Александр Дугин, европейский фашизм и Витренко. Что общего?

143 просмотра
Андреас Умланд, для УП
Пятница, 20 июля 2007, 12:00

В начале июня 2007 г. поводом очередного скандала в дипломатических отношениях между Украиной и России стала депортация из санкт-петербургского аэропорта "Пулково" советника президента Украины академика Николая Жулинского, который прилетел в северную столицу России, чтобы посетить могилу брата, но не прошел паспортный контроль и был отправлен российскими пограничниками обратно в Украину.

Хотя и не официально провозглашенной, но все же явной причиной этой внезапной акции российских властей было задержание несколько дней до этого украинскими пограничниками российского политолога и лидера Международного "Евразийского движения" (МЕД) Александра Дугина (1962 г. р.) в Симферополе.

Дугин прилетел в Крым, чтобы принять участие в фестивале "Великое русское слово". Однако, он не был выпущен из аэропорта и отправлен обратно в Москву в связи с тем, что он с 2006 г. до 2011 г. является персоной нон грата в Украине.

Хотя украинские власти не дают официальных объяснений для включения той или иной персоной в список не желаемых на территории Украины, можно предположить, что в случае Дугина эта мера связана с тем, что Дугин в 2006 г. в очередной раз поставил под вопрос суверенитет и целостность украинского государства.

На пресс-конференции в июле 2006 г. он, например, предложил "размежевание Украины" как единственное решение для ее различных проблем.

Это было относительно мягким повторением его ранних высказываний, в которых он, к примеру, в 4-ом издании своего влиятельного учебника "Основы геополитики" 2000 г., отрицал "геополитический смысл" украинского государства и заявил о необходимости "ничем не ограниченного контроля Москвы" над украинским (как и абхазским) побережьем Черного моря.

Помимо такого рода специфически украинских причин критического отношения к Дугину, для всякого наблюдателя интеллектуальной и политической жизни России возникает ряд вопросов в отношении необычных дугинских идей о сегодняшнем мире и истории человечества.

В первую очередь это касается оценки Дугиным европейского фашизма межвоенного времени в своих разных политических памфлетах, которые были опубликованы в его собственном издательстве "Арктогея" (Северная страна) в девяностых годах и до сих пор презентуются на различных вебсайтах его движения.

Первая и, возможно, самая важная программная статья Дугина "Великая война континентов" была написана в промежутке между февралем 1991 г. и январем 1992 г., впервые опубликована в ведущем национал-патриотическом еженедельнике "День" в 1992 г. и перепечатана в 1993 и 2005 гг. в двух изданиях книги "Конспирология".

В этой статье Дугин представляет свою теорию заговора в развитии человечества согласно которой ход мировой истории со времен античности определялся борьбой двух тайных орденов "атлантистов" и "евразийцев", которые уже столетиями находятся в состоянии "оккультной пунической войны".

Внутри "евразийского" лагеря, главным современным идеологом которого сам себя представляет Дугин, в первой половине ХХ столетия существовали "красные" и "белые евразийцы", причем последние в Европе были близки немецкому национализму: "...мы находим представителей этого (евразийского) Ордена в Абвере (нацистская контрразведка), а позже в иностранных секторах СС и СД (Sicherheitsdienst: служба безопасности, подразделение СС). Особенно СД, чей шеф Гейдрих был сам убежденным евразийцем, отчего он и пал жертвой интриги атлантиста Канариса".

Абсурдная статья также утверждает, что КГБ являлся агентурой "атлантистов" (т.е., видимо, США). Статья заканчивается словами: "Уже бьет решающий Час Евразии... Уже близится к последней точке Великая война континентов".

Другая программная статья Дугина "Левый национализм" 1992 г. представляет собой пространную апологию русского фашизма. В ней "неоевразиец" уверяет читателя: "Фашизм — это Третий Путь…".

Фашизм не имеет ничего общего с крайним национализмом, с неким национал-радикализмом на грани шовинизма и расовой ненависти. Хотя расистский и даже шовинистический аспект присутствовал в германском национал-социализме, отнюдь не он определял сущность идеологии.

Итальянский фашизм, к примеру, не имел никакого расистского или антисемитского элемента, утверждая в центре своей доктрины "этатизм”, ценность государства". Далее Дугин пишет, что "эксцессы этой идеологии в Германии – дело исключительно немцев и их национальной специфики", тогда как "русский фашизм — ... это сочетание естественного национального консерватизма и страстного желания истинных перемен".

Несмотря на то, что в этой статье и других своих публикациях, Дугин дистанцируется от нацизма, формулировки некоторых из его, по крайней мере, ранних текстов близки идеям НСДАП.

