Новый Майдан – Зеленскому: Пусть приезжает, посмотрит, как мы бедствуем

Пятница, 27 ноября 2020, 05:30
Фото: Эльдар Сарахман

Стать летописцем Нового Майдана, сидя в столице, задача не из легких. Восемь предложений статьи в Wikipedia об этом селе Хмельницкой области дают мало пищи для размышлений. 

Если сильно постараться, в залежах информпространства можно откопать единственную новость о населенном пункте, название которого созвучно с ожиданиями пассионариев и пылких противников власти. 

В мае 2018 года бытовая ссора в Новом Майдане закончилась убийством: 50-летний гражданин с богатым тюремным опытом ударил жену ножом в бедро. Не дождавшись "скорой", он убежал прятаться в лес. От потери крови и небольшого ума мужа женщина скончалась в реанимации районного центра Деражня. 

Полиция поймала беглеца через несколько дней.

В чащах, в которых скрывался убийца, 200 лет назад ступали ноги благородных разбойников. В этих местах в первой половине 19 века хозяйничали повстанцы Устима Кармелюка – народного героя, украинского Робин Гуда, наводившего ужас на богатых в пользу бедных. 

– У нас тут був зруб, в якому ховався Кармелюк. Але його вже немає, – расскажут за чаркой калгановки одну из баек майдановцы, если вы приедете к ним в гости.

Когда-то тут было 63 двора, теперь – в три раза меньше. Сегодня один из непригодных для жизни домов в Новом Майдане готовы отдать за 500 гривен. 

Село, в котором живут несколько десятков человек – как Украина в миниатюре. Безобразно в своем упадке, но прекрасно природой, ландшафтом и людьми.

В седьмую годовщину Революции Достоинства репортеры УП побывали в Новом Майдане на Хмельниччине, чтобы понять, чем живут и о чем мечтают в глубинке, пропитанной историческим символизмом.

"Саме хуже село, яке на світі є"

"Велике будівництво" настолько велико, что в пространство сел Украины не вписывается. 

У поворота на Новый Майдан с запущенной дороги T2310 свежо и оптимистично выглядит только новая автобусная остановка из профнастила. Дальше – два с половиной километра ухабов и ям, засыпанных щебнем и камнями.

 
На остановке два объявления: установка натяжных потолков и политическая реклама "За майбутнє"
Все фото и видео: Эльдар Сарахман

На въезде в село, окруженное оврагами и лесом, нежданных путников встречают массивный крест, ветер и недоверчивый лай собак. 

Стоит только заговорить с людьми, как вырисовывается картина простых и не очень судеб. Местами она похожа на романтическую пастораль. Местами пронизана грязным реализмом.

 
Новый Майдан – одно из тысяч украинских сел, о существовании которых в столице не знают

У хаты 53-летней Таисы Фличко на центральной Октябрьской улице небесно-голубой фасад. В нем проглядывается и визуализация мечты о лучшей жизни, и попытка скрасить быт, и отчаянное послание соседям: "Смотрите, у нас не все так плохо!". Но внутри небольшого дома, построенного в 1964-м, многое говорит об обратном.

У нас, навєрноє, саме хуже село, яке на світі є, – улыбается женщина.

Думать по-другому Таисе мешают обстоятельства ее жизни. Фличко делит одну комнату с девятилетней дочкой и сыновьями десяти и тридцати трех лет. Есть еще три взрослых дочери, которым повезло вырваться отсюда – в Каменец-Подольский, Хмельницкий и Польшу.

 
Снаружи дом Таисы выглядит намного лучше, чем внутри

Второй муж Таисы умер, оставив ее с двумя малыми детьми. И двумя тысячами гривен ежемесячной-помощи от государства. 

– Хай би Зеленський приїхав, подивився, як ми тут в Новому Майдані бідуємо, – мечтает безработная мать всего пару секунд. – Але він не приїде.

Наклейка с надписью "Зе!Команда" на маленьком холодильнике выдает политические предпочтения Таисы. Но этот талисман не влияет на содержимое ее кухни и погреба.

