В разгар большой войны культурные украинцы охотно читают художественные произведения о войнах прошлого, сравнивают свой опыт с чужим и нередко приходят к выводу, что "Хемингуэй ничего не знает".
А когда проблемой № 1 для нашего тыла становится вражеский воздушный террор, актуальным тоже оказывается соответствующее чтение.
Правда, реактивные БПЛА еще не нашли отражения в мировой литературе, но зато есть книги, посвященные смертоносной баллистике. Например, британский исторический триллер, опубликованный 6 лет назад.
Творчество писателя Роберта Харриса хорошо известно в Украине благодаря экранизациям его остросюжетных книг – таким, как "Конклав" с Рэйфом Файнсом, "Офицер и шпион" с Жаном Дюжарденом или "Мюнхен. На пороге войны" с Джереми Айронсом. По иронии судьбы, последнюю из упомянутых картин мы смотрели в январе 2022 года: как раз накануне полномасштабного вторжения.
Роман Харриса "Фау-2", вышедший в 2020-м, не экранизирован. Но чтобы проникнуться его духом, современным украинцам не нужно идти в кино. Достаточно побывать в Киеве, Харькове, Днепре или Одессе во время очередного российского удара.
По нынешним временам тэглайн романа звучит весьма злободневно: "Первая ракета долетит до Лондона за пять минут. У вас есть шесть минут, чтобы остановить вторую".
Действие "Фау-2" разворачивается в конце ноября 1944 года, когда немцы активно обстреливали английскую столицу первыми в мире баллистическими ракетами.
Тогдашняя ПВО была против них бессильна, и британская военная машина оказалась примерно в таком же положении, как и украинская армия с пустыми комплексами "Patriot".
В тот период британцы тоже пробовали бить не по стрелам, а по лучнику: выявлять и уничтожать пусковые установки "Фау-2".
Сам роман представляет собой сразу две параллельные истории с двумя главными героями.
С одной стороны – Кей Кейтон-Уолш из Женского вспомогательного корпуса британских ВВС. Она отправляется в освобожденную Бельгию и вместе с коллегами пытается обнаружить точки запуска "Фау-2".
С другой стороны – немецкий инженер Руди Граф. Он принимает непосредственное участие в пусках баллистики с оккупированного побережья Голландии.
С британской сюжетной линией все предельно ясно. Она основана на документальных материалах, резонирующих с сегодняшней украинской реальностью.
К сожалению, мы очень хорошо знаем, как выглядит смерть, проделавшая сотни километров и убившая людей, которые еще несколько минут назад не подозревали о своей судьбе:
"В пять тридцать четыре утра полк выпустил первую "Фау-2" этого дня. Через пять минут ракета упала на Лонгбридж-роуд, тихую спальную улочку в Илфорде, районе Большого Лондона, разрушив три дома.
В среднем из них, № 411, на который пришелся прямой удар, Мод Брантон и ее девятнадцатилетняя дочь Айрис погибли мгновенно, а Сидни, муж Мод, был извлечен из-под обломков, но скончался в тот же день в больнице скорой помощи в Баркинге.
В соседнем доме № 413 Фредерик и Эллен Брайнд тоже умерли сразу; их внука Виктора, двадцати месяцев от роду, не довезли до больницы живым".
А вот описание самого смертоносного баллистического удара по Лондону, произошедшего 25 ноября 1944 года в 12.26 пополудни:
"На Нью-Кросс-роуд, в универмаг сети "Вулворт" завезли партию кастрюль – дефицитного товара в Англии военной поры. Слух разлетелся мгновенно, и домохозяйки выстроились в длинную очередь…"Фау-2" попала точно в центр универмага и проломила все этажи, прежде чем взорвалась, оставив в земле воронку глубиной тридцать футов.
Большинство жертв погибли мгновенно – в самом "Вулворте", в кооперативном магазине по соседству, в мануфактурной лавке через улицу и в автобусе пятьдесят третьего маршрута, где погибшие так и остались сидеть на местах, с травмированными взрывной волной внутренними органами. Было убито сто шестьдесят человек".
Современным украинцам будет интересна и тогдашняя методика охоты за пусковыми установками "Фау-2".
