Пристань сбитых летчиков: почему нужно проверять добросовестность будущих адвокатов
Украинская адвокатура уже не раз "брала под своё крыло" уволенных должностных лиц из органов правопорядка или судей, в частности, замешанных в коррупции или других недобросовестных практиках.
Вспомним, например, Виталия Марфина, адвокатское объединение которого внесло 14 миллионов гривен залога за Андрея Ермака. Ранее он работал в СБУ, откуда его со скандалом уволили после получения взятки в размере 180 тысяч долларов. В конце 2013 года Марфин получил обвинительный приговор, а вот в 2015 году без проблем стал адвокатом.
В шаге от получения статуса адвоката (сдал адвокатский экзамен) находился и уже покойный экс-депутат Илья Кива, которого обвиняли в государственной измене. Или же бывший заместитель военного прокурора Дмитрий Борзых, который фигурировал в расследовании о незаконном обогащении и декларировании недостоверной информации.
После увольнения из прокуратуры Борзих создал адвокатское объединение, которое НАБУ и САП разоблачили в схеме незаконного доступа к закрытой части реестра судебных решений, что приводило к утечке информации и срыву расследований по делам о коррупции на высшем уровне.
И это лишь несколько примеров. Такие истории возможны из-за пробела в правилах доступа к адвокатской профессии: кандидатов проверяют на знание права, но не оценивают их репутацию и соответствие этическим стандартам профессии. В результате адвокатами могут становиться люди, которых ранее уволили с должностей из-за недобросовестного поведения. Формально они сдают экзамен и получают свидетельство. Фактически — сохраняют старые связи, практики, но уже в новом статусе.
Почему добросовестность адвоката важна?
Европейский Союз на протяжении многих лет обращает внимание Украины на необходимость реформы адвокатуры. В частности, существует требование решить проблему допуска к адвокатской профессии. В свою очередь, Национальная ассоциация адвокатов Украины (НААУ) настаивает, что действующий закон соответствует европейским стандартам. А председатель НААУ Лидия Изовитова "провозгласила" его самым современным законом об адвокатуре в Европе.
Если украинское законодательство действительно является одним из лучших в Европе, это должно быть видно не по громким заявлениям, а по сравнению с правилами, действующими в устоявшихся демократиях. Фонд DEJURE изучил, как этот вопрос урегулирован в других демократических государствах — Канаде, США, Латвии, Литве, Нидерландах и Швеции.
Глубинные интервью с представителями профессии из этих стран доказывают — проверка добросовестности и репутации кандидатов является неотъемлемой составляющей допуска к адвокатуре. Хотя модели проверки добросовестности различаются, аргументы о том, почему добросовестность адвокатов настолько важна, схожи.
- Хорошая репутация — это доверие к профессии
"Безупречность — это ядро адвокатской профессии". Репутация адвоката побуждает клиента верить, что он действует в его интересах.
"Суть в том, что у адвоката есть две вещи. Первая — это знания, а вторая — репутация. Но репутация является самой важной", — говорит представитель Ассоциации адвокатов Литвы.
Знания можно подтянуть, а восстановить запятнанную репутацию очень сложно. Если один адвокат замешан в недобросовестных практиках или совершении преступления, это бросает тень на всю профессию. Люди не привыкли разбираться, кто хороший, а кто плохой адвокат. Поэтому такие случаи наносят ущерб адвокатуре как институту.
- Адвокаты часто являются источником проникновения коррупции в сферу правосудия
"Я убежден, что адвокаты являются основой для коррупции. Представим, вы хотите заплатить судье за положительное решение по своему делу. Кто будет платить судье? Сам клиент? Не смешите меня! Это всегда будет адвокат", — рассказывает респондент из Нидерландов.
В крупнейших украинских скандалах, связанных с коррупцией среди судей, были замешаны адвокаты: от дела о взятке в размере 2,7 млн долларов главе и судьям Верховного Суда до плёнок из кабинета Павла Вовка и массового уклонения от мобилизации мужчинами благодаря незаконным решениям суда. А недавно Высший антикоррупционный суд вынес обвинительный приговор адвокату, который пытался в интересах клиента дать взятку в размере 200 тысяч долларов прокурорам САП.
Поэтому высокие стандарты добросовестности одновременно являются и антикоррупционным предохранителем в сфере правосудия.
- Добросовестность как условие независимости
Неспособность адвокатского самоуправления гарантировать надлежащие стандарты профессионального поведения может стать основанием для законодателей пересмотреть пределы его автономии:
"Самоуправление — это привилегия. И если адвокатская профессия неспособна добросовестно управлять собой, то почему у неё должна оставаться независимость?", — адвокат из Канады.
Респондент из Литвы же добавил, что у них требования к добропорядочности кандидатов до недавнего времени были более мягкими. Но Ассоциация адвокатов инициировала ужесточение этих требований в отношении коррупционных преступлений. Более того, Ассоциация даже убеждала Министерство юстиции внести соответствующий законопроект. Такая инициатива Ассоциации — это яркое проявление её ответственности и заинтересованности в сохранении доверия общества к профессии. Органы самоуправления самостоятельно заметили проблему и предложили её решение.
