Милиция следила за Гонгадзе. Правда, которую ждали четыре года

Среда, 14 июля 2004, 23:33
Наверное, после событий 14 июля 2004 кто-то будет верить в то, что существуют некие паранормальные неземные силы, которые руководят людьми.

"Господин Генеральный прокурор! Я, журналист Георгий Гонгадзе, высказываю свой категоричный протест против наглого поведения правоохранительных структур, которые начали кампанию травли против меня и моих коллег по работе. На протяжении двух недель представители милиции активно проводят сбор информации у людей, которые знают меня, не объясняя при этом цели этого сбора..."

Ровно четыре года назад, 14 июля 2000, Георгий Гонгадзе написал это письмо, раздал журналистам в Верховной Раде и отправил по почте Потебенько – человеку, который своей персоной продолжительное время позорил кресло генпрокурора.

Георгий окончательно убедился, что его взяли под контроль, после того, как посреди дороги машина слежки повернула за ним с нарушением всех правил движения. Лучшая защита – нападение, поэтому в своем письме к Потебенько Гонгадзе требовал прекратить наблюдение за ним, которое по неизвестным тогда причинам проводила милиция.

Ответ на этот наивный шаг мы знаем из записей Мельниченко. Об обращении Георгия узнал Кучма, и в одном из разговоров с организатором слежки министром внутренних дел Кравченко он заявил: "Ну чего каждая срань должна писать на генерального прокурора?"

Четыре года власть не признавала слежки за Гонгадзе. Даже когда арестовали начальника "наружки" милиции Пукача, то объясняли это "превышением служебных полномочий". Которое состояло в уничтожении документов неизвестно о чем.

Неизвестно чем руководствовался нынешний генпрокурор Васильев, когда решил собрать пресс-конференцию именно 14 июля. Но случилось так, что именно в этот день, четыре года спустя после письма Георгия, по настоянию журналистов он подтвердил – за руководителем "Украинской правды" велась слежка милицией. Она, как уже известно из утечки материалов следствия, прекратилась после его похищения.

Более того, через три года и десять месяцев после убийства Гонгадзе Генпрокуратура решила выяснить у милиции, а почему же это за журналистом ходили "топтуны". "Сейчас мы направили письмо в МВД – провести служебное расследование, которое до этого, к сожалению, проведено не было – какие были причины для того, чтобы проводить слежку за Гонгадзе", - заявил Васильев.

Нынешний генпрокурор пытается подать свое заявление о наблюдении за Георгием как всем давно известный факт. "А разве не обсуждался вопрос слежки за Гонгадзе на следственной комиссии парламента? Я входил в комиссию, я знаю, что такие материалы были в комиссии. И разве не было заявления Гонгадзе? Почему сейчас информация о слежке за Гонгадзе подается как сенсация?!", - удивлялся Васильев.

Конечно, если бы не "преступник" Мельниченко, мы бы все знали, что Гонгадзе убили наркоманы, которые просто искали деньги на "ширку". И если бы не переправили тексты допросов свидетелей в британскую газету "Индепендент", мы бы и дальше на вопрос о слежке видели хмурые лица правоохранителей и фразы "это тайна следствия" или "нами проверяются все версии".

Но идем дальше. В распоряжении "Украинской правды" есть письмо Генпрокуратуры, которое направлено в Совет Европы накануне слушания украинского вопроса в октябре 2003. Там написано:

"Вследствие мер предпринятых органами следствия, стало возможным приблизиться к выяснению в полном объеме обстоятельств исчезновения Гонгадзе 16.09.2000 года, а также установление лиц, непосредственно причастных к его исчезновению и убийству. Следствием получены показания свидетелей и прочие доказательства, достаточные для поиска конкретных лиц по подозрению в причастности к совершению этого преступления".

Под письмом стоит подпись и.о. генпрокурора Сергея Винокурова – он подписался вместо тогдашнего руководителя ведомства Пискуна, который отсутствовал. Дата – 26 сентября 2003 года.

Васильев – человек редчайшего цинизма. На вопрос о том, что при его предшественнике убийцы Гонгадзе были установлены, он с присущим пафосом рассказывает истории, как он встречается с послами США и Великобритании и даже докладчиками ПАСЕ. И когда те его спрашивают, что Пискун даже объявлял подозреваемых в розыск, Васильев отвечает: "А вы случайно не назовете фамилии этих лиц!?"

