Политика и шпионаж, или Ошибка белорусского резидента

Евгений РуденкоЕвгений Руденко
Фото: Ельдар Сарахман, УП
14443 просмотра
Понедельник, 5 марта 2018, 10:00

В Чернигове начались предварительные слушания по делу, замешанному на интригах спецслужб и дипломатии. Коллегии из трех судей предстоит определить дальнейшую судьбу 33-летнего белоруса Юрия Политики.

СБУ обвиняет его в передаче секретных данных иностранному государству.

Судебный процесс, о котором много говорят в Беларуси, но пока молчат в центральных украинских СМИ, может осложнить и без того непростые отношения Киева и Минска.

На основании показаний свидетелей, отрывков материалов обвинения, озвученных прокурором в суде, а также заявлений подсудимого УП раскрывает подробности шпионской саги.

Настойчивый экспат

В 2016 году в офисе общественного формирования (ОФ) "Север", расположенном в центре Чернигова, появляется незнакомец. Пылкий взгляд, страстные речи и иностранный паспорт выдают в нем большого энтузиаста и экспата, желающего помочь Украине в сложное для нее время.

"Север" – волонтерская организация, образованная в 2015 году на базе одноименного добровольческого батальона.

Мужчина живо интересуется военной тематикой и событиями на Донбассе. Его зовут Юрий Политика. Он – уроженец Минска. Закончил юридический факультет Белорусского госуниверситета, работал по специальности в филиале одного из российских банков.

У Политики нет левой почки: "Удалили в 91-м – последствия Чернобыля", – рассказывает он, переступив порог "Севера". Поэтому Юрий согласен проявить себя даже в кабинетной работе, хотя очень хочет отправиться "в поля".

ОФ "Север", куда пришел белорус, помогает украинским пограничникам в охране границы с применением беспилотников и аэроразведки.

На 70%-80% структура состоит из участников АТО, в основном бывших членов добробатов. В "Север" приходят те, кто хочет и дальше применять на практике свой боевой опыт, но по разным причинам не горит желанием связывать жизнь контрактом с Вооруженными Силами.

Взять в организацию Политику не могли. Об этом предупредили сразу, ссылаясь на его гражданство и законодательство Украины. Но настойчивый белорус продолжал появляться в офисе, вести беседы о войне и даже выполнять тестовые задания со снимками дрона и электронными картами Yandex и Google.

16 июня 2017 года, около 15:00, Юрий Политика сядет в автобус, едущий из Чернигова в Гомель. Он проведет в пути до границы чуть больше часа, но вернуться на родину ему не суждено. После проверки документов и досмотра вещей на пункте пропуска Новые Яриловичи на Юрия наденут наручники сотрудники СБУ.

Как станет ясно позже, спецслужбы "вели" Политику несколько месяцев и сделали все возможное, чтобы в руках белоруса в момент задержания оказались компрометирующие его данные. На первых заседаниях в Черниговском райсуде минчанин назовет это "подставой" и провокацией.

Из скупых отрывков материалов дела, которые в феврале успел озвучить прокурор, следует, что Политика пытался вывезти в своем смартфоне аэросъемку зоны АТО. К ней прилагалась секретная карта наступательной операции "Шторм", которую ВСУ планировали в начале июля 2017 года между Мариуполем и Новоазовском.

За интерес к секретным данным белорусу грозит от 8 до 15 лет тюрьмы.

"Расскажи про пытки пленных"

Одну из ключевых ролей в аресте Политики сыграл Дмитрий Острик, бывший боец батальона "Донбасс", ныне – командир взвода, преподаватель по тактико-специальной подготовке в учебном центре "Десна". Похоже, что именно его звонок в СБУ во многом определил дальнейшие злоключения белоруса.

Как рассказал УП сам Дмитрий Острик, с Политикой он познакомился в ОФ "Север", где пытался найти себе применение после возвращения из АТО в родной Чернигов.

 
Дмитрий Острик (справа), бывший боец батальона "Донбасс", ныне – командир взвода, преподаватель по тактико-специальной подготовке в учебном центре "Десна".

