешали бы там в еду…

– Итак, после ужина у Сацюка вы повезли Ющенко домой. По дороге он не жаловался, например, на головную боль?

– Нет.

– Может, он просил какую–то таблетку?

– Нет.

– В тот вечер вы попросили Ющенко сфотографироваться с ним?

– Когда мы еще только ехали к Сацюку, я его попросил: "У меня уже настолько заразились вами жена и дочка, что очень просят фотографию папы с будущим президентом. Не трудно ли будет вам со мной сфотографироваться?". Ющенко ответил: "Я погоджуюся, але пізніше. Як будемо повертатися". Ну, хорошо. Я его привез домой после ужина, и возле подъезда мы сфотографировались.

Жвания, Ющенко и Цинцабадзе после ужина на даче у Сацюка

– И больше Ющенко вы не видели?

– Видел, конечно. А на Майдане кто кормил людей? А палатки кто начал покупать?

– Говорят, что революция была спланирована за два месяца до ее начала…

– Да какая спланированная революция? Я еще Давида Жванию отговаривал: "Зачем тебе эти палатки?". Но он сказал – и я пошел в "Спортмастер" и скупил все палатки, что были.

…Помните, перед первым туром выборов президента была заваруха около ЦИК. В тот день мы с Давидом поехали в сауну – массаж, погулять, отдохнуть. В 9 или 10 вечера звонит мне Коля Мартыненко: "Вы где?". Я говорю: "В сауне". Он просит: "Дай Давиду трубку". "А что случилось?". "У нас тут такая заваруха! У нас аврал". Кого–то побили.

Мы с Давидом сидим, я говорю: "Что это за революция такая, когда без двух грузин вы разобраться не можете, кому–то в морду дать…". Давид говорит: "Надо быстро собираться и ехать". Ну, мы из сауны выбегаем, мокрые, садимся на мою машину и мчимся туда в Центризбирком.

Приезжаем, там кто–то кричит: "Вон эти провокаторы убегают". И кто догнал, как ты думаешь? Я их догнал на площади Славы.

И вот сейчас я думаю – кому вообще это все нужно было? Чтобы после всего Давида тягать на допросы, меня тягать…

– После того, как вы привезли Ющенко домой и сфотографировались на память, вы больше с ним не общались?

– Нет, я его еще раз видел – когда знакомил с Андреем Шевченко в 2005 году. Тогда Шева прилетел на частном самолете, я поехал встретить его в аэропорт. Приезжаю в этот Дом с химерами, Шева выходит из машины, говорит мне: "Пошли со мной". Я только подхожу к ступенькам, как мне говорят: "Нет, вам туда нельзя". Я говорю Андрею: "Иди, я же не публичный человек. Я тебя тут подожду".

В тот день сборная Украины играла в Киеве со сборной Дании. Шевченко не играл, у него было разбитое лицо, он сидел на трибуне вместе с Ющенко. Перед этим мне звонили, просили, чтобы он приехал в Киев. Я звоню Андрюше: "Так и так, приедь пожалуйста". Кстати, благодаря Шевченко президент пошел тогда на матч с Данией.

Сария: А еще Ющенко в 2004 перед новым годом поздравлял Андрея с праздником. Они тогда связывались с Шевой через Томаса.

Цинцабадзе: Да, мне позвонила Геращенко, Шева был у меня, я ему дал трубку, и он общался с Ющенко – тот поздравил его с новым годом.

Каха Каладзе, Томас Цинцабадзе и Андрей Шевченко

– В деле об отравлении допросили футболиста Гусина. Вы можете сказать точно, на допрос все-таки вызывают Шевченко с Каладзе или нет?

Сария: Да, они готовы выслать повестки Гусину, Шевченко и Каладзе.

– Следователи объясняют, зачем они хотят пообщаться с футболистами?

– Я это связываю только с одним – это психологическое воздействие. Я очень эмоциональный человек, у меня подскочило давление после вызова футболистов, в критический момент достигло 250 на 160.

Вокруг меня дернули всех моих близких друзей, истребили мой бизнес. Да хрен с ним! Но когда стали дергать на допросы всех моих близких – это уже чересчур! Каждый после того, как его вызывают, звонит мне… Думаешь, это приятно?

Потом перешли на самое святое – на футбол. Тем более, они знают, что Каладзе – крестный моей дочери, я крестил сына Гусина, а Шева – мой самый близкий друг.

Сария: Я по поводу футболистов тоже хочу сказать. У меня сложилось впечатление, что в Генпрокуратуре рисуют себе определенный сценарий. Они всем задают однотипные вопросы, чтобы потом задать их Томасу. И ловить потом на нестыковках.

Поэтому, когда я в третий раз посетил допрос, то сразу сказал Томасу: "Тебя тоже скоро опять вызовут". Что и подтвердилось. Кстати, среди футболистов у Томаса теплые отношения еще с Тимощуком. Так он обиделся, что его не вызвали на допрос. (Все смеются)

Цинцабадзе: Тимоха (Тимощук) мне звонит и спрашивает: "Я что, тебе не друг?". А я весь на нервах, взвинченный, ничего не могу понять. Говорю: "Что случилось?". Он мне отвечает: "Тут надо мной весь "Зенит" смеется, что Шеву на допрос вызвали, Каху – вызвали, а меня – нет! Так что, я не твой близкий друг? Я напишу жалобу, что меня не приглашают".

Томас Цинцабадзе, Анатолий Тимощук и Давид Сария

– Ну, интерес к вашей персоне следствия понятен: вы – один из тех, кто был на этом ужине у Сацюка…

– Все говорят, что я был участником ужина. Но самое обидное, что на самом ужине я не присутствовал, остался голодным.