 
Из нового в доме Фличко только пластиковые окна

– У нас тут всі за Зеленського, – рассказывает она. – Майдан в Києві ми теж підтримували. Воно мало йти до лучшего. Йде хуже. Є новий президент, але що він зробе, коли одні "за", другі "проти"?

В комнате с черными следами сгоревшей проводки булькает в кастрюле зелье из веток малины и вишни.

– Чай, – поясняет Таиса. – Гілки наламали – то лучше, чим з магазину хімію пить. 

На кровати у горячей грубки греется маленькая Руслана. Дитя, еще не утратившее восторженный взгляд на мир, заливается смехом. 

Она держит в руках щенка по кличке Топик. В картонной коробке прячется морская свинка Лора. Под ногами вьется кошка Рыжичка. Стены их общего дома-ковчега покрыты трещинами.

 
Руслана говорит: когда вырастет, останется в Новом Майдане, потому что здесь есть ее подружка Даша

Дальше Деражни с 10 тысячами жителей Руслана с братом Богданом еще не были. Кругозор, ограниченный 12 километрами до райцентра, расширяют школа в соседнем селе Згарок и домашний телевизор. Интернета в семье нет.

 
В Новом Майдане много детей – почти половина от всего населения

Если прислушаться к мечтам Богдана, к светлому, как фасад его дома, будущему могут привести два социальных лифта – церковь или работа в полицейском участке. А еще поможет планшет, который он мечтает купить, когда заработает денег.

 
В село провели газ, но у Таисы нет на него денег

На вопрос, как живется в Новом Майдане, второклассник отвечает, растягивая слова немного комично, с видом старца: "Та до-о-обре".

– Поліцейським хочу стати, – говорит он. – Щоб захищав батьківщину, оцей наш Майдан. Буду щось робити, дивитись, щоб всі в масках були.

– Він ще батюшкою хоче, – добавляет мать.

– У Київ хочу, – продолжает мальчик. – В столицю, цей… сенсації робити, де президент наш.

Вже є Верховна Рада України, уряд. Все є. Тільки карантин заважає.

"Місцевість райська, передати вам не можу!"

У небольшого казенного здания, где находится клуб и магазинчик, работающий только по будням, стоит черный постамент с цифрами "1924". Прежде чем исчезнуть под покровом ночи, бюст Ленина продержался несколько лет после старта декоммунизации.

Избавление от Ильича не лишило Новый Майдан советских привычек. 

 
Раньше Новый Майдан относился к сельраде Згарок, теперь – к Волковинцам

За день до сельского схода, на котором должны обсудить кандидатуры старосты, у пустого постамента убирают опавшую листву. Ярких красок промозглому ноябрьскому дню результаты субботника не добавляют. Наоборот – делают его чуть более неуютным.

 
После местных выборов село Новый Майдан живет очередными надеждами на лучшее

Видимость кипучей и в общем-то бесполезной деятельности у 65-летнего водителя Василия Леськова вызывает снисходительную улыбку. В 90-х он работал в Европе. Вернулся оттуда, по мнению завистников, уж "шибко умным".

В кепке, черном бомбере, теплых штанах и калошах пенсионер Леськов появляется внезапно, как леший: "Я зараз вам все розкажу і покажу".

 
Жители Нового Майдана доверили роль экскурсовода по селу пенсионеру Василию Лескову, который закончил культпросвет училище в Киеве, но всю жизнь работал водителем 

– Хочете бачити панський дом і в якому він состоянії? – интригует он, и удаляется от клуба решительным шагом.

По версии Леськова, усадьба принадлежала инженеру из Санкт-Петербурга с польской фамилией, который в позапрошлом веке строил неподалеку железную дорогу.

– От там, через ліс, кілометра три – станція Гута, – машет он рукой.

– Моя бабка Василина працювала у панів поваром, розповідала багато, – показывает мужчина окрестности. – Цейво садок панський був. Сосни в два рядки, а це яблуні залишилися.

З цього явора ми колись пили сік, бачите? Луночки видно даже.

А там була пасіка. Внизу – став, якого вже нема. Купальня була з дуба. Все розлетілося, розбилося, і воно нафіг нікому не нужно. В мене сусідка кинуту хату за 500 гривень готова продати.

