Спасительный процент для инвалидов политреформы

Четверг, 11 марта 2004, 12:25
Пятничное голосование за первое чтение закона о выборах народных депутатов (262 голоса "за", "против" – только семь, часть мажоритарщиков-большевиков, "Наша Украина" и БЮТ высказали протест, вынув карточки) – это только прелюдия. К большому и трагическому спектаклю под названием "выборы по-украински".

Кое-кто считает решение депутатов победой сил, которые стремятся к прозрачности политических процессов и выборов в частности. Другие радуются, что убран первый опасный камешек из-под колеса политической реформы им. Кучмы. Третьи полезли рукой в пачку с долларами и, оглядываясь, пересчитывают – хватит ли их, чтобы попасть в Верховную Раду при условии снижения избирательного "порога" до 3 процентов. Et cetera.

Юлия Тимошенко в присущей ей непримиримой манере заявила, что закон о пропорциональных выборах – это "банальная взятка, предложенная оппозиционным силам как гарантия поддержки ими антиконституционного переворота". Мол, это можно сравнить по аморальности с тем, что вам дают государственную дачу, служебную машину и отдых на Канарах, а вы только не критикуйте Кучму.

Виктор Ющенко сказал, что фракция не будет поддерживать свой же проект (руховец Юрий Ключковский является членом "Нашей Украины"), поскольку уменьшение избирательного порога – "вещь принципиальная". Все это так.

Но самое главное в другом – нельзя иметь дело с человеком, который хочет тебя надуть. Тем более, едва ли правильно поступать так, как это делает один из лучших политигроков Александр Мороз, – по-фундаменталистски стоять за некоторые совершенно технические вещи (парламентская или президентская модель, избирательная модель и т.п.), отдавая диктатору право потом заявить – мы работали над законом вместе с оппозицией: "Мы пахали, я и трактор..."

Как подсчитал Сергей Рахманин из "Зеркала недели", только в 2001 году Леонид Кучма пять (!) раз накладывал вето на принятые парламентом законы о выборах, которые как раз и предусматривали модель, заложенную в дискутируемом "законе Рудьковского-Ключковского".

Причем, однажды проект закона было поддержан аж 335 голосами (то есть конституционным большинством), и это не помешало гаранту наших с вами прав и свобод остановить избирательный поезд административно-армейским – "стой, раз-два!".

Итак, иллюзии о том, что президент в одно замечательное утро проснется, подумает, что он еще не сделал для Украины, и подпишет закон о выборах в его нынешней редакции – это только иллюзия. Во-первых, еще придется повоевать за текст закона, за все те "запятые" и "титлы", без которых документ – это лишь "протокол о намерениях".

Принципиальный Кучма

Леонид Кучма – как та старая дева. Долго не хотел и слышать об "этом". Потом не с теми. Потом не там. И не тогда, и желательно без огласки...

Эта, согласен, не очень удачная аллегория является очень сильно сокращенным вариантом описания пути пока что действующего президента Украины к осознанию необходимости пропорциональной избирательной системы. Можно привести десятки цитат глава государства, где бы он с характерным директорским юмором высказывал свою как всегда принципиальную позицию: "Ну, что это за партии – я, жена и собака!". Смешно, правда? Тем более, если учесть, что у Леонида Даниловича как раз полный комплект – есть и жена, и собака.

Помимо всего прочего, у Леонида Даниловича есть много политических партий. Те, которые представлены в Верховной Раде, и те, которые проиграли последние выборы. И те, которые, как консервы, ждут своего часа в реестре Министерства юстиции. Одним словом, ему как настоящему отцу нации есть о ком заботиться. Ведь он, как маленький принц Антуана де Сент-Экзюпери, явно "отвечает" за тех, кого приручил.

Одна из подброшенных пацанами от политреформы идей последнего времени – проведение чисто пропорциональных выборов. На первый взгляд, это даже выглядит как компромисс с оппозицией, ведь все ее составные (хоть в формате ныне почившей "четверки", хоть "тройки") просто-таки требуют партийных выборов.

А на самом деле, речь идет о новой спецоперации по отвлечению внимания политически активных граждан на проблему вообще "техническую". Ведь никак не может судьба страны зависеть от таких второстепенных вообще вещей, как вид избирательной системы и тем более – порог, через который партии должны перепрыгнуть, чтобы попасть в парламент.