Позвонил знакомый, сказал: "Набирают добровольцев, хочешь – сходи", – вспоминает он. – Я как раз вышел из сектора "М". Этот парень сильно рвался в АТО. Хотел быть оператором беспилотника. В принципе, нормальное желание для молодого человека. Поначалу эти разговоры меня не напрягали.

Но вскоре Острик почуял неладное.

– Понимаете, блин, все интересуются, как там, в АТО, но задают примерно одинаковые вопросы. А у него были формулировки такие: воюют ли белорусы, сколько, где именно? Он даже просил меня: "Расскажи про пытки пленных со стороны Украины". Именно Украины, понимаете? Вот такие мелочи стали сильно напрягать, – утверждает он.

По словам Дмитрия Острика, подозрительное поведение минчанина заставило обратиться в СБУ.

– Как-то раз задал ему пару наводящих вопросов, он на них повелся, после чего я уже доложил в СБУ. Он же хотел работать с дронами. Вот я ему и предложил поучиться на электронных картах, а он попросил достать реальные, военные. Здесь пазл и сложился, – объясняет он.

В разговоре с УП Острик признался, что это он "слил" Политике одну из карт, с которой белоруса потом поймали в Новых Яриловичах. Причем сделал это уже после общения с представителями Службы безопасности.

Так что ловушка, в которую попал Политика, была спланированной спецоперацией.

– Мне стало его даже жалко. Я несколько раз предупреждал: "Не скачивай! Не надо! Это – карта зоны боевых действий. Гражданину иностранного государства нельзя такое скачивать!". Но он, наверное, уже звездочку на погонах видел, и меня не послушал, – иронизирует Острик.

Из церкви в военкомат

Дмитрий Острик – не единственный, у кого вызвал подозрение Юрий Политика.

– Мы встречались с ним несколько раз. Он пытался показать себя очень откровенным. С самого начала задавал вопросы, которые даже для нас, общественного формирования, на востоке страны закрыты.

Его очень интересовали ПТУРы (противотанковые управляемые ракеты – УП) все спрашивал, как прорваться на Донбасс, чтобы с них пострелять. При этом он не хотел, чтобы знали, где он, кто он, – делится с УП Юрий Горный, начальник штаба "Севера".

Читайте также
Иван Лищина: У нас растут зубастые пираньи, которые будут рвать Россию в ЕСПЧ
Казус Слепцова. Зачем экс-мэр променял свободу в "ДНР" на суд в Украине
Урановый бунт. Как подавляют протесты "шахтерского спецназа" в Кропивницком
По информации Горного, белоруса к нему привел сотрудник военкомата.

– Мы ему (Политике, – УП) сразу сказали, что не можем взять иностранного гражданина. Но он настаивал. Изначально был нацелен на Донбасс. Это меня сильно удивило, ведь мы особо не афишируем, что туда ездим.

Он расспрашивал о том, какая там военная техника, о картографии. Но все эти карты – закрытая вещь. Даже мы к ним не допущены. Мы работаем с Google, – рассказывает Горный.

После этого глава формирования "Север" вышел с информацией о белорусе на сотрудников СБУ.

– Я – юрист по образованию, кадровый военный, тоже служил в СБУ, сейчас нахожусь в запасе, вот и обратился к бывшим коллегам, – поясняет он. – Оказалось, что Политика на тот момент уже находился в поле зрения наших спецслужб, был в разработке. Дальше пытались выяснить, "кто кому Рабинович". Мы с ним немножко "поработали", чтобы понять: по глупости он делает это или по спецзаданию.

СБУшники вместе со своими сознательными помощниками схитрили: дали минчанину несколько практических задач на базе "Севера" .

– Когда он их уносил домой, и приносил обратно, то так все красиво разрисовывал, показывал со стрелочками, – вспоминает Горный. – Было видно, что эти здания он сам не смог бы так сделать. Это была работа спецов.

А один раз мы предложили пройти тест у нас в офисе, он сидел полтора часа и ничего у него не вышло. Это подтверждало, что Политика не самостоятельное лицо.

Еще один человек, к которому обращался подсудимый, – Евгений Орда, военный капеллан, настоятель Екатерининской церкви. Орда – тоже белорус. Известен в Чернигове не только своим пастырским служением, но волонтерством в зоне АТО, а также работой с белорусской диаспорой.

