Легенда про кривавого харків'янина

Понеділок, 16 травня 2022, 14:10

"Снова видел белку, в т. ч. хвост ее из дупла.

И увлеченного поползня.

Хорошо, когда душа не сгорела дотла.

Хорошо, когда клейкие почки тополя.

Хорошо, когда тело еще не горело

и даже квартира, возможно, цела.

Хорошо, что на улице потеплело,

и что улица вообще была".

Юрий Цаплин

"Цела ли квартира?" – спрашивают сотни тысяч харьковчан, переселенцев. "Цел ли дом?"

"В Харькове 2195 домов разрушены, – отвечает Терехов. – А всего в городе 8 тысяч жилых домов".

"Цел ли дом?" Шансы – один к четырем.

В моем харьковском детстве мы жутко любили страшные истории. Ничто так не любили больше. Собирались кучкой и слушали по сотому разу одно и то же, в вариациях. 

Помню и сегодня историю о кровавых пирожках. О кровавом пятне на стене, увеличивающемся каждую ночь, когда кто-то из семьи пропадает. Об оторванной руке. 

Все истории насыщены кровью, она в них течет. Кровь – залог того, что будет страшно.

В местах, где сегодня много переселенцев, рассказывают легенду о кровавом харьковчанине. Он селится, сжигает дом или грабит. И уходит. Исчезает.

В легенде о кровавом харьковчане кровь не показана. Но харьковчанин там такой же кровавый, как бабушка, пекущая пирожки с начинкой из людей, из моего детства.

Моя подруга Людочка слышала эту историю в Дрогобыче.

Сдали квартиру харьковчанке. Переселенке. Обычной. Как все. А ночью хозяйку будто что-то толкнуло – она побежала смотреть, что с ее квартирой. В квартире никого не было, был включен газ, все конфорки. И на стене написано: "Сгорела я, горите и вы". Наверное, кровью.

Реклама:
Людочка рассказывает весело-страшно. Как в детстве. Чувствует себя частью истории, которую рассказывает. Неизвестно, что с твоим домом, целы ли окна, цел ли он. 

Помнит, как сидела в подвале и за двумя стенами, слышала взрывы. Ожидала вот-вот. Представляла: вылетает окно, разлетаются стекла, тебя отбрасывает. Все в крови. Кто-то мертв.

Теперь харьковчане разносчики того страха. Страх в глазах, в манере поведения. Осторожном общении с миром. Окружающие так и воспринимают нас.

Другую историю о кровавом харьковчанине Людочке рассказала ее подруга. Из Александрии. Кировоградская область. Тоже переселенка. Божилась, что было это на самом деле. Тот, кто видел, рассказал своему знакомому, знакомый – ей. История – "чистая правда от начала до конца".

В ней то же самое, только харьковчан несколько. Семья. Есть ли дети в семье? Наверное, были.

То же самое: снимают квартиру. Обычные, не вызывающие подозрений. Ночью хозяйку что-то толкает идти посмотреть. Она идет по ночному городу, обнаруживает пустую квартиру. Всю мебель вывезли. И записка. На этот раз: "Это вам за детей". Возможно, их дети мертвы. И сами они в этой истории мертвые.

Не убившие нас, харьковчан, русские ракеты пустили нас по Украине. Мы сами теперь как ракеты: летим, попадаем куда-то. Начиненные страхом.

Мы месяц в Полтаве. Смотрю на себя, харьковчанина, в зеркало. Зарос. Борода. Страха в глазах не вижу. Обычный, как все, человек. Но я все еще харьковчанин.

– Подайте Христа ради, я с Харьковской области.

Никогда не думал Харьков в таком контексте услышать.

– А мы с Харькова.

"Жиночку" как языком слизало.

Жена вытянула из Харькова двоюродную сестру с дочкой. Сестра – семью коллеги: две женщины, сын, трехлетний ребенок. Когда они приехали, у них был такой взгляд, как, должно быть, у нас, когда мы приехали. Запуганный и сосредоточенный: бежать, что-то делать.

Наконец приехал мой друг и коллега Олег. С котом и свояченицей, которая уезжать не хотела долго. У нее – три кота.

У всех, и у котов, был такой же взгляд. Я ехал с котом в такси. Кот – в переноске, я держал его на коленях. Мы смотрели с котом друг другу в глаза.

Олег говорит: кот начал бояться, вздрагивать от звуков, когда рядом сильно попало. Влетело в магазин под окном. Громко. Стал жаться к Олегу. До этого гулял сам по себе.

Анджелина Джоли приехала во Львов с гуманитарной миссией. Улыбается беженцам на вокзале. Началась тревога. Побежала со всеми в укрытие. На ходу ее спрашивают: "Вам не страшно?" – "Нет-нет, все в порядке".

Но я узнаЮ этот взгляд.

Андрій Краснящих, писатель, преподаватель

Колонка – матеріал, який відображає винятково точку зору автора. Текст колонки не претендує на об'єктивність та всебічність висвітлення теми, яка у ній піднімається. Редакція "Української правди" не відповідає за достовірність та тлумачення наведеної інформації і виконує винятково роль носія. Точка зору редакції УП може не збігатися з точкою зору автора колонки.
Реклама:
Шановні читачі, просимо дотримуватись Правил коментування

Найкращий рік у кар'єрі Костюк: чого не вистачає для здобуття престижних титулів?

Майже 90% громад Херсонщини фінансово неспроможні

Відбиття атаки Ірану – приклад для Східної Європи

Вийти з полону міфів: як Україні та Польщі разом подолати кризу в питанні агроекспорту

Сексуальне насильство як зброя воєнного терору: що переживають українці, яких зґвалтували росіяни

Які українські товари найбільше цікавлять іноземних покупців?