В "деле Александрова" появляются "мертвые души"

Суббота, 13 апреля 2002, 15:28
"Бомжу" Юрию Вередюку, который обвиняется прокуратурой в убийстве славянского тележурналиста Игоря Александрова, не везет с адвокатами. Первый его защитник, госпожа Зима, отличилась тем, что не присутствовала ни на одном следственном действии, чем дала повод к своему отводу и затягиванию судебного процесса. Второй адвокат – господин Коваленко – еще более своеобразен: он – один из немногих посвященных в "дело", кто уверен в виновности... своего подзащитного. По крайней мере, так он утверждает.

12 апреля, с целью прояснить обстоятельства оформления генеральной доверенности на автомобиль ВАЗ-2108 (именно это транспортное средство фигурирует в деле как плата Вередюку за убийство – правда, "бомж" почему-то пожелал оформить его не на себя, а на "кума"), адвокат Коваленко заявил в суде ходатайство: мол, пригласите свидетеля – краматорского нотариуса Светлану Фридрихсон.

Доблестная прокуратура, расследовавшая убийство Александрова почти полгода, именно эту женщину назвала в качестве специалиста, зарегистрировавшего 21 августа 2001 года упомянутый автомобиль. По крайней мере, так записано в деле. Поскольку остальные "автомобильные" свидетели – граждане Шевченко А., Шишкевич М., Савмыков П. (хозяева машины) – и сам Вередюк до неприличия запутались в датах и обстоятельствах сделки, вызов госпожи Фридрихсон в суд действительно выглядел бы логично.

Если бы не одно "но". Светлана Дмитриевна никак не могла оформлять сделку. Во-первых, она не была нотариусом первой городской Государственной нотариальной конторы (как это сказано в деле), а работала частным нотариусом.

Во-вторых, госпожа Фридрихсон скоропостижно скончалась 25 мая 2001 года. Об этом сообщила, в частности, краматорская газета "Восточный проект", опубликовав некролог. Иными словами, нотариус, которому следователи приписали оформление сделки, во время самой сделки уже три месяца лежала в могиле.

Признаться, после того, как общественность познакомилась с дичайшей фальсификацией расследования "дела Гонгадзе", осуществленной Генеральной прокуратурой, было трудно вообразить себе что-то более дикое.

Однако история с мертвым нотариусом грозит побить прежние "достижения". Спрашивается, какие еще нужны доказательства того, что убийство Александрова не расследовалось, а цинично стряпалось? Кто еще не убежден в том, что прокуратура не выяснением истины занималась, а держала всех украинцев "за козлов" и заметала следы настоящих убийц?



powered by lun.ua