 
Евгений Орда, военный капеллан, настоятель Екатерининской церкви
ФОТО: ЕЛЬДАР САРАХМАН, УП

– Юрий приезжал в Чернигов несколько раз, просил, чтобы его направили в добробаты, – рассказывает УП священник. – Понимаете, диаспора у нас маленькая. Почти каждый знает друг друга.

По словам настоятеля Екатерининской церкви, он направил Политику к знакомым добровольцам из тактической группы "Беларусь", воюющим на Донбассе.

– А мне после этого сказали: "Он КГБшный стукач. Больше нам такого не присылай", – говорит Орда. – Тот хлопак расспрашивал постоянно об оружии, выходы на Америку, все такое. Его отшили.

Со временем у меня какие-то сомнения были относительно Юрия. Он постоянно спрашивал что-то про танки, просил, чтобы я ему скинул видео с передовой. Я ж сам был в АТО. Но ему говорил: "Поедешь – сам увидишь".

Как бы там ни было, а священник решил дать молодому человеку шанс.

– Я Юрия отвел к одному знакомому в местный военкомат. Тот его направил в "Север". Он (Политика – УП) пропал на некторое время. Потом я уже узнал, что он перевозил документы и его взяли, – вспоминает он.

"Вывезли в лес, угрожали оружием"

Все обвинения в свой адрес белорус отвергает. На суде он говорит на родном языке. Вместе с адвокатами, а их у Политики трое, ему удалось добиться присутствия переводчика на белорусский.

Выглядит подсудимый скромно и чересчур спокойно. Сказать, что на самом деле кроется за этим образом, при первом взгляде сложно.

В общении с УП минчанин еще раз вспоминает о том, о чем докладывал ранее в посольство Беларуси в Украине, – о пытках после задержания. По его словам, признательные показания якобы выбивали силой. Вывезли в лес, угрожали оружием.

– Меня задержали в 16:30, а по документам значится 21:00. В течение 4-5 часов на меня сильно давили, – утверждает Юрий.

В СБУ эти заявления отвергают.

 
Пресс-офицер УСБУ в Черниговской области Ярослав Молочко
фОТО: еЛЬДАР САРАХМАН, УП

– Ни в ходе задержания, ни в ходе следственных действий, никаких методов психологического либо физического воздействия не применялось, – заявил УП пресс-офицер УСБУ в Черниговской области Ярослав Молочко.

На справедливость украинского правосудия белорус не надеется.

– Что можно ожидать от государства, которое меня пытало? – говорит он. – Считаю, что прокуратура, СБУ, судьи связаны друг с другом.

– Я полностью отрицаю свою вину. Ничего из того, что мне приписывают, не было. Я – не шпион! Ни на кого не работал – ни на Беларусь, ни на Россию. У них есть только одни предположения – то я работал на КГБ Беларуси, то на ФСБ России. Они сами не уверены точно, – сообщает подсудимый.

На вопрос, что он делал в Чернигове и зачем пошел в организацию "Север", Политика отвечает: "Хотел привнести в свою жизнь какую-то динамику".

– У меня хобби было, связанное с военной тематикой, – рассказывает он. – Узнал, что "Север" занимается волонтерством, помогает пограничникам и ВСУ в зоне АТО. Решил, что нужно что-то менять в жизни. Надеялся получить адреналин. Чтобы было что-то новое, интересное. Даже и не думал, что так все закончится.

Перед тем, как конвой уведет Юрия в автозак, он успеет добавить: "Я хотел в будущем получить украинские документы, устроиться работать в логистическую компанию в Чернигове, выучить язык, получить паспорт Украины. Все это помогло бы улучшить мое финансовое положение".

На версии сына о логистической компании настаивает и мать Политики Ирина, которая живет в Минске.

Это откровенная провокация, организованная украинскими спецслужбами в отношении России и Беларуси, где моему сыну отведена роль "стрелочника", – рассказывала она в комментарии белорусскому порталу tut.by.

Гриб, Шаройко и Политика

В СИЗО белорус сидит больше восьми месяцев. Но судебные разбирательства, по сути, еще не начались. Процесс грозит быть долгим.