Избирательный порог – это на самом деле самый обычный "дуршлаг", который отделяет вещь полезную от воды. Иначе говоря, популярные партии от маловлиятельных субъектов политической жизни или тех, кто не смог предложить избирателю приемлемой программы.

Кому нужна "единица"?

Украинскому человеку выгодно иметь такие политические партии, которые бы действовали на основе общепризнанных идеологий (от коммунистической до националистической), которые бы не создавались под тактические прихоти нуворишей, которые бы не голосовали в парламенте вопреки предвыборным обещаниям.

Стране выгодно существование политических партий как составляющих гражданского общества, независимых от коррумпированных финансово-промышленных групп, вооруженных идеями и программами, а не кошельками.

Государству выгодно существование небольшого количества мощных политических партий, которые бы соревновались за места в центральных и местных органах власти, конкурировали между собою в публичной сфере, а не за кулисами, и воспитывали кадры для работы на всех фронтах – от сельсовета до президентской должности.

Лично Леониду Кучме выгодны такие партии и такая избирательная система, которая бы обеспечила реализацию целого ряда планов:

А) Дискредитация самой идеи партийного представительства, как это уже сделано в России и Беларуси.

Б) Продолжение полномочий действующего президента и легитимизация этого путем выборов.

В) Обеспечение относительного, а в идеале – абсолютного конституционного большинства для получения так называемых "гарантий" новым составом Верховной Рады (это в случае невозможность реализовать пункт "А" и "Б").

Ради достижения цели прокучмовское большинство попыталось протянуть "типа пропорциональный", а на самом деле супермажоритарный проект. Это когда бы народ продолжал избирать в округах "крутых" из околоБанковых кругов, формально выдвинутых "от партий". Этот так называемый вариант Гавриша.

Оппозиция отвергла этот законопроект. Не понравился он и большинству одномандатников. Во-первых, какой им резон присягать столичным партайгеносе, когда у них и так "все схвачено" – и главы райадминистраций, и милиционеры, и рептильные газеты-районки, и бедная, и поэтому абсолютно не тщеславная, местечковая интеллигенция?

И, во-вторых, никакой гарантии нет, что из Киева в последний момент не спустят на прикормленный тобой округ какую-то более нужную кандидатуру...

И тогда господа-большевики Губский, Шуфрич, Шаров и Задорожний запустили в парламент идею о снижении порога с четырех до одного. Мол, это учтет интересы большинства политических сил. Это напоминает ситуацию со снятием Виктора Ющенко.

Помните, как мудрагели, близкие к канцелярии им. Кучмы, не скрывая, говорили, что успешного премьера сняли лишь за то, что он "не смог договориться с парламентскими фракциями". Значит, что не партии парламентско-правительственной коалиции строят стабильную политическую систему, а государство гарантирует политическим силам прокучмовского направления прохождение в парламент-2006. Почти как в анекдоте, "хоть чучелом, хоть тушкой".

Делается это якобы для того, чтобы задобрить мажоритарников. На первый взгляд, это логично – так как им есть что терять. По крайней мере – родной, "озолоченный" округ. Средний мажоритарник вкладывает в него больше, чем заботливый мещанин в свои 6 соток огорода. Газификация, компьютерные классы, благотворительные фонды, новогодние подарки и елки в областных центрах, а то и у "самого президента" – характерные признаки работы с избирателями по-украински.

Богатым мажоритарникам не выгодна партизация избирательного процесса в принципе. "Сделал дело", то есть вбросил сумму от полмиллиона до миллиона в сельский округ – и четыре года "гуляй смело". Большинство депутатов "от народа" так и делают. И только некоторые весь срок "гладят" избирателей, не давая возможности забыть его фамилию и добрые дела. Так как хотят переизбраться, не рассчитывая на такие мелочи, как нюансы избирательного законодательства.

И, слава Богу, немало политиков из всех частей спектра своевременно поняли, что идея низкого порога работает на дискредитацию самой идеи "ответственной власти". Одно дело создать правительство из представителей 6-8 партий и блоков (хотя и это, как видим, нелегко), другое дело – удовлетворить экономические и кадровые аппетиты по меньшей мере чертовой дюжины политсубъектов.

