Всемирная паутина vs Железный занавес. Как в Украине 30 лет назад возник интернет

Понедельник, 28 сентября 2020, 05:30
Коллаж: Андрей Калистратенко

Солнечным декабрьским днем, 19 числа 1990 года, в офис кооператива программистов "Демос" на улице Пятницкая в Москве зашли трое гостей из столицы тогда еще УССР. В их глазах читалось ожидание чуда, и они в итоге его получили.

Возглавлял делегацию 32-летний Юрий Янковский, начальник сектора Межотраслевого Центра технологий программирования "Технософт". За этим длинным названием скрывалась организация, созданная на базе легендарного Института кибернетики в Киеве. 

Центр разрабатывал программное обеспечение. В основном для военных целей. Но обслуживать оборонку Янковскому и его коллегам оставалось недолго. В конце 1990-го он приехал в Москву к тем, кто смог подключиться к международной компьютерной сети, выйдя на связь с одним из университетов Финляндии. 

Годовой доступ к малопонятной и дивной вселенной обошелся "Технософту" в 20 000 советских рублей. 

Вместо двух авто, которые можно было купить за эти деньги, киевские кибернетики получили возможность обмениваться данными с миром. Через изрядно проржавевший "железный занавес". На смехотворной скорости в 2,5 килобит в секунду.

Почти сразу после развала СССР Юрий Янковский уехал в США – плести всемирную паутину там. Третий десяток лет он живет в штате Вирджиния, прилетая в Киев к сыну.

Осенью 2020 года, во время одного из приездов в Украину, 62-летний айтишник согласился встретиться с журналистами УП.

Как из генсека Черненко сделали автора первого советского e-mail, чем украинский интернет отличается от российского, каким было первое интернет-порно и сможет ли человечество прожить без web – УП публикует воспоминания Юрия Янковского.

Афган и груз 200 вместо hi-tech

Появление Юрия Янковского в центре Киева ажиотажа не вызывает. Его не знают в лицо, автографов не просят и сделать селфи тоже. 

Он спокойно говорит, не обращая внимания на камеру, прогуливаясь по Майдану и Крещатику.

От многих людей Юрия выделяет только частая улыбка – сказываются почти 30 лет жизни в США.

– Я був нормальний совок, як і всі, – вспоминает с иронией свое доамериканское прошлое Янковский.

Он родился в 1958-м, в Козятине. Школу закончил в Конотопе. В детстве бредил идеей стать моряком, хотел поступить в Одесское инженерно-морское училище. Но что-то пошло не так.

– Туди треба було здавати документи на місяць пізніше інших вузів, – рассказывает он. – І я почав вести розгульне життя: випивали, танці, все таке.

Мені батьки сказали "Все, гулянка закінчилася! Поїхали до Києва вступати". Ну, ми сіли в електричку.

Отец хотел, чтобы Юрий учился в КИСИ, но сын сумел настоять на политехе.

– Я дуже вдало вибрав факультет автоматизації, – улыбается он. – Це був один з перших факультетів КПІ, де почали викладати програмування та теорію систем. 

Так вийшло, що я не попав на стаціонар, і потрібно було знайти роботу. Спочатку працював маляром. Але вже весною – оператором в обчислювальному центрі, де вперше побачив комп'ютер Мінськ-32. Величезна конструкція!

 
Янковский: "Первые модемы стоили по 200 долларов, тогда как мне предлагали купить квартиру на бульваре Дружбы народов за тысячу-полторы"
Фото: Эльдар Сарахман

– Мінськ-32 був реально крутим на той час (его выпускали с 1969 по 1975 год – УП), – продолжает Юрий Янковский. – Але аж до 90-х мови про персональні обчислювальні машини в СРСР фактично не йшло. У нас були тільки оці великі шафи ЄС-ЕВМ, СМ-2, СМ-4.