По словам Васильева, когда он спросил это у Хербста, тот лишь улыбнулся. Но вряд ли ему понравилось именно чувство юмора генерального прокурора.

Сам же Васильев говорит, что после прихода в Генпрокуратуру, собрал следователей по делу Гонгадзе: "Я их спрашиваю: слухи ходят, что установлены лица, которые совершили это преступление. Следователи пожимают плечами: нам ничего об этом неизвестно. Я спрашиваю: как же так, я видел по телевизору?!... Они говорят: мы не знаем, мы такого не давали".

Как известно, из следственной группы в деле Гонгадзе после прихода Васильева ушли два самых активных сыщика – ее руководитель Столярчук и начальник отдела управления по расследованию особо важных дел Шубин. Именно они проводили едва ли не все допросы милиционеров, которые следили за Гонгадзе. Причины их выхода на пенсию публично нигде не объяснялись. Хотя догадаться можно.

Однако Васильев утверждает, что следственная группа ничего не потеряла. "Следователи в деле, которые работали – они работают дальше. Больше того, усилена группа. Те, кто отошли – я уговаривал их, пусть останутся, работают... Ушли два работника, но пришли другие. И сейчас следственная группа еще более мощная!"

Правда, есть также у Васильева и претензия к следователям – то, что они своевременно, до уничтожения не забрали из МВД материалы слежек за Георгием. "Я хорошо знаю, что такое следствие. Я разговаривал со следователями. Почему вы своевременно не изъяли эти документы (в милиции – о слежке за Гонгадзе)?! Вы видели эти документы? "Да!" Почему не изъяли?! "Ну, были некоторые проволочки", - отвечают... Ну мы же с вами не дети".

Однако не это было главное сообщение, которое Васильев хотел донести до прессы. Он впервые собрал журналистов после начала публикаций в "Индепендент". И заявил, что это был "самый большой вред расследованию этого уголовного дела".

"Вы спрашиваете, где сейчас находится расследование дела Гонгадзе? Лучше господину Крушельницкому (автор статей в "Индепендент") задайте этот вопрос", - советует Васильев. Похоже, если ему не хватит мужества расследовать дело Гонгадзе до конца, то уже сейчас есть публично заготовленная причина, которая объяснит это.

Пока же ему хватает умения умело возмущаться:

"В первый же день как вышла статья в "Индепендент", я позвонил в Верховную Раду Литвину! И попросил: дайте мне слово! Я хочу выступить, высказаться! "Не надо возбуждать парламент", - ответили. А что надо?! Что?! Грязь?! Вранье?!"

"К нам стали обращаться люди, которые упоминаются в той публикации... Они говорят: к нам обращаются родственники, близкие, они спрашивают: "неужели вы причастны к тому убийству?!" У нас есть опасения за свою жизнь..."

"У меня была встреча с послом Великобритании Бринкли. У него были ко мне вопросы. И я предложил: а чего бы нам не обсудить вопрос публикации в "Индепендент". Если речь идет о том, что Васильев уволил Пукача... Когда это произошло? 5 ноября! А Васильева назначили 18 ноября! Какое отношение имеет Васильев?! А как интересно писалось! У меня были вопросы к Бринкли, и ему не было что ответить: у нас независимая пресса, газеты..."

Завершил же тему Гонгадзе Васильев не очень обнадеживающе. "Когда за дело берутся следователи, я ставлю задачи выдвинуть как можно больше версий. Насколько хватит фантазии!"

Читайте также:

Допрос сотрудника "наружки" МВД, который был на дежурстве за день до похищения Гонгадзе

Как обезглавленный труп и мертвый свидетель возвращаются с того света, чтобы охотиться за лидером Украины

Реанимация дела Гонгадзе. Параллельно в Британии и Украине

Адвокат начальника "наружки" Пукача заявляет, что за Гонгадзе могла следить милиция

"Кравченко приказал убить Гонгадзе от имени Кучмы". В Британии обнародован допрос милиционеров



powered by lun.ua