Вообще, я – единственный человек в деле об отравлении, у кого нет неприкосновенности, за которого никто не заступился на государственном уровне, и который не уехал из Украины. Я – единственный человек, который помеха, ведь если нет человека – то нет и дела об отравлении.

Они уже достали вызовами на допрос – меня и моих близких. Правда, последний раз пошли мне на встречу – из–за моего состояния здоровья я прихожу на допросы тогда, когда мне это удобно после медпроцедур.

Сария: Я только могу подтвердить слова того же Смешко, который говорил: все, что сейчас делается в деле отравления Ющенко – только из пальца высасывается проблема. Ющенко стал заложником своих слов, сказанных на Майдане. Теперь под эти слова надо найти какого–то человека, свалить на него вину отравления, и все. Так как у нас закон не действует, суды не действуют, СБУ подконтрольна власти. Любая команда – и они будут работать по беспределу.

Цинцабадзе: После всего этого у меня бахнуло давление. Думаете, повестки меня вывели из себя? Я плевать хотел на это! Но когда мне позвонил Андрюша Шевченко и говорит: "Объясни, что происходит? Почему они называют мою фамилию среди тех, кого вызывают на допрос? Жена волнуется, перепугана". Каха, конечно, более расслаблен. Он говорит: "Я где угодно выступлю за тебя".

Есть у меня еще один близкий друг, очень высоко стоящий человек – больше всего меня задело, что он даже мне не позвонил, зная все мои проблемы.

– Вы говорите о Романе Бессмертном?

– Нет. Бессмертный как раз вел себя блестяще. Когда за мной установили слежку, он написал обращение в СБУ. Бессмертный, если честно, сперва не верил. Но однажды мы ехали вместе в машине, и он своими глазами видел, как мой автомобиль преследовали.

– Вы с Сацюком сейчас поддерживаете отношения? Созваниваетесь?

– Да.

– Вы знаете, где он живет? В Москве?

– Да. Расскажу вам даже такой случай. В мае этого года мы ездили на финал Лиги чемпионов "Манчестер" – "Челси" в Москву. Шева нашел мне билеты в VIP–ложу. Когда я приехал, то выяснилось, что у Сацюка тоже есть билет в эту ложу. Решили ехать вместе одной машиной. И тут волею судьбы я стал свидетелем одной сцены.

Представьте – огромная стоянка для VIP–гостей. Подъезжают два автомобиля и останавливаются друг возле друга. Из одной выходит Сацюк, из другой – Червоненко. Они обнялись как старые друзья!

– Почему Сацюк получил российское гражданство? Политолог Стас Белковский говорит, что Сацюк получил российское гражданство в обмен на компромат против украинских властей.

– Не думаю. Володя (Сацюк) в жизни на такое не пойдет!

Все, что происходит вокруг дела отравления – это не комедия, а трагедия. В самом начале даже Жвания не верил, что за мной идет слежка. Говорит: "Кому нужен водитель?". Я говорю: "Давид, поверь мне. Вот номера машин, которые за мной ездят". Мне просто вымотали нервы! Я думаю: "Вот сейчас закончится, сейчас закончится". Проходит год, два, три, ничего не меняется.

Я много раз говорил на допросах и в прокуратуре, и в СБУ: "Зачем вы тратите столько денег на слежку? Посадите ко мне кого–то одного в машину, пусть ездит со мной как охрана, а не следом".

Вообще я помешан на футболе, и вот однажды в 2007 году я встретил Шевченко в аэропорту. Я заметил, что очень много машин за мной ездят.

Мама у него лежала в больнице на окружной дороге. Мы поехали туда и решили сократить путь. А там нужно на бордюр переехать, иначе никак. Смотрю, какое–то "Дэу" застряло, не может переехать. Я говорю: "Андрюша, по–моему, это за мной". Он говорит: "Не волнуйся, все нормально, если что – я с тобой везде пойду".

Проведали маму, потом пошли в ресторан, за нами опять увязалось это "Дэу". При въезде в ресторан стоит шлагбаум. Нас пропустили, а сзади это "Дэу" – уже нет.

Или другой случай. Как–то я поехал в Одессу на футбольный матч сборной Украины. Так спецслужбы меня по всей трассе сопровождали, и при этом очень бесились. Ведь какие у них автомобили? В лучшем случае – "Дэу", а в самом лучшим – "Шкода".

В Одессе до начала футбольного матча я зашел в ресторан. Это вообще уникальный случай! Тут же заходит как будто влюбленная пара и садится за соседний столик. А на столик кладут огромный телефон с антенной, направленной на меня. И сидят так полтора часа. Девушка взяла стакан воды и кофе…

После футбола я сажусь в машину, чтобы ехать на Киев. Но я знаю, что в аэропорту Андрюшу Шевченко ждет самолет, который должен улететь в Англию. Я уже с ним попрощался, и поехал на трассу. Мы заезжаем к заправке – смотрю, сзади подъезжает "Жигули", останавливается чуть дальше и не заправляется. Я решил поприкалываться и говорю товарищу: "Пойди спроси тех, кто сидит в этих "Жигулях", как отсюда проехать в аэропорт".

Когда он подошел к машине, эти двое, что следили за нами в ресторане, начали как будто бы страстно обниматься. Мой товарищ их спрашивает: "Как проехать в аэропорт?". У этой парочки глаза выросли на лоб: "Как аэропорт? Почему аэропорт?".

В итоге, доехали мы до Киева, они четко сопроводили нас прямо до дома.

Мне обидней всего, когда я вспоминаю 2004 год. Я был абсолютно аполитичный человек, просто Давид был моим близким другом. Позвал меня посмотреть первое выступление Ющенко на Певчем поле. Я пришел. Вокруг – тьма народу! Я тогда подумал: может, правда, что–то в этой стране изменится…



powered by lun.ua
Головне на Українській правді