Пока на Западе в 70-х развивали локальные и международные компьютерные сети, в Союзе старались идти в ногу с прогрессом. Но, как говорит Янковский, в итоге Кремль "выступил по полной программе". 

В 1979-м СССР ввязался в войну в Афганистане, потеряв, только по официальным данным, 15 000 военных. В 1983-м сбил корейский Boeing 747 над Сахалином, погубив 269 невинных душ.

В коллективном сознании Запада закрепилось определение, брошенное Рональдом Рейганом в адрес Кремля, – "империя зла".

В 1980-х Москва, столкнувшись с жесткими санкциями, потянула за собой в научное болото 15 республик. Все, что касалось hi-tech, не могло попасть за железный занавес. 

В США и Европе в это время появлялось революционное информпространство, без всяких границ и цензуры – интернет. 

 
Янковский: "В СССР были сильные инженеры-кибернетики, но в 80-х стали делать ставку на копирование западных технологий, а не развитие собственных"

В Союзе с упоением продолжали ловить яйца в карманной игре "Электроника", слизанной с разработок компании Nintendo.

– Загальна ситуація у нас була така: самостійно розвивали технології військового напрямку, а цивільні розробки брали у західних країн, вивозили за допомогою спецслужб та починали процесс копіювання, – передает дух эпохи Янковский.

1984. Оруэлл и e-mail советского генсека

Весной 1984 года молодое мировое интернет-сообщество всколыхнула сенсационная новость "империя зла" вошла в сеть Usenet.

На одном из форумов появилось письмо, подписанное тогдашним генсеком СССР Константином Черненко. 

Адрес компьютера, с которого его прислали chernenko@kremvax.UUCP. 

Аббревиатура "kremvaх" знающими людьми читалась легко: Kremlin (Кремль) + VAX (32-битная компьютерная архитектура).

 
Константин Черненко стал героем одного из первых в истории сетевых фейков
Фото: Дмитрий Бальтерманц

Написанная специально с тяжелым русским акцентом, на ломанном английском языке, весточка от Черненко была примерно следующей: 

"Привет всем! Наконец-то Союз Советских Социалистических Республик подключился к Usenet. Одна из причин, по которой мы здесь, – возможность открытых дискуссий с народами США и Европы для мирного сосуществования.

Мы наслышаны, что у многих людей в этой сети сильны антирусские взгляды. Но мы верим, что они попросту дезориентированы своими лидерами. Особенно американской администрацией, которая бредит войной и доминированием в мире. Мы надеемся разъяснить наши намерения и идеи.

Давайте же откроем водку и выпьем за наш вход в Usenet. NA ZDAROVJE!".

Несмотря на то, что письмо пришло 1 апреля, да еще и в год, в котором страдают и любят герои оруэлловской антиутопии "1984", некоторые поверили в реальность советского e-mail. Его даже обсуждали в Пентагоне как пример удачной информационной атаки.

В действительности автором фейкового послания был голландец Пит Беертема.

– Ух ты! реагировали на его шутку люди.

– Ну и дела! Это по-настоящему?

– Означает ли это, что Unix оказалась за железным занавесом?

– Убирайся из нашей сети!

Но переживали западные юзеры зря. Советский человек оставит свой первый след во всемирной сети только через шесть лет, в 1990-м. И киевляне тоже.

Это станет возможным благодаря коллективной работе. Но волей случая в историю войдут отдельные люди, среди которых окажется и Юрий Янковский.

Мир. Дружба. Жвачка. Компьютер

Вера советского человека в могущество отечественной науки пошатнулась в перестроечных 1987-1988 годах, когда в крупных городах СССР по сознанию обывателей катком прошла выставка "Информатика в жизни США". 

Уязвленные уровнем развития технологий в Штатах, партийные и КГБшные наблюдатели назвали пропагандистским мероприятие, на которое люди выстраивались в очереди, как в Мавзолей. 

