Эскадроны смерти. Пять лет из жизни расстрельного пистолета

Пятница, 17 сентября 2004, 14:02
Почему-то всегда кажется, что тебе тяжелее всего и твоя боль есть сильнейшей. Это не так. Мы просто мало знаем о том, что творится вокруг. Сегодня в Беларуси – день памяти. Тоже. Ровно пять лет назад исчезли без вести политик Виктор Гончар и его друг предприниматель Дмитрий Красовский. Четыре года назад – день в день – исчез Георгий Гонгадзе.

В деле об убийстве белорусских оппозиционеров и деле об обезглавливании украинского журналиста Георгия Гонгадзе есть весьма много общего. И об этом нельзя не вспомнить. По крайней мере, в этот день.

ПЛЕВОК В ПАМЯТЬ

На днях информационные агентства распространили весть, которая поражает нереальностью и цинизмом вместе с тем. Патриарх Русской православной церкви Алексей ІІ наградил командира военной части под номером 3214 Внутренних войск Беларуси Дмитрия Павличенко орденом святого равноапостольного князя Владимира. Сделано это по представлению предстоятеля белорусского экзархата РПЦ митрополита Филарета.

Вопрос № 1 – что такого богоугодного сделал этот молодой полковник?

Построил православный храм на территории в/ч.

Вопрос № 2 – почему награждение Павличенко вызвало международный скандал?

Он – убийца. Серийный и безжалостный. Организатор и руководитель криминальной структуры, которая имеет непосредственное отношение к похищениям и убийству людей. Об этом свидетельствуют документы КГБ и Генпрокуратуры Республики Беларусь, которые чудом были оглашены. Еще в 2000 году.

Генпрокурор Божелко и глава КГБ Мацкевич, которые попробовали были раскрутить это дело, сразу же слетели из должностей, а Павличенко, к которому, по информации известной белорусской журналистки Ирины Халип, в СИЗО приезжал сам Лукашенко, выпустили на волю. И теперь, как видим, еще и сделали православным "орденоносцем".

МЕНТЫ-УБИЙЦЫ

В истории о том, как подчиненные Александра Лукашенко убивали оппозиционеров, есть и свидетель. К счастью, живой. Это бывший начальник минского следственного изолятора Олег Алкаєв, который убежал из родины в Германию, где вскоре получил политический приют. Но он успел "грохнуть дверью" еще находясь дома.

В соответствии с служебной инструкцией, которая существует в двух копиях, работа начальника СИЗО № 1 – это не только удерживать задержанных к суду, но и расстреливать осужденных к высочайшей степени наказания и не помилованных президентом. Кстати, в "бацьки" есть традиция – списки смертников он удостоверяет своей подписью 31 декабря, после чего отправляется записывать новогодние приветствия белорусскому народу.

Расстрелы обычно выполняются в присутствии еще двух лиц (сотрудника прокуратуры и медика, который может зафиксировать смерть). Для этой санкционированной государством акции существует ПМ, табельный пистолет Макарова, пули которого отстреленные и сохраняются в специальной пулегильзотеке.

В 1999 году, когда министром внутренних дел Беларуси был один из приближенных к Лукашенко людей – Юрий Сиваков, он обратился к Алкаеву с довольно странными предложениями. Милицейский генерал хотел, чтобы во время выполнения расстрелов присутствовал его подчиненный, командир Собру (специальный отряд быстрого реагирования) Дмитрий Павличенко. Также он "посоветовал" подружиться с офицером и рассказать ему о технологии погребения казненных. Надо сказать, что это во всех странах есть тайной и о специальных участках, где прячут преступников, тоже известно считанным лицам.

Алкаева, по роду деятельности, профессионального палача, итак, человека не весьма нежного и деликатного, мягко говоря, очень удивляли подобные интересы и наклонности Павличенко. Последний, кстати, время от времени "помогал" ценными советами – мол, лучше стрелять не в голову, а в сердце, так как "крови меньше"... Но в этой закрытой структуре не принято задавать лишние вопросы – зачем командиру Собра надо наблюдать за убийством преступников...

Несколько раз министр Сиваков выдавал устное распоряжение Алкаеву выдать этот самый "расстрельний" пистолет полковнику Павличенко. Тем не менее, это все равно фиксировалось в специальном журнале выдачи оружия, которое беглец позднее смог вывезти с собою в Германию.

Итак, Алкаев в данный момент может документально доказать, что пистолет с глушником находился за пределами СИЗО, как минимум, дважды – 30 апреля-14 мая 1999 года и 16-18 сентября того же года. И хотя приказы министра в МВД не принято обсуждать, а только выполнять, какие-то недобрые предчувствия у начальника СИЗО были с самого начала этой авантюры.

В конце весны 1999 года Беларусь трясет грандиозный политический скандал. 7 мая бесследно исчезает бывший министр внутренних дел Юрий Захаренко, который после отставки стал личным врагом президента. Оппозиция предъявляет обвинение в исчезновении окружения Лукашенко, но прямых доказательств причастности властителей к преступлению нет. 16 сентября того же года исчезают еще один оппозиционер, экс-вице-спикер и председатель ЦИК Виктор Гончар и его друг Виктор Красовский.

Шум и многочисленные публикации в печати заставляют Алкаева сверить даты выдачи оружия с датами исчезновения людей. И они совпали! Начальник СИЗО, а вслед за ним и еще один милицейский генерал Лопатик, пишут рапорты на имя нового министра внутренних дел Наумова, где документально доказывают, что похищения организовал и провел полковник Павличенко вместе из 4 бойцами своего отряда. Тела же погибших закопали на спецокруге Северного кладбища Минска.