Британцы пытались вычислить их, сопоставляя данные с мобильных радаров в Бельгии – сразу же после старта ракеты – и данные с радаров ПВО в Англии после ее прилета. За дело брались девушки-военнослужащие, вооруженные логарифмическими линейками:
"Как только мы получим координаты точки падения ракеты, вам надлежит экстраполировать параболическую кривую до точки запуска.
Каждый офицер будет работать самостоятельно, после чего сверит свои расчеты с соседкой.
Вторая группа, в составе двух сержантов, преобразует данные в координаты на карте, которые также будут перепроверены перед тем, как их передадут по радио командованию истребительной авиации.
Наша задача – произвести вычисления в течение шести минут после получения всех данных. Это оптимальное время, за которое наши истребители способны выйти на цель, прежде чем враг успеет полностью демонтировать пусковые установки".
Но если тогдашний английский опыт нам близок и понятен, то с другой сюжетной линией романа в Украине неминуемо возникнут проблемы.
Вымышленный доктор Руди Граф задуман как собирательный образ немецких инженеров-ракетчиков той эпохи. И это положительный персонаж, которому, по мысли автора, читатели должны сопереживать.
Интеллигент-мечтатель, он занялся ракетостроением ради покорения Луны, но вынужден работать на военных ("Я хотел построить космический корабль, а не машину для убийства").
Он склонен к саморефлексии и мучается угрызениями совести ("Кто я такой? Чем я лучше эсэсовца? В каком-то смысле даже хуже. Тем хотя бы хватает духу убивать своих врагов лицом к лицу").
При этом он сам пострадал от чрезмерной жестокости британских ВВС: его любимая девушка погибла в 1943 году во время бомбардировки ракетного полигона в Пенемюнде, где приоритетной целью англичан стал гражданский персонал.
Доктора Графа шокирует эксплуатация рабского труда при создании ракет. Он пытается помочь девушке из голландского движения Сопротивления. А в финале романа намеренно выводит из строя готовую к запуску "Фау-2" и едва не погибает от рук гестаповцев, но чудом спасается…
Сочувствовать этому искусственному герою, живя в Украине, при всем желании трудно. Его образ выглядит слишком наивно, неправдоподобно, неестественно.
Наши соотечественники ни за что не поверят, будто за вражескими "Искандерами", "Цирконами" или реактивными дронами может скрываться какой-то совестливый инженер, сожалеющей о своей деятельности и готовый к саботажу.
Собственно говоря, в это вряд ли поверили бы и англичане 1940-х. Но сам писатель Роберт Харрис родился спустя 12 лет после того, как на Лондон упала последняя "Фау-2".
И фактически его книга не является романом о войне – это роман о переосмыслении войны через много десятилетий после ее окончания.
Перед нами фундаментальный парадокс современной западной культуры. Бесчисленное множество художественных произведений, якобы посвященных войнам, на самом деле отражают атмосферу мирного времени.
Времени, когда бывший враг давно перестал быть врагом. Лишь тогда, постфактум, выясняется, что не все так однозначно.
Что взгляд на войну не должен быть однобоким, и ее нужно непременно рассматривать с разных точек зрения. Что многие из врагов заслуживали человеческого сочувствия. И что в силу обстоятельств хорошие люди вполне могли оказаться на стороне зла.
Именно такая "мирная" война запечатлена в сотнях книг и кинофильмов. Именно так представляют войну жители невоюющих стран.
И когда в Украине, в Израиле или где-то еще разворачивается реальное военное противостояние, зарубежные наблюдатели часто пытаются применить к нему свой литературно-кинематографический опыт.
В результате мы далеко не всегда понимаем их, а они – нас.
Вероятно, когда-нибудь – спустя десятки лет – схожий подход будет свидетельствовать о нашем излечении от военных травм. Возможно, в будущем в украинской литературе и кино тоже появятся враги, достойные эмпатии.
Но, живя под ударами российской баллистики и российских дронов, Украина просто не может позволить себе такую роскошь. Даже если кто-то за рубежом уже сейчас ждет от наших соотечественников чего-то подобного.
Михаил Дубинянский