Кто-то бил в набат, говорил об идеологической, информационной диверсии Вашингтона. И был, в принципе, прав. К перечню вещей и явлений, разваливших Союз, наряду с джазом, рок-н-роллом, джинсами и жвачкой можно добавить и выставку "Информатика в жизни США".

 
Во время перестройки стала очевидна технологическая пропасть между бытом в СССР и на Западе 

Делегированные научные комментаторы умничали: ничего удивительного американцы на ней, в общем-то, не показали. Но шокированные лица посетителей говорили об обратном. Уже тогда звучало странное слово "онлайн".

– Це була бомба, це був прорив, – делится впечатлениями от той выставки Юрий Янковский. Люди вперше побачили, що можна мати персональний компьютер. І він дуже крутий, ти можеш його використовувати для різних цікавих речей. 

Хоч я і був в сфері IT, але таке широке уявлення про сучасні комп’ютери та мережі серед нас було майже відсутнє.

В 80-х Юрий Янковский с коллегами работал над кросс-системами, которые использовали для разработки программ военных компьютеров на подводных лодках. Они вычисляли координаты субмарины для навигации и запуска баллистических ракет.

– Ті комп’ютери були досить примітивні, прості, програмувались нуликами та одиничками – машинними кодами. Ми розробляли системи, які дозволяли суттєво спростити розробку програм для військових ЕОМ. 

То була вже мова програмування, яка дозволяла зробити software швидко та якісно, рассказывает Янковский.

Он выполнял заказы Минсредмаша, имел спецдопуск к секретной информации и запрет на выезд в капиталистические страны. Вся корреспонденция с Западом проходила через Первый отдел КГБ.

В Украине времен СССР была довольно сильная научная база, но многие идеи оставались на уровне теории. В жизнь воплощали то, что нужно было военным, чтобы грозить "ядерной дубиной" США.

Перший комп’ютер в континентальній Європі створили в Києві, в Феофанії, напоминает Янковский. В Києві відкрили Інститут кібернетики під керівництвом крутого академика Глушкова. Він розробляв теорію алгоритмів та математичних моделей комп'ютерів. 

Був ще Інститут автоматики. Але все йшло у напрямок оборонки. Ніхто не думав про персональних користувачів. Навіть обчислювальних центрів було дуже мало.

В то время, как DARPA, агентство Минобороны США, корпело над разработкой нового типа связи, Виктор Глушков продвигал проект ОГАС Общегосударственную автоматизированную систему, которая бы объединила все сферы "народного хозяйства" в разных городах. Но проект так и остался на бумаге. 

По сути, компьютерные технологии во времена СССР были игрушкой военных и партийных боссов.

– У мене реально "упала челюсть", коли десь у 1985 році я попав до одного обчислювального центру в Москві, – вспоминает Янковский, у которого дома на тот момент не было ничего, кроме калькулятора. Він розташовувався в церкві. Був настільки упакований західною технікою!

– Там я вперше побачив Macintosh з мишкою, – продолжает он.А чого вони мали таку техніку? Дуже просто: батько директора центру був членом ЦК КПСС. І для свого сина створив таку богемну штучку.

Ми туди приїхали з моїм босом, Ігорем Вельбицьким. Він подивився та сказав: "Юра, ти не хвилюйся. Їх напакували технологіями, але вони тупо не знають, що з ними робити".

Первый абонент и МММ

Жизнь Юрия Янковского и всей Украины изменится в конце 1990 года. Хотя тогда этого никто не осознавал.

– Якось ми потихеньку крутилися, – так описывает он общую для страны ситуацию. – Вже почався процес розпаду СРСР. Закривали військові проекти, наш Центр втрачав фінансування. Все було погано. Ми думали, що робити далі.

Досить випадково мені сказали, що є дуже цікава штука. Треба поїхати в Ленінград, подивитися. Мы відправили Сашу Нібита.