2001 года бывшие следственные прокуратуры Случек и Петрушкевич записали и пустили в "самиздат" видеозапись, на которой прямо назвали заказчиков убийства – министра МВД Сивакова, генпрокурора, бывшую главу Совета безопасности Беларуси Виктора Шеймана и... Павличенко. Собровца генпрокуратура даже арестовала. Но после вмешательства Лукашенко освободили.

2003 года жена одного из убитых, Ирина Красовская записала в Берлине 6-часовой монолог Алкаева, где он рассказал про собранные им материалы. Среди другого, политэмигрант размышляет, почему Сивакову понадобилось брать именно этот единственный расстрельный пистолет.

-- По моему мнению, этот пистолет понадобился, чтобы предоставить убийствам ритуальный характер. Будто это, так сказать, законная расправа. И человека таким образом принизить до конца. Тем более что Сиваков – человек театральный, большой ценитель эффектов. И еще, с их точки зрения, именно этот пистолет не идентифицируется. Не отвергну, что делалась и видеозапись убийства. Шейман должен бы потом посмотреть и оценить выполнение, а может и сам Александр Григорьевич...

Власть развалила дело группы Павличенко, которую в свободной белорусской да и мировой печати называют "эскадроном смерти". И как в Украине, в деле об убийстве Георгия Гонгадзе, один на один с бедой оказались матери, жены и дети исчезнувших. Они не раз посещали Брюссель, Страсбург, Вашингтон, Москву и Париж, где давали пресс-конференции и рассказывали о невозможности добиться правды. Они уже ничего не боятся и потому вслух называют президента Лукашенко заказчиком похищения и убийств. Реакции на это ни одной, кроме цензуры на ТБ и в газетах – чтобы и общество об этом не узнало. "Бацька" даже нарушил собственные принципы и не стал судиться с изданиями, которые опубликовали эти "клеветы".

С орденоносцем Павличенко все понятно. А Сивакова "бацька" из милиционеров переквалифицировал в... олимпийцы. Хотя, поскольку НОК Беларуси возглавляет сам президент, его бросили на не менее ответственный фронт работы – министром спорта. Хоть и невыездным. На афинскую Олимпиаду греческий НОК его не допустил, а Совет Европы даже выступил с специальным заявлением, которое причиной этого есть причастность Сивакова и Шеймана к убийству политических оппонентов режима.

Павличенко есть вдобавок и главным фигурантом специального доклада ПАСЕ Христоса Пургуридиса. Этот смелый и честный киприот выполняет в Беларуси одну и ту же роль, которая и Ханне Северинсен и Ренате Вольвенд в отношении событий в Украине. Но белорусской власти безразлично, что о ней думают люди – и внутри страны, и за ее пределами. Так как, если перефразировать слова известного украинского юриста-администратора, она "есть сильной как никогда".

ФАШИСТ ИЗ "АЛЬФЫ"

Но Захаренко, Красовский были не едиными жертвами банды оборотней. Не меньший резонанс имела не менее печальная история об исчезновение оператора ОРТ Дмитрия Завадского.

Дмитрий исчез 7 июля 2000 года в аэропорте Минска, куда он приехал встретить своего друга – корреспондента ОРТ Павла Шеремета, с которым много работал и даже отсидел в тюрьме за якобы "незаконный переход белорусско-литовской границы".

Шеремет нашел на стоянке лишь автомобиль. Пустой. Ни единых следов. Даже на "баранке"...

Версий исчезновения Завадского было немало. В частности, и от рук "эскадронов смерти". Наиболее примитивная – мол, это месть Лукашенко – Завадский некоторое время работал личным оператором президента Беларуси, но потом его "предал".

Более близкой к правде есть журналистская версия. В одном из интервью "Белорусской деловой газете" Дмитрий Завадский вспомнил, что в Чечни он встречался с белорусскими наемниками, которые воевали на стороне... чеченцев! В качестве примера, оператор назвал факт задержания федералами белорусского офицера-спецназовца Валерия Игнатовича.

Павел Шеремет, ссылаясь на бывшего генпрокурора Божелка, рассказывает, что к исчезновению Завадского причастное высочайшее руководство страны. По его информации, уже упоминавшийся Шейман вел какие-то странные вооруженные оборудки с Чечней и своим интервью, в частности, упоминанием Игнатовича, Дмитрий Завадский раскрыл присутствие белорусских спецслужб на Кавказе.

Этот Игнатович – чрезвычайно интересный "кадр". Основные вехи его жизни: офицер спецподразделения МВД "Алмаз", инструктор из боевой подготовки профашистского "Русского национального единства", военнослужащий 22-й бригады ИГРУ Минобороны России.

Следствие длилось долго, но к его чести, смогло найти и доказать вину конкретных исполнителей, но стыдливо обошло два пустячка – мотивы преступления и его заказчика. И был суд. Хотя, закрытый. Убийц оператора Завадского осудили к пожизненному заключению. Трое с четырех киллеров оказались "силовиками" – кроме Игнатовича, это бывший боец спецподразделения МВД Максим Малик и слушатель Академии МВД Алексей Гуз.

Тела Дмитрия Завадского так и не нашли. Виктор Шейман, не имея юридического образования, работает генеральным прокурором. А Александр Лукашенко сейчас снова направляется на выборы. Хочет обеспечить себе еще десяток лет президентской неприкосновенности. Так как ему есть чего бояться. Как, собственно, и президенту Кучме с его мечтами о третьем сроке.

Читайте публикации автора на касательные темы:

Леся-украинка, мама Георгия

Звезда и смерть Георгия Гонгадзе

Мирослава Гонгадзе: "Я должна была увидеть его..."

Белорусские оппозиционеры на чужбине

powered by lun.ua