Гібридна війна в українському Маріуполі

Середа, 20 травня 2015, 13:03

"Да не закрывают нас!" – раздраженно, который раз за день ответила кассир в мариупольском "Эпицентре", и я спрятал фотоаппарат.

В украинском Мариуполе хештег #нассливают совсем не фейсбучный. Слухи о неминуемой сдаче города питают безнадежно закрытые железнодорожный вокзал, "Макдональдс", "Амсторы", прикрывающиеся один за другим магазины всевозможных сетей и брендов – как в городе, так и в крупнейшем в этих местах торговом комплексе "Порт-сити". А теперь, вот, упорные слухи о том, что из Мариуполя эвакуируется еще и "Эпицентр.

С "Эпицентром" разобрались, едем в "Порт Сити".

Тут еще работает кинотеатр и детский игровой центр, но большая часть витрин магазинов второго этажа закрыта красивой пленкой. Для себя отмечаю, что с моего последнего появления здесь – закрылся "Эльдорадо", магазин одежды "Reserved" и удобный "JYSK". Кроме того, на магазине мужской одежды "VDone" красуется объявление: "В связи с закрытием распродажа со скидкой в 50%".

У этой медали две стороны. С одной, как объяснил мне хозяин одной из городских типографий, "только сумасшедший развивает бизнес за 25 км от войны!". С другой, в Мариуполь с опаской едут фуры, и поставщики стараются "на всякий случай" работать по предоплате.

К чему это приводит? Ну, например, в Донецк народ везет детям и внукам детское питание из Бердянска. Там, говорят, "Малютка" по 50 гривен за пачку, а в Донецке на начало мая было по 100. Вчера посмотрел в аптеке – эта "Малютка" в Мариуполе стоит 66 гривен.

В Мариуполе иногда в разы дешевле, чем в Донецке, но дороже чем в Харькове или Запорожье. И люди ориентируются на лучшее.

А еще у людей нет денег. И в городе мало работы. В секторе "М" по ротации сменилось уже семь командующих – а люди, волонтеры, бизнесмены живут и работают рядом с войной безвылазно. Каждый источник заработка – на вес золота.

Тот же курортный сезон – его здесь ждут и просчитывают, как бы это ни смешно смотрелось из Киева. Да, в Широкино, Сопино и Седово его не будет – но Юрьевка, Урзуф и Мелекино до сих пор же еще доступны?!..

Именно поэтому такой резонанс получила история Мелекинского пансионата "Светлана".

*   *   *



"Я вас попрошу покинуть территорию. Берите свои вещи и уходите - на основании того, что здесь будет оборонительный рубеж"

11 мая, в один из немногих готовых к сезону санаториев на побережье, сбив замки на воротах, вошел полк "Донбасс".

Санаторий "Светлана" уникален по нескольким позициям.

Во-первых, он – государственный, и за тридцать лет не дал отжать от своей территории в 6 гектар на берегу Азовского моря ни одного куска. Все эти годы санаторий принадлежал государственному объединению "Макеевуголь", а в 2014-м, по понятным причинам, перерегистрировался в Украине – и сейчас относится к ведомству Минтопэнерго.

Во-вторых, он выстроен для отдыха мам с детьми и инвалидов: тут восемь больших спальных корпусов, два из которых оборудованы пандусами и всем необходимым. Остальные – имеют в номерах детские кроватки и все удобства. Кроме того, Мелекино, в отличие от Юрьевки или Урзуфа, имеет пологий спуск к морю, что немаловажно для людей с ограниченными возможностями.

Ну и в остальном, – это очень ухоженный санаторий с зелеными газонами, кипарисами, пихтами и прочим хозяйством, которое нуждается в ежедневной заботе.

По словам директора пансионата Павла Романишина, первый раз он встретил командира "Донбасса" с позывным Гал еще 24 апреля, и лично ему показывал санаторий. Показывал на предмет возможного размещения армии. Вопрос был понятен – если будет совместное решение командования и Фонда Госимущества об аренде за гривну в год и произойдет передача имущества на баланс полка – что тут еще поделаешь?

Но показывал он все это без особого беспокойства. Армия уже стоит на побережье. И на побережье хватает как брошенных пансионатов, так и таких, что не собираются открываться в этом сезоне. Рядом – тот же "Донбасс" бывшего депутата Ландика и "Сирена" нынешнего депутата Шкири. Они тоже на пятьсот мест, как и "Светлана" – но их почему-то никто даже не рассматривал.

Метров сто по пляжу тетраподы – там стоит часть Национальной гвардии в брошенном пансионате "Машиностроитель". Его подремонтировали и нормально используют для армии.

В соседней Юрьевке – ДУК "Правый сектор" занял под свое расположение брошенный пионерлагерь. Тоже вроде все нормально.

"Азов" живет в Урзуфе на бывшей даче Януковича. Тут тоже, сами понимаете, претензий ни у кого не возникло.

Вооруженные бойцы "Донбасса" пришли без всяких лишних рефлексий в самое лучшее место на побережье с бумагой, согласно которой один из командиров АТО писал другому командиру АТО, что неплохо бы было "занять пансионат "Светлана" под дислокацию роты подразделения вч..."

...С третьего раза – дважды помешали сотрудники СБУ – взломали ворота и вошли в пансионат, выгнав оттуда местное руководство.


