Просыпайтесь, времена, когда женщины были привязаны к кухне, прошли
Первая женщина села за штурвал реактивного самолета более 80 лет назад, стала капитаном дальнего плавания более 90 лет назад, получила генеральское звание в Вооруженных Силах США — 56 лет назад. Как бы женщины ни доказывали своё умение покорять мир наравне с мужчинами, всё равно за ними десятилетиями несётся свист с улюлюканьем.
Об этом я в очередной раз задумалась после назначения заместителем министра обороны Анны Гвоздяр. В МОУ она вернулась во второй раз — у нее уже есть опыт работы в правительстве.
С сентября 2023 года почти два года она была заместителем министра по вопросам стратегических отраслей промышленности, после чего перешла в Минобороны, где проработала до января 2026 года.
В сентябре 2026 года её вновь назначили заместителем министра обороны, ответственной за ОПК и экспорт. Под постом МОУ в Facebook, посвященным назначению Гвоздяр – аномальная для страницы министерства активность: на момент написания колонки – более 800 комментариев.
Коллеги по отрасли приветствуют её возвращение, а сотни представителей "широких народных масс" — и мужчины, и женщины! — сетуют на то, куда катится мир, высказывают предположения об интимной жизни Анны или сравнивают её с скандальной фигуранткой свежего расследования НАБУ — Музой. И мало кто действительно готов к взрослой дискуссии о профессиональных качествах "новой-старой" заместительницы министра. Два "недостатка", которые большинство комментаторов усматривает в Анне — пол и возраст (мол, женщине всего 36).
В этом материале я не буду анализировать ситуацию с женщинами-военными — это тема отдельного, обширного разговора. Которые, несмотря на сексизм и предвзятость, продолжают и карьеру строить, и Украину защищать.
Сегодня — исключительно о гражданских женщинах в структурах, связанных с безопасностью и обороной. Им, помимо прочего, часто вменяют отсутствие военного опыта, забывая (или не зная) о том, что заместитель министра обороны — гражданская должность, для которой военный опыт не является обязательным
С подобным хейтом сталкивалась и Екатерина Черногоренко, которая с 2023 по 2025 год была заместителем министра обороны Украины по вопросам цифрового развития, цифровых трансформаций и цифровизации.
Именно Екатерина причастна к запуску приложений "Резерв+" и "Армия+", отвечала за масштабирование боевой системы ситуационной осведомлённости DELTA, координировала две международные коалиции — Коалицию дронов и ИТ-коалицию — в рамках формата "Рамштайн". Но это не уберегло её ни от сексизма, ни от хейта, ни от эйджизма. Сама Екатерина утверждает — старалась на это не реагировать.
Ещё одна женщина в сфере безопасности и обороны, на которую не стеснялись показывать пальцами — правозащитница Ольга Решетилова. В октябре 2025 года Владимир Зеленский назначил еёпервым военным омбудсменом Украины.
И железным аргументом для тех, кто критиковал украинских женщин в силовом блоке, было утверждение: "гражданские не понимают военных". Причём критики игнорировали возможность для каждой новоназначенной иметь определённое количество советников и все ресурсы для того, чтобы глубже разобраться в круге своих задач и профессиональных обязанностей.
К сожалению, сексизм в чистом виде, или когда он более изысканно маскируется под сомнения в профессиональной пригодности, характерен и для других стран. Свежий пример Меган Квин – первой женщины, возглавившей Департамент обороны Австралии в апреле 2026 года. Имея предыдущий опыт управления крупными государственными структурами, ей выдвигали упреки в отсутствии классического опыта работы в сфере обороны и национальной безопасности.
В США при Трампе, в рамках активных попыток разрушить культуру разнообразия, под секиру попали и возможности женщин. За последний год там развернулась кампания против "DEI promotions" (diversity, equity, and inclusion) — или разнообразия, равенства и инклюзии.
Поэтому критика высокопоставленных женщин-военных всё чаще строится вокруг тезиса, что они являются продуктом "DEI". А значит, именно их продвижение якобы автоматически вызывает сомнения в профессионализме.
Например, адмирала Лизу Франкетти, первую женщину, возглавлявшую операции ВМС США, уволили в 2025 году. И таких инцидентов было немало. Американские СМИ описывали эти кадровые решения как часть более широкой кампании против руководителей, которых администрация ассоциировала с политикой DEI.
В 2026 году это зашло ещё дальше: появились сообщения, что Пентагон блокировал отдельные повышения женщин-офицеров, а подразделениям приказывали удалять из соцсетей упоминания о случаях, когда кто-то становился "первой женщиной" на определённой должности.
В частности, в сухопутных войсках и на флоте глава Пентагона Пит Хэгсет лично исключал из списков утвержденных кандидатов на получение генеральских и адмиральских званий женщин-офицеров, игнорируя решения профессиональных военных комиссий.
К счастью, во многих вопросах равенства Украина — не США. Но мы еще очень и очень патриархальны, причем насколько именно — сказать трудно. Я попыталась найти статистику соотношения мужчин и женщин на гражданских должностях в "силовом блоке": Минобороны, МВД, СБУ, ГБР, БЭБ, Госспецсвязи, Нацполиции, ГСЧС, ГПСУ. Наиболее полная и свежая (2025 год) статистика — в ГБР. Среди государственных служащих ГБР женщины составляют 65%, но среди аттестованного рядового и начальствующего состава — лишь 10%.
Это очень наглядно демонстрирует типичную для силового сектора вертикаль: женщин может быть много в административном, юридическом, кадровом и другом гражданском аппарате, но их доля резко падает там, где начинаются оперативные, силовые и командные функции.
Но здесь есть одно важное "но": слепо и радикально выступать за гендерную пропорциональность — конечно, неразумно. Ну и к тому же, не все женщины хотят и могут посвятить себя работе в силовом блоке. Будем откровенны — для этого приходится жертвовать сотнями часов, оторванных от семьи. Или здоровьем, или всем сразу. Да и мужской декрет — вещь в Украине не очень распространенная.
Есть и более старая, но полезная для сравнения официальная статистика Госстата. В 2020 году доля женщин, работавших на гражданских должностях в Госпограничной службе, МВД, ГСЧС, Нацгвардии, Минобороны и СБУ, колебалась в пределах от 30 до 50 процентов. Однако среди руководителей эти доли были значительно ниже — от 4 до чуть более 23-х.
Но даже тем женщинам, которые пробили "стеклянный потолок" в традиционно мужской среде, рано открывать шампанское. Им приходится ежедневно не только доказывать свой профессионализм, но и то, что они заслужили продвижение по службе отнюдь не наличием отличающегося от мужского набора половых органов.
Юлия Беглецова, руководительница коммуникационного отдела Независимой антикоррупционной комиссии (НАКО), член РГК НАБУ