Через несколько дней он вернулся с круглыми глазами. Сказал, что увидел нечто потрясающее: подвал с бронедверью, за которой все заставлено модемами.

– Це було якесь чудо. Все щось мерехтить. Сидить там хлопець, Ігор Чечик, який включився в світову мережу. Але він сказав нам, що корені проекта – в Москві, в кооперативі "Демос", десь там, на П’ятницькій, – рассказывает Янковский.

Тогда Юрий с киевскими коллегами и поехал в Москву, где 19 декабря 1990 года "Технософт" получил первый украинский аккаунт в международной сети.

– "Демос" дуже відрізнявся від офісів совкових інженерів, справляв круте враження на той час,– вспоминает он. – Там було відчуття свободи та цікавої роботи. Інженери виглядали трохи не від світу цього, занурені повністю у щось нове.

У них там була просунута телефонна система, кімнати заставлені технікою, модемами. Була кухня для чаю і розмов, з відiком, який крутив стрічку "Back to the Future"

 
По легенде интернет появился в СССР так: московские программисты из кооператива "Демос" случайно познакомились с компьютерщиком из университета Хельсинки, который открыл им доступ в сеть

Ударив по рукам, киевляне и москвичи подписали контракт: годовая абонплата за пользование сетью обошлась "Технософту" в 20 000 рублей. В то время как месячная зарплата Янковского была 300-400.

– Враження було якесь абсолютно нереальне, – говорит он. – Ми побачили круті технології, які тоді не дуже розуміли. Вирішили займатися цим в Києві.

С собой из Москвы компьютерщики привезли несколько модемов.

– У нас були великі проблеми, тому що ми працювали в операційній системі VMS, від Digital Equipment Corporation. А ця вся штука працювала на UNIX.

Ми потратили десь три місяці на те, щоб роздуплитися, як воно все прикручується та працює. Як відправити електронну пошту, як прочитати новини, – смеется сегодня айтишник.

На вопрос, помнит ли он свой первый e-mail, Янковский разводит руками: "По-перше, треба було зрозуміти, що і кому писати. В тебе є твоя електронна адреса. Але про тебе ніхто не знає, і ти нікого не знаєш".

Первыми скачанными файлами Юрия были тексты RFC.

Свои 20 000, потраченные на аккаунт, полученный в Москве, "Технософт" отбил быстро.

– Спочатку у нас був "абонентський пульт", а потім ми його переробили на провайдерський, – поясняет Юрий. – Додали вхідних телефонних ліній, розгорнули невеличку таку систему з кількох комп’ютерів.

Ми вже запустили першого абонента українського інтернету. Це був Раєнко, керівник одного з відділень в Інституті кібернетики. У нього був проект розробки software чи то для Швейцарії, чи то для Швеції.

Йому реально потрібен був той зв’язок, щоб передавати частини коду, отримувати зауваження й таке інше. Він заплатив нам теж 20 000. У нас пішло все, як піраміда МММ трошки (улыбается).

Порно в буквах и цифрах

По словам Юрия, киевский "Технософт" подсоединился к сети, когда домен "ua" еще не был зарегистрирован. Почта приходила через узел "ussr.eu.net".

В сохранившихся записях, в так называемых "routing" (маршрутизации) навечно вбито: "TechnoSoft. Yuri Yankovski. 44 prospekt akad. Glushkova, SU-252207 Kiev, Ukraine, USSR".

– Ми випередили "Софтпанораму" Ігора Свірідова (еще одна киевская фирма – УП) і телефонну станцію KTTS з Харкова тільки на місяць, – скромничает Янковский.

Удивительно, но к моменту распада СССР в Украине уже были десятки абонентов, подключенных к интернет. Это могли себе позволить предприятия и крупные организации. 

 
Свой первый в жизни компьютер Юрия Янковский увидел в 70-х, когда приехал учиться в Киев
Фото: Эльдар Сарахман

Интернет был прежде всего новым и быстрым способом связи, который использовали в бизнесовых и научных интересах. 