 
На месте разрушенного панского дома была школа, в которой Леськов заканчивал четыре класса

Стоя на руинах дома, заросшего кустарником, Василий излучает и печаль, и гордость.

– Строєнiє капiтальне, – окидывает он восхищенным взглядом груды камней, покрытые мхом. – Потім тут наша школа розміщувалася, де до четвертого класу навчались.

Новый Майдан мужчина, ничуть не шутя, называет лучшим местом во всем свете.

– Місцевість райська, передати вам не можу! – вдыхает он смачно ноздрями свежий воздух.

 
Как и всех селян в Украине, жителей Нового Майдана спасает домашнее хозяйство

Леськов водил автобус в Деражне, получил там квартиру, но вернулся туда, где вырос и где похоронены родители. Последние несколько лет занимается пасекой и наслаждается жизнью. 

– Новий Майдан країні не потрібен, – считает он, имея в виду не только свое родное село. – Це буде лишня кров, жертви. Владу ніхто просто так не віддає. Гляньте на Білорусь – нічого не буде, поки не буде крові.

 
В Новом Майдане много старой и неработающей технике, оставшейся со времен СССР

Василий знает, о чем говорит. Он был в Киеве в 2013-м и 2014-м несколько раз. Усидеть на месте не мог. Слово "майдан" и само явление для него, уроженца мест, где погиб Устим Кармелюк, имеет почти сакральный смысл.

– Майданів у нас, в Деражнянському районі, багато: Майдан-Чернелівецький, Старий Майдан і наш, Новий, – рассказывает он. 

Разговоры о проплаченных митингах и "наколотых апельсинах" вызывает у него возмущение: "Нііхто ж туди не приглашав. Хто хтів, той їхав. По зову серця, б**дь!".

 
По словам Леськова, в Новом Майдане осталось 19 подворий, где еще живут люди

В 2014-м Василий Леськов голосовал за Петра Порошенко, в 2019-м – за Владимира Зеленского. На выборах выработал собственную, великодушную тактику.

– Я всєгда голосую так, як голосують мої діти, – делится он. – Знаєте, щоб я зробив в законодавстві? Щоб пенсіонери не втручалися в виборчий процес. Должни вибирати ті, хто плотить податки.

– Дуже прогресивна думка, – отмечает репортер УП.

– От кажуть – бабка взяла гречку та проголосувала. А що тій бабці остається? Що їй в тому селі робити?

Україна в 2004 році не туда пішла. Ющенко мав шанс, але – не туда! В 90-і ми вийшли самі кращі. Я возив на Москву гречку і цукор. Очєрєдь стояла! Хрін продавав. Вони за квашену капусту билися, повірте! Ось вам хрест святий!

"Що? Зеленський голодомор устроїть?"

На небольшом холме, за низким забором в столетней хате, одна на всей улице коротает свой век 83-летняя Мария Михайлюк. 

У ее дома нарядные белые стены, салатовые оконные рамы и двери. Из общего вида выбивается только спутниковая тарелка.

– Йдіть сюди, – кричит Василий Леськов старушке, замеревшей в огороде. – Не бійтеся!

Женщина останавливается за несколько метров от гостей, стоящих за забором. Во двор благоразумно не пускает.

 
Мария Михайлюк – самая старшая из всех жителей Нового Майдана

– Дивись, щоб не підхопив, – обращается она к Леськову, рассматривая журналистов в масках. – Катя, донька вчора дзвонила, каже: "Боже, який тяжкий цей вірус!". Не можна підходити. Не можна нічого брати.

– Мені донька: "Мамо, ти там хоть одівайся, взувайся!", – продолжает она. – Дивись, скільки на мені лахів. Вона говорить, а я собі думаю: "Та шо ти мені говориш?!". 

Я по фермах робила гола, боса. В 48-му пасли худобу, а взуття не було після війни. Отаке. А зараз трохи лучше.

 
Любители старины купили у Василия Леськова старый деревянный воз за 5 тысяч гривень

Прожив непростую жизнь, бабушка Мария в страшилки из телевизора не сильно верит.

– Я більше дивлюся по Москві, – говорит Михайлюк. – Там вчора брехали дуже щось на нас. Коли вони обговорюють Україну, боже, як вони скачуть! Якась жінка, придурчиха, була. Щось вони тарабанили, тарабанили... 