И тогда – снова как компромисс – появляются следующие две идеи: или уменьшить "барьер" на тот самый один процент (до 3%) или ввести две ставки – низкую для партий и высокую для блоков.

Мысли тех, кто понимает

На протяжении нескольких недель я старательно выписывал из прессы аргументы политических сил и политологов "за" и "против" относительно "порогов". И вот что из этого вышло.

Влиятельный член большинства Олег Зарубинский (НДП) считает, что 1-процентный "барьер" может привести к чрезвычайной фрагментации Верховной Рады – "в любом случае, договариваться станет намного сложнее, чем сейчас". Депутат подсчитал, что для того, чтобы пройти в парламент, достаточно будет набрать всего 300 тысяч голосов.

Можно предположить, что от своего шанса создать законодательное лобби не откажутся амбициозные главы областных администраций, мэры городов-миллионников, руководители финансово-промышленных групп, не представленных в ВР отдельными фракциями и группами и т.п. То есть, вся работа по структуризации политикума пойдет псу под хвост.

Политолог Ульяна Кириенко из Института глобальных стратегий справедливо отметила, что главной задачей для верхушки маленьких партий, которые с легкой руки нынешних нардепов смогут попасть в парламент, будет не столько законотворчество, сколько выживание на парламентской площадке.

При этом политолог считает приемлемым, по крайней мере как компромисс и эксперимент, снизить электоральный барьер до 2% и сохранить смешанную мажоритарно-пропорциональную систему (с увеличением части "пропорционалки" до 75%).

Министр юстиции Олесь Лавринович считает наилучший избирательный порог "не меньшим 7"%. Меньше, по словам бывшего инженера избирательных побед НРУ и и.о. главы ЦИК, "не имеет смысла".

Национальный институт стратегических исследований тоже не стоял в стороне от важной политпроблемы и организовал специальный "круглый стол". Участники разошлись во мнениях. Владимир Малинкович отметил, что однопроцентный порог приведет к появлению в Верховной Раде сотни депутатов, свободных от любой фракционной дисциплины (так называемое "парламентское болото"). Близкой точки зрения придерживается Алексей Гарань, директор Школы политической аналитики НаУКМА, – это "катастрофа", так как приведет к нестабильности в парламенте.

Как приверженцы низкого "барьера" манифестируют себя советник главы АП Михаил Погребинский и первый заместитель директора Национального института проблем международной безопасности Анатолий Гуцал. Последний считает, что пусть в парламент попадает сколько угодно партий, а уже там под куполом они ищут "консенсус".

Слово это иностранного происхождения, означает "согласие", но в украинских реалиях – означает: торг за кресла и экономические бенефисы от власти.

Известный политтехнолог Виктор Небоженко раскладывает все по полочкам – "4-процентный проходной барьер – это очень тяжело, но хорошо. Если будет 5% – мы вырастим мастодонта из двух-трех партий-коалиций, которые будут договариваться, и это будет большая проблема. 3% – это в определенной мере откат в 1991 год.

Но с новыми условиями, где появится великое множество оригиналов, демагогов. Это означает вырастить новую одноразовую элиту. 1% – это ужасно... это конвейер, золотое дно для любого доморощенного профессора, который в любом городе будет выращивать эту "однопроцентную" партию. А вообще – это удар по многопартийности, доведение ее до абсурда".

Политолог Владимир Фесенко (центр "Пента") называет этот спасательный для кучмистов процент "откатом" и даже "взяткой". По его мнению, кроме подачки мажоритарникам в законопроект заложена и опасная политическая технология, целью которой является воспрепятствовать формированию и дальнейшей трансформации больших избирательных блоков в мощные политические партии. Можно сделать вывод, что в случае реализации идеи Кучма с приспешниками пойдет, а кучмизм-медведчукизм будут жить.

***

Главнейший плюс пропорциональной системы – возможность представить в парламенте спектр политических интересов граждан. Политологи признают, что главнейшим негативом таких выборов становится их "безличность".

Человек в самом деле отдает голос не конкретному кандидату, а партии или блоку. И именно поэтому удивительно, что депутаты не упоминают о системе региональных списков (Валерий Асадчев из "Нашей Украины" внес на днях подобный законопроект), а также о нескольких моделях с так называемыми "открытыми списками".