В среде специалистов это имело эффект разорвавшейся бомбы. Но тогда мало кто догадывался, насколько прочно и скоро вся планета будет зависима от сети.

– Уявіть собі Київ, 90 рік, – возвращает Янковский в прошлое. – Щоб відправити факс за кордон, треба зв’язатись з телефонною станцією, замовити розмову, чекати декілька годин. Потім вам дають три хвилини, щоб відправити сторінку тексту.

А коли ми включилися в ту систему, вона дозволяла доставити електронну пошту за 15 хвилин, – продолжает он. – Плюс можно було отримувати електронні новини, поділені на групи: політика, технології, спорт. 

Це був Usenet ще в довебівську епоху, ніяких сайтів не було. Інформація в основному текстова. Багато груп, модератори. Писали всі, хто хотів і що хотів: суперечки, обговорення якихось цікавих ідей.

Было в сети кое-что и погорячее.

– Давайте будемо чесними – порнографія завжди була в інтернеті, – улыбается Янковский. – Фото раніше теж були, але це дуже прикольна історія. 

Наприклад, якась порно-картинка займала 1 мегабайт. Як запхати її в мережу, яка працює зі швидкістю 2,5 кілобіт в секунду? Це неможливо. 

Картинку декодували в буквочки і цифрочки. Це виглядало, як якийсь незрозумілий текст. "Розрізалось" на невеличкі шматочки. Бажаючі могли їх повитягати, зібрати спеціальною програмою в один файл, перекодувати в графічний формат.

 
Янковский: "В 1995-м, до появления Skype, я сделал телефонный коммутатор, подключенный к интернету. Но народ еще не очень втыкал, что это такое"

– Але давайте скажемо прямо, що зараз порно вже не таке цікаве явище, як це було за часів Радянського Союзу, де "не було сексу". Основне використання інтернету – спілкування, інформація та сервіси, – иронизирует Янковский.

Российский контроль и украинская анархия

Оглядываясь назад, Юрий Янковский немного иначе смотрит на первые советские шаги в интернете, чем это принято в распространенной версии.

С одной стороны – бесспорно талантливые инженеры-энтузиасты из Москвы, которые смогли установить компьютерную связь с одним из университетов Хельсинки. С другой – КГБ/ФСБ, которая почти сразу взяло под свое крыло новый канал информации.

 
Советские вычислительные машины занимали много места, работали на науку и оборонку

Янковский подозревает, что администратор в Финляндии открыл для советских компьютерщиков из "Демоса" аккаунт в сети в 1990-м не просто так. Возможно, его заставили это сделать сотрудники КГБ. Возможно, подкупили.

– В мене немає документальних доказів, але думаю, що КДБ з самого початку "вела" інтернет, в Москві та Ленінграді, – говорит Янковский. – "Прогресорська" частина КДБ дуже швижко зрозуміла, що це за явище та наскільки воно буде масовим.

Вже в 1994 році мережа "Релком" вибухнула – там було близько 300 000 абонентів. Росія тоді навіть випередила за цим показником деякі країни.

Айтишник подчеркивает: украинская модель развития интернета была совсем другой.

– Вона абсолютна анархічна з самого початку, – поясняет он. – Ми випадково знайшли щось цікаве – о, давайте будемо займатися. 

І у нас одразу втілювалась децентралізована концепція iнтернет: "три українця – два гетьмана". Коли немає єдиного центру керування, а є добровільне об’єднання Автономних Систем (АС), кожна з яких адмініструється незалежно.

 
Янковский: "В Штатах я попал на бум развития интернета. У меня зарплата росла в три раза каждые два года"

По словам Янковского, в Украине государство заинтересовалось интернетом аж через несколько лет после его появления.