Репутационный фильтр: как работает допуск к адвокатуре в других странах
В практике исследуемых стран принимаются во внимание любые факты из профессиональной, общественной или частной жизни кандидата, которые ставят под сомнение его репутацию. Речь идет о широкой оценке добропорядочности, а не просто о формальной проверке по перечню оснований.
В Латвии и Литве в законе прописаны достаточно подробные и четкие обстоятельства, препятствующие доступу к адвокатской деятельности. Они связаны с уголовной ответственностью, а также дисциплинарными нарушениями или увольнением с предыдущих должностей, в частности судьи, прокурора или сотрудника правоохранительных органов.
Учитываются вопросы национальной безопасности. Так, в Латвии кандидатке было отказано из-за вероятных связей с Россией. Формально она вела активную общественную деятельность. Однако в ходе проверки Совет адвокатов установил, что её деятельность была связана с защитой прав русскоязычного национального меньшинства и прав русского языка. На международной арене она представляла Латвию как страну, нарушающую права русскоязычного национального меньшинства.
Совет адвокатов отметил, что формально деятельность кандидатки не нарушает закон, но имеет признаки соответствия российской идеологии и российской политике в отношении так называемых "соотечественников".
Украинская практика также могла бы перенять этот опыт. В условиях войны с Россией важно проводить такие же проверки: не действует ли тот или иной адвокат или кандидат в адвокаты в интересах России. У нас были не единичные случаи, когда представители профессии перешли на сторону России или их подозревали в сотрудничестве с российскими спецслужбами. Впрочем, руководство НААУ уже более 10 лет не решает вопрос о лишении адвокатских свидетельств лиц, действующих в интересах России, объясняя это тем, что он "неактуален" и якобы для этого не хватает доказательной базы.
Отдельный совместный инструмент — это период "ожидания" для получения статуса адвоката после определенных нарушений или увольнения с должности. Это четко определенный период времени, в течение которого человек даже не может подать свою кандидатуру, если с предыдущего места работы его уволили за проступок. Играет роль также и само нарушение — некоторые из них могут навсегда перечеркнуть кандидату путь в профессию.
В Украине же таких ограничений нет. В своё время из судьи в адвокаты "молниеносно" переквалифицировался Артур Емельянов — уволен за схему принятия незаконных судебных решений и вмешательство в работу других судей. Он получил разрешение на адвокатскую практику менее чем за год.
Большинство проанализированных стран публикует имена лиц, желающих стать адвокатами, и любой желающий может прислать соответствующую информацию о них. Также ассоциации адвокатов собирают отзывы профессионального сообщества для этической оценки кандидатов. Если кандидат скрыл определенную информацию о своём прошлом или пытался ввести в заблуждение орган, осуществляющий проверку, — это серьёзное основание для отказа в допуске к профессии.
Реформа адвокатуры должна начинаться с правил доступа к профессии
Проверка добросовестности кандидатов в адвокаты должна стать составной частью реформы адвокатуры. Это также предусмотрено в обоих проектах Антикоррупционной стратегии, зарегистрированных в Верховной Раде.
Нам не обязательно применять только зарубежный опыт. В Украине уже существуют механизмы проверки добросовестности кандидатов на должности судей и прокуроров. Конечно, в случае с адвокатурой речь не идет о столь же тщательной проверке, но необходимо учитывать предыдущую общественную и профессиональную деятельность кандидата, а также то, были ли у него серьезные правонарушения.
В законе необходимо расширить перечень обстоятельств, которые навсегда исключают или откладывают на определенное время допуск к адвокатской профессии.
Также важно ввести обязательную анкету для кандидатов относительно наличия обстоятельств, которые могут поставить под сомнение их соответствие критериям добропорядочности или хорошей репутации. Это должны быть вопросы, касающиеся привлечения кандидата к уголовной ответственности или освобождения от неё, уведомления о подозрении или обвинении, а также привлечения к дисциплинарной или административной ответственности в связи с его профессиональной деятельностью, связи кандидата и его родственников с Россией.
Чтобы проверка добропорядочности или репутации кандидатов была максимально эффективной, важно предусмотреть возможность для любого лица направлять информацию о кандидатах. Соответственно, органы, осуществляющие допуск к адвокатской профессии, могут оценивать такую информацию: касается ли она кандидата и влияет ли на оценку его соответствия высоким этическим требованиям адвокатской профессии.
Такая проверка не ограничивает адвокатуру, а наоборот — помогает ей сохранить профессиональную автономию, доверие общества и может стать эффективным антикоррупционным предохранителем в сфере правосудия.
Ярослав Кузишин, адвокатский менеджер Фонда DEJURE
Анастасия Кокалко, коммуникационный менеджер Фонда DEJURE