Это когда избиратель не просто ставит галочку за определенную политическую силу, но и отмечает (еще одной галочкой, например) конкретного политика из списка. Таким образом, популярный и активный кандидат в депутаты, который значится в списке где-то под... стонадцатым номером может получить мандат, а, условно говоря, член политбюро под престижным № 5 может в Верховную Раду и не попасть.

P.S.

Извлечение из стенограммы заседания Верховной Рады от 5 марта, когда голосовался в первом чтении закон о выборах

Виктор Терен, Блок Юлии Тимошенко: "... чем выше проходной барьер, тем более авторитетные партии и блоки победят на выборах, и четче будет структуризация парламента, однозначно.

Скажите, пожалуйста, почему вопреки этой очевидной истине вы [фракция СПУ] априори соглашаетесь на снижение проходного барьера с четырех процентов до трех? Дело в том, что судьба конституционной реформы зависит по сути от фракции, от того, поддержит она эти изменения или не поддержит. А если так, то почему бы вам и вашим коллегам твердо не стоять до конца на четырех процентах?"

Николай Рудьковский, СПУ: "... если вы говорите о процентах, то разницы для политической структуризации – или 3%, или 4%, или 5% – нет. Разница есть между 1% и 5%. А я вам говорю как представителю Блока Юлии Тимошенко: мы, социалисты, на переговорах и на согласительном совете, на комиссии отстаиваем ваши в первую очередь интересы, когда говорим, что только один барьер – 3% для партий и для блоков. Это то, что вы просите. А вы меня еще дрессируете на трибуне".

Юрий Ключковский, "Наша Украина": "... хотел бы обратить внимание, что докладчик [Рудьковский] ... взял на себя несвойственные ему полномочия. Есть четыре автора законопроекта.

И только по согласованной позиции четырех авторов он имеет право предлагать изменения. Вчера некоторые из тех, которые он объявил с трибуны, мы с ним согласовали, но я не слышал согласия ни коллеги Пономаренко, ни тем более коллеги Олуйко, который сейчас находится в командировке".

Иван Заец, "Наша Украина": "... вы знаете, что на Временной специальной комиссии вчера Рудьковский заявил, что ваша позиция [фракции СПУ], как и позиция коммунистов, состоит в том, чтобы барьер проходимости понизить до трех процентов.

То есть, это заявлено было официально вчера на Временной специальной комиссии. Это было заявлено Симоненко для журналистов еще месяц назад. Поэтому, уважаемые друзья, мы не самоубийцы, мы прекрасно понимаем, что идет протягивание законопроекта на понижение барьера проходимости. Я не хочу, чтобы в этой Верховной Раде не происходила политическая структуризация, а происходил бедлам, извините за это слово".

Петр Симоненко, фракция коммунистов: "Я хотел бы еще раз проинформировать "нашистов" в том, что именно вы подписывали меморандумы о проведении политической конституционной реформы. Напомнить вам, что вы подписали меморандум вместе с нами о необходимости принятии закона на пропорциональных основах.

Вы сегодня разрушаете то договоренности, которые у нас были, и как "нашисты" действуете всегда непоследовательно. Поэтому я хотел бы просить впредь высказывать свою точку зрения, я ее буду уважат, но не заниматься словоблудием, которое в данном случае сегодня свидетельствует только об одном – что с вами нельзя никогда говорить о серьезных вещах, а тем более о будущем державы".

Юрий Ключковский, "Наша Украина": "Правда, хотел бы обратить внимание тех, кто пытается снизить барьер с 4% до 3%, и еще и заявляет при этом, что 3%, 4% или 5% – нет никакой разницы, то хочу сказать, что странно слышать это от крупного предпринимателя, который, я надеюсь, понимает, что в банковском проценте 3%, 4% и 5% процентов – это колоссальная разница!

И неужели он думает, что в политическом процессе такой процент – это ерунда? Это немного странно. И потому еще раз подчеркиваю, что сегодня происходит не разговор о сути избирательного законопроекта, как это пытается здесь изобразить сопредседатель Временной специальной комиссии, которая узурпировала право на рассмотрение этого проекта, Александр Александрович Мороз.

Сегодня действительно идет речь о том, что законопроект о выборах народных депутатов Украины стал платежным средством политической коррупции некоторых фракций в Верховной Раде за поддержку конституционной ревизии, а фактически – конституционного переворота".




powered by lun.ua