"Это Гал, командир батальна. Сейчас вам вынесут распоряжение…" – прибывшая по вызову милиция ожидает у ворот пансионата "Светлана"

Военного положения у нас нет. И имущество, тем более государственное, так просто занять нельзя.

"Я не понимаю, как можно, так просто, зайти и отобрать имущественный комплекс балансовой стоимостью на 27 миллионов гривен с сохранённой инфраструктурой, транспортом всей техникой? – взывает ко мне директор пансионата Павел Романишин. – У нас дети должны 15 июня заезжать! Мы государственное предприятие, мы за прошлый год 850 тысяч гривен налогов в местный бюджет заплатили! Тут никто и десятой доли этого не платит.

Зачем разрушать готовые инфраструктурные объекты, которые можно использовать по назначению? Война закончится рано или поздно, и как и с чего мы, местные, тут будем потом жить?

Да разговаривал я с Семенченко. Он меня сепаратистом обозвал!"

Жена Павла Романишина, Виктория – волонтер "Нового Мариуполя", и с весны 2014 года "закрывает" ежедневно "свой" блокпост. Контракт на отдых детей из социально незащищенных категорий санаторий заключил с "Довiрой" – фондом еще одного бывшего волонтера "Нового Мариуполя", Анжелы Тимченко. Она нашла и проплатила первые 30 тысяч гривен, которые должны были пойти на последние приготовления к сезону – в пансионате не до конца был решен вопрос с водой.

Першотравневый район – самый украинский в области. В нем единственном, несмотря на захват Мариуполя, в прошлом году не дали даже сымитировать референдум 11 мая ни в одном населенном пункте.

И то, что рядовые бойцы батальона перед захватом "знали", что они заходят на пансионат "макеевских сепаратистов" – местных активистов возмутило больше всего.

В пятницу я попал на большой сбор украинских волонтеров в "Новом Мариуполе". Было интересно послушать этот громкий конструктивный спор.

Во-первых, сразу были отметены все лишние аргументы. Руководство "Донбасса" напирает, что деньги на счет пансионата пришли, только когда полк им заинтересовался, пансионат, мол, прикрывается детьми, и еще много чего говорит.

Тут можете почитать Костю Гришина (Семенченко) сами.

Разобрали профессионально ту самую бумагу полка, которую уже выложили в интернет. Обнаружили, что печать не той части и посмеялись над подписью "командующего угрупованням": волонтеры на своем театре боевых действий знают всё – и то, что этот самый полковник 11 мая и подписал бумагу, и уехал на ротацию в свою Полтаву, знают тоже.

Письмо, на основании котрого "Донбасс" занял санаторий

Что решили? Решили, как ни странно, попытаться спасти репутацию "Донбасса".

"Мы им только что обувь и одежду отгрузили. Парни реально воюют в Широкино и ничего не знают о схемах руководства полка с Семенченко. Давайте начнем с обращений во все органы власти, вплоть до Верховной Рады и президента", – это Дмитрий Чечера, который как раз и работает с "Донбассом".

Волонтеры здесь ребята жесткие и не романтичные. Они про батальоны знают все, и даже больше, чем хотелось бы знать. Но других защитников у города нет – и эти люди, без ротаций, с марта прошлого года помогают всем волнам всевозможных военных. Поэтому бойкот "Донбасса" и обращение ко всем волонтерским организациям страны признается крайней, но возможной мерой.

Что происходит в пансионате сейчас? Типичная гибридная война.

Работников пансионата пустили на рабочие места, и они снимают и выкладывают в интернет ролики о том, как вывозится без разрешения директора трансформатор или металл из порезанной старой детской площадки. Составляют и пишут письма во все инстанции.

"Зеленые человечки" взломали двери и заняли три корпуса на триста человек, обещают с помощью того самого трансформатора наладить водоснабжение, а их руководство задним числом пытается добиться какой-нибудь "главной бумаги" от Минтопэнерго, не обращаясь при этом в Госимущество. Оно и понятно – в Фонд может обращаться либо командующий НГ, либо тот же командующий сектора "М". А в заварившуюся кашу никто лезть не хочет.

Семен Семенченко строчит на всю страну свои истории о героизме и приказе, который он выполняет.

Но, кстати, самой пострадавшей от этой истории в местных краях на ближайших выборах будет "Самопомощь". Это в Киеве и Львове ее лицо – Ганна Гопко, а в Мариуполе этот политический проект олицетворяет Костя Гришин с отжатой "Светланой".

И что-то подсказывают, что первые 150 детей, которые должны были заехать в пансионат на отдых 15 июня, во всех этих боях местного значения могут потеряться.

Будет ли конец у этой истории? Может, и нет. Гибридные войны, они такие мутные...

От редакции:

"Украинская правда"  готова предоставить площадку для комментариев каждой из сторон конфликта.

Дмитрий Дурнев, специально для УП

Колонка – матеріал, який відображає винятково точку зору автора. Текст колонки не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, яка у ній піднімається. Редакція "Української правди" не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія. Точка зору редакції УП може не збігатися з точкою зору автора колонки.
Реклама:
Шановні читачі, просимо дотримуватись Правил коментування

10 підсумків за два роки війни

Як війна змінила ставлення світу до українських товарів

За крок до фіналу: що відомо про 10 кандидатів на голову НАЗК?

План ЄС для перемоги України: що має змінитися у військовій допомозі Києву

Як прибрати Росію з ринку зрідженого газу

Мої перспеĸтиви після вбивства Олеĸсія Навального