Один такий вусатий дядько: "Поба-а-ачите, поба-а-ачите, з первого января бабушкам на Україні не дадуть пенсії!". Я думаю: "Ти – придурок, придурок старий! Ви своїм даєте, а нашим не буде? Що? Зеленський голодомор устроїть?". Що? Не так, Вась?

– Так і є. Ідіоти, знаєте! – смеется вместе с Марией Василий Леськов.

– Зеленський дурніше за тебе? Україна – багата. А ви – злидені. Що там у Москві?! – восклицает Мария Михайлюк.

 
Вокруг села живописные места. В лесах много грибов и ягод

Ее воспоминания о Новом Майдане (воловни, конюшня, колхоз, сады, трудовые будни) дополняет пенсионерка Татьяна Малицкая. С торжественным видом и тетрадкой в руках выходит из своего дома. На листах бумаги – выписанная от руки информация из районной газеты.

– Перша назва нашого села – Майдан-Гдовський, – зачитывает она. – Від прізвища поміщика Гдовського. Довколо його будинку розкидався великий сад, оточений шеренгами ялинок. Деякі збереглися.

 
"Хозяина нет!" – жалуются жители села, вспоминая советское прошлое. Но не многие отваживаются сами стать хозяевами

Среди селян помещика Гдовского был Илья Сотничук, участник повстанческого движения Устима Кармелюка. Возможно, в его доме останавливался украинский Робин Гуд.

– У 1906 році 935 десятин землі належали Марії Римбіт-Міцкевич, яка мешкала у Санкт-Петербурзі, – продолжает чтение вслух Татьяна Малицкая. – Пізніше маєтком управляла Байковська. У 1905 село налічувало 198 жителів. В 1908-му переймненовано у Новий Майдан.

З настанням колективізації у поміщицькому маєтку розмістили контору колгоспу. Потім клуб. При клубі грав духовий оркестр чотири рази на тиждень. Привозили кіно. Потім там зробили початкову школу. 

 
Несмотря на трудности, жители Нового Майдана в большинстве своем любят родное село

Советский период истории села Татьяна Малицкая помнит сама, без заметок в районке. Несмотря на все хорошее, что было тогда в Новом Майдане, ее взор устремлен в будущее.

– Ми підтримували Майдан у 2014 році, – говорит она. – Знаєте, зара таке робиться, що ми вертаємося назад. Нам не хочеться вертатися. Хочеться, щоб наші діти європейський напрямок тримали.

Ми вже своє життя прожили. Пенсія у нас мала, але нічого – виживемо.

"За що ви воювали, скажіть?"

Жизнь без колхоза учит брать инициативу в свои руки. Василий Леськов – один из немногих, кто успешно усваивает этот урок.

Разбитая дорога к Новому Майдану могла быть значительно хуже. Участок от трассы до кладбища и села, засыпанный щебнем – во многом заслуга Леськова. Вместе с соседями Малицкими он скинулся на 20 литров солярки и выпросил грейдер у знакомого чиновника из районного центра.

 
Путешествуя по украинским селам, как будто попадаешь в прошлое
 
Новый Майдан, как и другие села страны, держится на деятельных и любящих свою родину людях
 
Василий Леськов называет сало "лучшим антибиотиком" и ест его каждый день

– Ще років 30 тут було життя. А зара половина спилася. Через бездіяльність. Нема чого робити, а самі теж не хочуть нічого міняти, – поясняет он.

Леськов стремится к комфорту и достатку. Как настоящий сельский гедонист, пьет только стопроцентную арабику, заваренную в турке. Угощает гостей медом со своей пасеки, калгановкой, салом, котлетами и квашеными помидорами.

Перед теми, кто бедствует в селе, Леськову не стыдно. Он всего достиг сам. 

– Я дєтство проходив босіком – свиней пас. На стерні. Босіком! За літо три рази ногті злазили на великих пальцях, – вспоминает пенсионер.

 
Сельские жители все чаще уезжают в города в поисках работы и будущего

Однажды Василий спросил у бывшего сельского головы, почему в Новом Майдане так глухо? И куда идут налоги, если вокруг так много взятой в аренду земли? 