Здесь имеются в виду даже не разные дугинские попытки найти конструктивные течения в нацизме, когда он, например, утверждает что "Ваффен-СС, и особенно научный сектор этой организации "Аненербе", "Наследие Предков" являлись "в рамках национал-социалистического режима … интеллектуальным оазисом".

Дугин иногда попросту копировал терминологию и стилистику нацистской идеологии. В написанной в 1990 и вышедшей в 1993 году книге "Гиперборейская теория" Дугин, к примеру, пишет: "Этой книгой мы кладем начало "ариософии" в русско-язычном контексте".

Как бы трагично низок ни был сегодня интеллектуально-духовный статус нашей нации, благодаря жестокому террору анти-нордических элементов "сверху" в последнее десятилетие и многовековому генетическому растворению в расовом бассейне гондванических народов, автохтонов по отношению к славянам-ариям, пришедшим на "неарийский" палео-азиатский субстрат, т.е. благодаря разложению "снизу" - там, где есть хотя бы капля арийской крови (которая, кстати, может прийти и не через славян, а через тюркские, кавказские и, естественно, европейские народы), есть шанс расового пробуждение, "воскрешение арийского примордиального сознания".

Следует отметить, что Дугин, напоминая чем-то модифицированный метафизический расизм Альфреда Розенберга или Юлиуса Эволы, уточняет, что "арий, в сущности, определяется не столько биологией, сколько той метафизической миссией, отражением которой во "плоти" является сама его биология. Арийская раса Субъекта – это раса нордических воинов-священников".

Но все же, противопоставленный арийцу "человек-зверь – это не только не-человек (как обычные звери), это анти-человек... Если сущность Человека-Объекта, конечно же, нечеловечна, то есть объективна или анти-субъектна, его внешние признаки имитируют человеческий тип в его основных чертах. Человеко-зверь имитирует мысль и слово".

С некоторыми изменениями эти строки могли бы вполне пройти как официальные заявления ряда ведущих идеологов того режима, который господствовал в Германии с 1933 по 1945 гг.

Более того, несмотря на осуждение немецкого фашизма во многих своих заявлениях, в других статьях Дугин признавал в завуалированной форме, что Третий Рейх выполняет образцово-показательную функцию для его собственных идейных построений.

В первом номере своего журнала "Элементы: евразийское обозрение" 1992 г. и в своем сборнике статей "Консервативная Революция" 1994 г. он признает себя сторонником вышеупомянутого "Третьего Пути" и заявляет: "Итальянский фашизм в его ранние периоды, а также во время существования Итальянской Социальной Республики на севере Италии (Республика Сало) (созданной Вермахтом), почти целиком основывался на принципах Консервативной Революции.

Но наиболее полным и тотальным воплощением (хотя надо признать, что и не самым ортодоксальным) Третьего Пути был германский национал-социализм." В другой программной статье "Метафизика национал-большевизма", впервые опубликованной на русском языке в 1996 году в тех же "Элементах", Дугин утверждает: "По ту сторону "правых" и "левых", единая и неделимая Революция, в диалектической триаде – "Третий Рим – Третий Райх – Третий Интернационал".

То, что эти заявления имели и практическое значение для его политической деятельности, иллюстрирует, например, участие Дугина в попытке создать объединенный фронт некоторых московских экстремистских группировок под названием "Революционная Оппозиция" в июне 1994 г.

Среди подписантов декларации этого, в конечном счете, несостоявшегося объединения был, помимо Дугина и других радикалов, уже тогда небезызвестный Александр Баркашов, лидер пресловутого Русского Национального Единства – организации, которая имела свастику и римский салют среди своих символов, тем самым откровенно имитируя нацистское движение.

В том же году Дугин объявил в упомянутой статье "Левый национализм", что "баркашовцы продемонстрировали на деле свою преданность русской нации и (в октябре 1993 г.) с оружием в руках доказали на чьей стороне русский национал-социализм в критический, переломный момент".

Вопреки таким, казалось бы, однозначным откровениям, Дугин, неоднократно, как, например, в интервью от 1996 г., переведенном на английский язык, категорически отрицал, что он "фашист".

Это само по себе не удивительно, принимая во внимание негативную коннотацию понятия "фашизм" в России и в послевоенном мире вообще. Однако поразительно, что Дугин в том же интервью признавался, что ему "нравится” ранний итальянский фашизм, и что он не стыдится "об этом сказать вслух". Он добавляет, что он находит ранний немецкий национал-социализм "интересным".

Дугин определяет себя в этом интервью, как и во многих других высказываниях, как "консервативного революционера" и "национал-большевика".

В статье "Фашизм – безграничный и красный", опубликованной в 1997 году в интернет-версии его книги "Тамплиеры пролетариата", Дугин предсказывает возникновение в России "подлинного, настоящего, радикально революционного и последовательного, фашистского фашизма".