Предыдущее заседание, намеченное на 27 февраля, не состоялось по просьбе адвокатов, которые по разным причинам не смогли явиться в суд. Его перенесли на 27 марта.

– Что касается доказательств, которые есть у стороны обвинения, пока что ничего не могу сказать. Обвинение на сегодняшний день, несмотря на мои требования, говорит, что я пока не могу ознакомиться с материалами дела. Данные действия будем оспаривать, – рассказывает УП Тарас Герелюк, один из защитников минчанина.

По его словам, пока что на подготовительном судебном этапе решают процедурные вопросы.

Как показали первые заседания, суд не хочет осуществлять судопроизводство на основе криминально-процессуального кодекса. Процедуры нарушаются, – считает он.

Процесс над Юрием Политикой важен в контексте событий, произошедших после его задержания.

Спустя два месяца, 24 августа 2017-го, в Беларуси исчез украинец Павел Гриб, которого, как оказалось позже, выкрали спецслужбы России. Гриба обвинили в подготовке теракта на школьной линейке в Сочи, и он продолжает находиться под стражей.

Непросто обстоят дела еще с одним украинцем, журналистом Павлом Шаройко. Он попал в руки белорусского КГБ через четыре месяца после ареста Политики. Шаройко также, как и минчанина, обвинили в шпионаже. Следом за арестом Шаройко Беларусь объявила персоной нон грата сотрудника украинского посольства Игоря Скворцова.

Примечательно, что тайный суд на Шаройко начался практически синхронно с заседаниями в Черниговском райсуде по белорусскому "шпиону".

Стал ли арест Шаройко ответом на задержание Политики? И закончится ли все добрым жестом в виде "обмена пленных"?

Сергей Бобов, старший советник посольства Республики Беларусь в Украине, старательно приезжающий на заседания в Чернигове, не склонен искать политическую составляющую в суде над своим соотечественником. По крайней мере, на словах.

– Скорее, идет речь о не совсем добросовестно соблюдаемых процессуальных нормах, как в ходе расследования, так и в ходе предварительного следствия, – высказал он мнение в комментарии УП.

В то же время в Генпрокуратуре Беларуси выразили сомнение в отсутствии политического подтекста в этой истории.

Повышенный интерес посольства к судьбе Юрия Политики Бобов объясняет так: "Есть много вопросов, ставящих под сомнение те деяния, которые вменяют ему в вину. За последние несколько лет белоруса по статье "шпионство" в Украине не судили. Это – прецедент".

По мнению экс-посла Украины в Беларуси Романа Безсмертного, процедура "обмена пленными" во всей этой истории может и не понадобиться.

– Между Украиной и Беларусью подписаны все необходимые двусторонние соглашения, в том числе про экстрадицию. Если человек виновен по уголовной статье, будет отбывать наказание в стране, гражданином которой он является. Если есть компонент, связанный с разведкой, если он выполнял какие-то задания, то его после экстрадиции выпустят, – пояснил он УП.

Задержание по подозрению в шпионаже по обе стороны украино-белорусской границы Безсмертный называет "уколами на встречных курсах" и не считает ситуацию экстраординарной.

Но проблема, по его словам, заключается в другом: с 2014-го в "шпионских войнах" между Беларусью и Украиной присутствует тень третьей стороны – России. Поэтому в том же деле Шаройко официальный Минск может и не быть субъектом обвинения и процесса.

Третья сторона может ломать поведение спецслужб и Украины и Беларуси. До 2014 года возникали разные ситуации между двумя странами.

В 2011-2012 годах во Львове взяли несколько белорусов. Потом в Минске несколько украинцев. Об этом вообще никто не говорил или же были скупые сообщения. Были спокойные предупреждения. Этих людей выдворяли из стран, ставили точку, информацию даже не обнародовали. Дело до суда не доходило. Многие годы в отношениях практиковался именно такой подход, – резюмирует Безсмертный.

Євген Руденко, УП

powered by lun.ua
Сфера влияния
Холодный экспорт: может ли украинское мороженое стать популярным в ЕС
Феномен частного инвестирования, или Как достать деньги "из-под матрасов" украинцев
Хроника избирательного трешу: шоу-бизнес на службе у политиков
Все публикации