Обыкновенный легитимизм

Суббота, 6 июня 2020, 05:30
коллаж: Андрей Калистратенко

В свое время будущий президент Украины появился на большом экране в пародийном образе Наполеона.

Многие и сейчас видят облеченного властью Зеленского в незримой карикатурной треуголке. Что ж, пародией на Бонапарта стать нетрудно, особенно если тебе противостоит пародия на роялистов, которые ничего не забыли и ничему не научились.

Спустя год с небольшим главными оппонентами Зе по-прежнему считаются побежденные в ходе последней президентской кампании.

Тянущие за собой груз переживаний, обид и психологических травм из 2019-го. Начавшие борьбу с Владимиром Александровичем раньше других и не намеренные уступать оппозиционные лавры никому.

Политически активных украинцев, живущих прошлогодним проигрышем, трудно назвать "демократической оппозицией": они открыто клеймят гнилую демократию и всеобщее избирательное право, приведшее к власти клоуна.

Более того, эту часть общества не назовешь и "националистической оппозицией": с ее же слов следует, что нации в Украине нет, а есть безнадежное сборище идиотов и малороссов.

Проигравший, но не сдавшийся лагерь можно окрестить разве что "легитимистской оппозицией" – по аналогии с аристократами XIX века, поддерживавшими старшую линию Бурбонов и ее законное право управлять Францией.  

Читайте также: Исполнитель желаний

Легитимист не нуждается ни в народе, ни в нации: он самодостаточен в отстаивании своих принципов. Легитимист не гонится за симпатиями толпы: он апеллирует не к воле сограждан, а к высшей исторической правоте.

Легитимист не намерен искать в прискорбных событиях 1789-го или 2019-го какую-то объективную логику: что возьмешь с темного взбунтовавшегося сброда?

Легитимисту важно пребывание в числе избранных и лучших – обладателей дворянского титула или гордой аватарки "25%".

Легитимиста отталкивает сама мысль о заискивании перед чернью, о необходимости считаться с ее настроениями и вкусами.

Легитимист не рассматривает понесенное поражение как собственную проблему. С его точки зрения, проблема в стране, расплачивающейся за временное умопомрачение и крушение прежнего порядка.

Разумеется, возникает вопрос о возможности отыграться и победить с подобными убеждениями. Во Франции XIX столетия легитимистам дважды представлялся такой шанс.

Правда, в первый раз реставрация стала результатом иностранного военного вмешательства – на что сторонники прежней украинской власти надеяться не могут.

Зато второй случай заслуживает внимания. Речь идет о ситуации, когда обстоятельства складываются идеально, когда конкуренты опозорены и деморализованы, а победа сама идет в руки.

Не все знают, что в 1870-х Франция должна была стать не республикой, а конституционной монархией британского типа.

После проигранной войны с Пруссией, ужасов Парижской коммуны и дискредитации альтернативных политических проектов такое решение казалось оптимальным.

Престол был предложен отпрыску династии Бурбонов – проживавшему в эмиграции графу Шамбору, которого легитимисты и ранее считали королем Генрихом V.

Теперь его кандидатура ситуативно устраивала практически всех. Дело шло к коронации.

И тут будущий король встал в позу: потребовал заменить трехцветный французский флаг на белоснежное знамя Бурбонов, усеянное золотыми лилиями.

Уже тогда это выглядело абсолютно неуместным приветом из прошлого. Графу Шамбору попытались втолковать, что население этого просто не поймет.

Были спешно придуманы компромиссные варианты. Кто-то предлагал разместить посередине триколора королевский герб с лилиями.

Кто-то советовал оставить трехцветное знамя в качестве национального, а белое сделать личным штандартом монарха.

Читайте также: Левиафан на карантине

Однако лидер легитимистов был непреклонен и ни на какие компромиссы не соглашался: "Генрих V не может отказаться от белого флага Генриха IV. Он развевался над моей колыбелью, и я хочу, чтобы он осенял и мою могилу!"

В конце концов стало ясно, что претендент на французский престол недоговороспособен. Идею конституционной монархии пришлось отбросить. С перевесом в один голос Национальное собрание Франции проголосовало за республиканскую форму правления...

В современном украинском обществе есть собственный аналог белого флага с золотыми лилиями. Такой же сакральный символ, почитаемый активным меньшинством, но совершенно неприемлемый для остальной страны.

Причем у нашего белоснежного знамени имеются фамилия, имя и отчество: Петр Алексеевич Порошенко.

Очевидно, что с колоссальным антирейтингом пятого президента уже ничего не поделаешь.

Не суть важно, заслужил ли ПАП массовую нелюбовь или пострадал безвинно: важно то, что по факту Украина его отвергает.

И, консолидируясь вокруг Петра Алексеевича, проигравшие патриоты запирают себя в политическом гетто.

Можно долго рассуждать о несостоятельности Зеленского, об угрозе пророссийского реванша, о необходимости восстановить диалог между перессорившимися частями Евромайдана и прийти к перезагрузке общества.

Однако диалога без компромиссов не бывает, а компромисс вынуждает чем-то жертвовать. Притом о каких-то серьезных мировоззренческих уступках речь пока не идет.

Нет, для начала нужно пожертвовать хотя бы одной политической фигурой, априори отталкивающей возможных союзников и потенциальных избирателей. Это пусть и недостаточное, но необходимое условие для продвижения вперед.

Но даже такая жертва представляется проигравшему лагерю недопустимой – как некогда графу Шамбору.

На втором году Зе-президентства по-прежнему неизвестно, куда заведет страну дилетантское руководство.

Зато уже понятно, чем чревата оппозиционная ставка на доморощенный легитимизм.

Это тупик, в котором желаемое выдается за действительное. Это попытка объяснить свою косность принципиальностью, отрыв от страны – собственным превосходством, а провальную коммуникацию – чужим несовершенством.

Это история о том, как ранее влиятельная сила может шаг за шагом выродиться в маргинальную политическую секту. В конце концов несгибаемые французские легитимисты существуют и сегодня, являя собой гротескный, но поучительный пример.

Никто не мешает выстраивать собственную альтернативную реальность, где действительное совпадает с желаемым. Где с настроениями презираемых масс можно вообще не считаться.

Где Петр Порошенко остается подлинным президентом Украины, а Зеленский выступает жалким самозванцем. Но стоит учесть, что в такой же альтернативной реальности нынешнюю Францию возглавляет не узурпатор Макрон, а Луис Альфонсо Бурбон – он же легитимный монарх Людовик ХХ.

И если вы слышите о нем впервые, то с точки зрения легитимистов это не его, а исключительно ваша проблема.

Михаил Дубинянский



powered by lun.ua
Главное на Украинской правде