При этом он уточняет, что было бы "совершенно неправомочно называть фашизм "крайне правой" идеологией. Это явление гораздо точнее характеризуется парадоксальной формулой "Консервативная Революция" – то есть тем самым термином, с помощью которого Дугин неоднократно определял собственную идеологию и программу своего "неоевразийского" движения.

Несмотря на то, что Дугин в связи со своим вхождением в политический истеблишмент с 1998 г. избегает подобных недвусмысленных профашистских заявлений, до сих пор можно найти процитированные здесь и подобные им высказывания на интернет-сайтах Дугина.

На некоторых авторов, которые были временно связаны с Третьим Рейхом, но неизвестны в этом качестве или незнаемы вообще в России, как например, немецкий юрист Карл Шмитт, бельгийский "национал-большевик" Жан Тириар или фризский оккултист Герман Вирт, Дугин ссылается до сих пор открыто и с одобрением.

В 2006 году он упомянул как примеры для подражания двух некогда важных функционеров НСДАП Отто и Грегора Штрассеров. Дугин представил братья Штрассеры как "антигитлеровское направление левых националистов, которые были за союз с Россией и против Гитлера".

Нужно, однако, добавить, что Штрассеры играли значительную роль в создании нацистского движения в 1920-х годах и были приверженцами Гитлера до их исключения из НСДАП в 1930-м и 1932-м гг. соответственно.

В их кружке "левых" нацистов вырос Йозеф Геббельс, который начал свою карьеру в НСДАП как личный секретарь Грегора Штрассера (и однажды провозгласил Ленина "национальным освободителем" России). Идеи и образы Штрассеров сегодня играют немаловажную роль для "национал-революционного" направления в немецком неонацизме.

То, что это недавнее интервью Дугина может считаться адекватным изложением его сегодняшних взглядов подтверждается тем, что оно было полностью воспроизведено на официальном сайте его Международного "Евразийского движения".

Все это могло бы считаться мелкими подробностями. Однако, в Высшем Совете дугинского МЕД числятся Министр культуры России Александр Соколов, вице-спикер Совета Федерации РФ Александр Торшин, советник президента России Асламбек Аслаханов и другие российские общественные фигуры, как и различные дипломаты, журналисты, ученые из СНГ и несколько маргинальных публицистов из дальнего зарубежья.

Украину в ВС МЕД представляют коммунист Леонид Грач, а также председатели "Братства" Дмитрий Корчинский и Прогрессивной социалистической партии Украины доктор экономических наук Наталия Витренко.

Если присутствие Корчинского в МЕД в виду своеобразной политической биографии бывшего лидера УНА-УНСО мало удивляет, то вхождение Витренко в МЕД вызывает изумление. Ведь лидер ПСПУ в течение уже многих лет профилирует себя как неустанный борец против фашизма.

Витренко в последние годы успела обозвать "фашистами" или "нацистами" большую часть украинской политической и интеллектуальной элиты, не в последнюю очередь президента Ющенко.

В последнее время риторика Витренко, к тому же, провозглашает себя патриоткой Украины, хотя отношение ее близкого соратника Александра Дугина к украинскому государству, как выше указано, не отличается большой симпатией.

При этом нельзя сбрасывать факт присутствия Витренко в перечни ВС МЕД как случайность: в последние месяцы ПСПУ и МЕД все активнее сотрудничают друг с другом посредством интенсивного союзничества между их молодежными организациями – Молодой Гвардии ПСПУ и Евразийского Союза Молодежи, которые в июне 2006 г. подписали соглашение о создании совместного Молодёжного АнтиНАТОвского Фронта. Фамилия Витренко регулярно упоминается на сайтах МЕД и ЕСМ.

Хотелось бы услышать мнение доктора Витренко, как и других перечисленных российских и украинских соратников Дугина на предмет того, что они думают по поводу "оккультной пунической войны", "славян-ариев", "убежденного евразийца" Рейнхарда Гейдриха, "интеллектуального оазиса" в Ваффен-СС и прочих "интересных" аспектах развития нацизма.

Андреас Умланд – к.и.н., лектор Институтов международных отношений и филологии Киевского национального университета им. Тараса Шевченко и редактор книжной серий "Советская и постсоветская политика и общество".

Перевод с немецкого: Елена Сивуда



powered by lun.ua
След Зеленского
Как построить персональный бренд: план действий от Ярославы Гресь
"Украинский Иерусалим". Перевернутый Иисус, "Вий" и подземелья в Седневе
Группа KAZKA: Мы замахнулись на то, что у нас в Украине еще не делали
Все публикации