– У 1997 році я приїхав на першу інтернет-конференцію в Україні, – вспоминает он. – Тоді я вже декілька років працював в США. Там були абсолютно вільні технічні конференції з патлатими чуваками в джинсах. Думав, що в Україні так само буде.

Я був в шоці: побачив держслужбовців, СБУ, які пробували зрозуміти, що таке інтернет, що з ним робити, як далі жити.

 
Первый домашний компьютер у Янковского появился после переезда в США, когда ему было за тридцать

Сегодня, по оценке Юрия Янковского, украинская сеть по уровню свободы близка к американской модели. 

– В умовах інформаційних війн я не бачу великої проблеми в тому, що блокують "Одноклассники" з російською пропагандою і контролем від ФСБ та іншу фігню. Є також реальні загрози для кібербезпеки. Вже були атаки на енергетичні мережі та банки України, – отмечает он.

– Російський інтернет не є вільним, – продолжает айтишник. – Найгірша ситуація – це Китай, де його використовують не тільки для того, щоб блокувати інформацію. Але й для активного моніторингу людей – хто надійний, хто ненадійний. А потім, використовуючи ці дані, можуть, наприклад, не взяти на роботу.

РФ проводить активну політику не тільки моніторингу, а й сегментації інтернету на "суверенные интернеты" з можливостями повного відокремлення від глобальної мережі. Цим через міжнародні організації займається Діма Бурков (айтишник, близкий Кремлю – УП).

Обычный американский миллионер

Осенью 2020 года, встретившись с журналистами УП, Юрий Янковский соглашается проехать на Теремки, в Институт кибернетики.

Незнакомца в главный корпус охранник не пускает. Юрий понимающе улыбается. Интересуется, что написано на стенде, стоящем дальше в вестибюле. Но ответа не получает.

 
В 2000 году в Украине было 200 000 интернет-пользователей. Теперь цифра постепенно приближается к 30 миллионам
Фото: Эльдар Сарахман

Компьютерщик предлагает обойти неприступный корпус, чтобы показать небольшое одноэтажное здание, в котором находился его офис.

По пути останавливается у двух ржавых скелетов "Волги" и "РАФика".

– Це, мабуть авто, на яких керівники інституту їздили, – смеется он.

У самого Юрия автомобиля до отъезда в США не было. Говорит, жилось советскому программисту непросто. Когда он только устроился в Институт кибернетики, получал в начале 80-х 130 рублей. Приходилось подрабатывать маляром, как и во время учебы в КПИ.

 
В 1991-м абоненты платили "Технософту" 20 000 рублей в год. Но эти огромные деньги быстро съела инфляция 
Фото: Эльдар Сарахман

Через год после подключения к сети в 90-м, у Янковского с коллегами были 30-40 абонентов, которые выкладывали огромные деньги. Но тогда миллионерами ни Юрий, ни его товарищи не стали. Развал СССР, гиперинфляция и хаос подтолкнули в итоге Янковского к американским берегам.

Его знания, умения и энтузиазм пригодились в США, где он работал в разных компаниях, поднявших интернет до нынешних высот. В частности, в его послужном списке проекты в телекоммуникационном гиганте Sprint.

– Коли з сім’єю переїхали до Америки, то за півроку-рік виконали радянську програму життя – купили будинок і нові автомобілі, рассказывает он.

– Там мільйонером вже стали? – интересуется репортер УП.

– Ми десь три рази святкували, що ми мільйонери. Шампанське відкривали з жінкою. Але кожного разу або це було падіння ринку потужне, як у 2000 році, або щось не доробив. 

Я такий нормальний мільйонер, звичайний, трудовий, американський. Я не став супермільйонером, – отвечает он.

Лучшее в 20 веке

В небольшое здание на территории Института кибернетики, где раньше находился "Технософт", Юрия Янковского все же пропускают. 

Проведя короткие переговоры с пожилой женщиной-вахтером и двумя сотрудниками одной из частных фирм, вышедших на перекур, он направляется в последнюю, угловую комнату в конце коридора. Сейчас там другая фирма, которая тоже занимается коммуникациями.