Староста, по словам Леськова, ответил что-то вроде: "Хто ви такі, що я маю перед вами відчитуватись?!".

– Я послав звернення в Верховну Раду. Так він зі мною не говорив півроку. Мене тут багато людей не люблять, – смеется мужчина.

 
Раньше в Новом Майдане была ферма и 120 коров

Мюнхен, Бремен Берлин, Штутгарт, Дрезден, Нюрнберг, Братислава, Прага, Карловы Вары, Будапешт – Василий перечисляет города Европы, в которых побывал. 

Во второй половине 90-х был на заработках, копал дренажи, работал в конюшне. Получал десять дойчмарок в час.

– Коли перший раз сюди вернувся, у батька питаю: "За що ви воювали, скажіть?", – рассказывает он. – В німця проблем нема. Йому 75 років, він сів в машину – і в Альпи, на лижах кататься.

 
В этом сезоне Леськов собрал полторы тонны меда. Продает по 100 гривень за литр

Заработанное в Европе помогло его дочери и сыну получить высшее образование. Их жизнь сложилась удачно в Киеве и Вышгороде.

Помимо валюты Василий привез из Европы думы о судьбах родины и новую модель поведения.

– Німець так не робе, як ми, – делится он наблюдениями. – Це тільки українці будуть рити, б**дь, в любу погоду. Голими руками камінці перевернуть. Німець робе все акуратно, спокійно. І мєдлєно. 

Я вникав, зразу побачив, що ми так не будемо жити. Тому що в нас заложено все по-другому. У нас все построєно на брехні, на обмані.

 
Жители Нового Майдана ждут Зеленского в гости, хотя понимают, что это нереально

– Постав отут шибеницю, де той Ленін стояв, – предлагает он. – Одного підтягни за ноги, щоб червяки через рот повилітали. І через місяць ні одного алкаша не буде.

Старые фото, затертые письма с фронта, сложенные в треугольник – Василий Леськов достает семейные реликвии из прозрачного файла. 

 
В одну из поездок по Европе Василий Леськов нашел братскую могилу в Будапеште, где похоронен его дядя, чьи письма он хранит

Одна из весточек его дяди Николая Буги, погибшего в 45-м, воскрешает личную драму на фоне мирового катаклизма:

"Дорогая сестричка. Ты мне пишешь, что Геленка не нуждается мной. Черт с ней, пущай будет так. Пущай не нуждается. Такого цвета хватит сейчас по всем свете, лишь бы я жив был. Только пущай не отказывается от моей дочки Раечки. Вы пишите, что Раюся ходит и говорит, и что целует мои карточки. Я как прочитал, так аж заплакал с тоски и радости".

Прощальную минорную ноту Василий Леськов пытается разбавить, взяв в руки баян "Орфей" с отвалившейся буквой "й". Подергивая в такт ногой, он расплывается в улыбке. 

 
Останется ли Новый Майдан на карте Украине через 50 лет?

Проблемы родного села Василия заканчиваются в нескольких километрах от Нового Майдана. Там, где становится устойчивей и все сильней сигнал на экране телефона. С этой отметки начинаются совсем другие заботы, совсем другой мир. 

В нем – ленты соцсетей с обсуждением большого герба Украины, сериала "Ход королевы", скидок в черную пятницу. И поисками спаржи с Божоле-нуво в круглосуточном супермаркете возле столичной квартиры.

Евгений Руденко, Эльдар Сарахман, УП

Чому вам варто приєднатися до Клубу УП?
Євген Руденко, журналіст УП
Правда – це не завжди наші з вами переконання, якими б порядним та шляхетними вони не були. Щоб знайти правду, треба вміти чути не тільки себе, а й інших. В пошуках правди журналісти УП виходять за межі затишних столичних офісів , сторінок соцмереж та власного світогляду. Ми багато їздимо країною, щоб відповісти на питання: "Яка вона, справжня Україна? Чого ми прагнемо та що робимо не так?". Підтримуйте Клуб УП, якщо вважаєте, що це важливо.


powered by lun.ua
Главное на Украинской правде