Как Генпрокуратура и суд отмечали годовщину рождения Георгия Гонгадзе

Пятница, 24 мая 2002, 11:58
В свое время на сайте "Майдан" посетителей встречала виртуальная Фемида - грузное бабище с подлой мордой и полными весами долларов. Украинская богиня правосудия может иметь и ухоженное, припудренное личико судьи Юлии Иваненко, но от этого ее животная сущность ничуть не меняется.

В четверг бывший Старокиевский, а ныне - Печерский суд г. Киева рассматривал иск Леси Гонгадзе к Генпрокуратуре, которую мама пропавшего журналиста обвиняет в преступной бездеятельности. Действие началось с адресованного журналистам требования Юлии Иваненко выключить телекамеры и иную аппаратуру. При посредничестве стороны защиты, в конечном счете, сошлись на компромиссе: снимать можно всех и вся, но только не судью.

Не любят наши судьи, когда им в душу заглядывает глаз телекамеры, и точка. Чтобы дальше не муссировать вопрос о том, "можно или низзя" брать на телемушку "их честь", предлагаю одеть каждого судью в паранджу. Во-первых, выйдет очень стильное дополнение к их балахонистым мантиям. Во-вторых, любая Юльчатай Иваненко, спрятав свое зеркало души, будет чувствовать себя намного удобнее, объявляя принятое решение, каким бы жестоким или несправедливым оно бы не было.

А суть вчерашнего постановления заключалась в том, что маме Георгия придется возвращаться во Львов ни с чем. Рассмотрение дела отложено из-за того, что Генпрокуратура не прислала своего "чрезвычайного и уполномоченного" представителя. Правда, в зале сидела какая-то дамочка, якобы - от Генеральной, но когда адвокаты заметили, что, мол, не грех было бы назвать мадам по имени-фамилии, если она, естественно, не для красоты, а представляет сторону, с которой судятся, Иваненко ответила, что это лицо не имеет при себе соответствующих документов, а следовательно, и полномочий.

Вот те раз, собиралась прокурорша на суд, помаду в сумочку положила, а бумажки не захватила. "Неужели Генеральная прокуратура не знает, как нужно оформлять представительство в суде"? - риторически вопрошал адвокат Андрей Федур. Через якобы прокурорское невежество дело быстро свернули до 28-го мая, и обе судебные леди - Юлия Иваненко и безымянная и бездокументная представительница ГПУ поспешно покинули помещение.

А в логове Фемиды осталась растерянная, с красными от слез глазами Леся Гонгадзе. Напоследок она пыталась что-то сказать Иваненко, позвала ее "Госпожа судья… ", но та только хлопнула дверями с такой силой, что рисковала свалить на головы присутствующих потолок.

Пани Леся плакала и говорила, что 28-го она, возможно, не сможет купить себе билет, ведь свою последнюю пенсию - 95 гривен - она уже потратила на эту поездку. Но даже и этого не хватало, пришлось влезать в долги.

Стоит ли говорить, что это ничуть не огорчило судью? А также Генпрокуратуру? И, конечно, бывшего прокуратора иудейского, то есть, извините, всеукраинского, а сейчас красного депутата Михаила Потебенько? Все эти ответственные лица были наверно взращены из пробирок, потому что представить их маленькими, трогательными детишками возле мамы, которую бы они любили, жалели, защищали от плохих взрослых дядей, просто невозможно.

Итак, следующая встреча в суде по делу "Леся Гонгадзе против Генеральной прокуратуры" состоится в понедельник. Но абсолютно очевидно, что представлять в судебном зале ответчика Потебенько или - в случае полного поглощения его парламентскими делами кого-то близкого к "телу" могут только безнадежные мечтатели.

powered by lun.ua