– Я тут востаннє був років 20 тому, – открывает Юрий дверь. – Тут сиділа наша група, десь десятеро. Бачу, вікна тільки ті ж самі залишилися.

 
В этом здании Янковский и коллеги с "Технософта" в конце 1990-го постигали азы интернета
Фото: Эльдар Сарахман

В свои 62 года Янковский не похож на человека, который застрял в прошлом. 

Ностальгируя за сумасшедшими 90-ми, когда произошел интернет-взрыв, в 2010-м Юрий сменил чисто телекоммуникационный бизнес на нечто другое.

– Новою крутою темою для мене став Smart grid, – рассказывает он. – Я хотів ще раз пережити причетність до технічної революції, яка змінює цивілізацію. Все ж таки енергетика сьогодні – найбільший інфраструктурний проєкт. Років 10 я займаюся телекомунікаціями, але в сегменті енергетики. За цим – майбутнє.

Сегодня, спустя 30 лет после первого подсоединения к сети, Юрий признается: "В мене "internet addiction" (интернет-зависимость – УП)". Я досить багато часу проводжу в Facebook, у всяких таких фішечках".

Но злом интернет Янковский не считает.

– Так, є, наприклад Darknet, – размышляет он. – Так, в мережі може бути якась чорна сторона. Є фейки, фальшивий контент. Просто треба якось регулювати це. 

Забезпечити приватність в інтернеті неможливо. Але я хочу знати, хто має інформацію про мене, хто активно цікавиться: кримінал, податкова чи поліція?

Я не уявляю, як зараз можна жити без інтернету, – продолжает айтишник. – Якщо його в одну секунду не стане, це вже буде катастрофа. Особливо зараз, під час ковіду, коли компанії переходять на работу працівників з дому.

Уявіть, що в один момент втрачаються не тільки інформаційні потоки, дані, а й бізнес-зв’язки, спілкування.

 
Юрий Янковский надеется, что в скором будущем интернет будет абсолютно бесплатным для пользователей
Фото: Эльдар Сарахман

На вопрос, можно ли считать интернет лучшим изобретением человечества в 20 веке, Юрий Янковский без раздумий отвечает: "Абсолютно. Навіть немає питань. Це те, що змінило світ, як хайвеї або рок-н-рол, але ще більше".

– Маєте якусь мрію? – спрашиваем его на прощание.

– Я перехожу в той вік, коли вже треба зменшувати швидкість. На кілобіти назад. Мрія яка? Щоб я знайшов і зрозумів, чим мені займатися далі. Щоб було цікаво. Щоб життя було насиченим. І щоб воно не залежало від сторонніх факторів, від держави та іншого.

***

Через несколько дней после встречи, словно предвидя, каким может быть заголовок в "Украинской правде", Юрий Янковский напишет в Facebook Messenger:

"Ну, я ніяк не "тато українського інтернету"! Все сталося хоча і закономірно, але досить випадково. Зірки зійшлись. Завдяки приватним ініціативам різних людей та загальному руху до нового, відкритого інформсуспільства".

Евгений Руденко, Эльдар Сарахман, коллажи  Андрей Калистратенко, УП

Чому вам варто приєднатися до Клубу УП?
Євген Руденко, журналіст УП
Правда – це не завжди наші з вами переконання, якими б порядним та шляхетними вони не були. Щоб знайти правду, треба вміти чути не тільки себе, а й інших. В пошуках правди журналісти УП виходять за межі затишних столичних офісів , сторінок соцмереж та власного світогляду. Ми багато їздимо країною, щоб відповісти на питання: "Яка вона, справжня Україна? Чого ми прагнемо та що робимо не так?". Підтримуйте Клуб УП, якщо вважаєте, що це важливо.


powered by lun.ua
Главное на Украинской правде