€420 миллионов на кону: почему Антикоррупционная стратегия исчезает из графика голосований Рады и как это связано с будущим восстановления Украины
Два варианта повестки дня пленарных заседаний Верховной Рады. В одном есть Антикоррупционная стратегия на 2026–2030 годы. Во втором – уже нет. Именно так описал уже второе исчезновение законопроекта из графика парламентских голосований народный депутат Ярослав Железняк. Причина – нехватка голосов.
Речь идет о законопроекте № 15230-д, зарегистрированном ещё 27 июля 2026 года. Документ, над которым почти два года работали НАЗК, государственные органы, украинские и международные эксперты, до сих пор не прошел даже первого чтения. НАЗК на своём сайте опубликовало призыв к парламентариям поддержать законопроект, ведь Украина уже пропустила согласованный с ЕС срок принятия Стратегии – 30 сентября 2026 года.
На кону – 420 миллионов евро европейской поддержки. Но гораздо большая ставка – правила, по которым Украина будет управлять сотнями миллиардов долларов будущего восстановления.
€420 миллионов: почему голосование имеет значение
Принятие Антикоррупционной стратегии – не просто вопрос внутренней политики. Это одно из международных обязательств Украины на пути к членству в ЕС.
Оно предусмотрено "Дорожной картой" по вопросам верховенства права, промежуточными критериями евроинтеграции и Планом Украины в рамках Ukraine Facility – механизма финансовой поддержки, по которому ЕС предоставляет средства за выполнение согласованных реформ.
С выполнением соответствующего индикатора связана выплата 420 млн евро.
Речь идет не об автоматическом вознаграждении за парламентское голосование. Для получения финансирования Украина должна выполнить согласованные условия, а Европейская комиссия – подтвердить их выполнение.
Согласно обновленному графику, парламент должен был принять Стратегию до конца третьего квартала 2026 года, а Кабмин – утвердить Государственную антикоррупционную программу до конца года.
Первый срок уже сорван. А без принятой Стратегии невозможно должным образом завершить следующий этап – утверждение программы её реализации. И проблема не в том, что парламенту не хватает готового документа.
После рассмотрения трех альтернативных законопроектов Комитет Верховной Рады по вопросам антикоррупционной политики совместно с НАЗК подготовил доработанную редакцию. Профильный комитет рекомендовал принять её в первом чтении.
Итак, после длительных консультаций, экспертиз и согласований решение вновь упирается в политическую волю.
$588 миллиардов на восстановление. Кто будет отвечать за их использование?
Согласно последней оценке RDNA5 (Fifth Rapid Damage and Needs Assessment – Пятая быстрая оценка причиненного ущерба и потребностей на восстановление), подготовленной правительством Украины, Всемирным банком, Еврокомиссией и ООН, потребности в восстановлении страны составляют почти $588 миллиардов в течение следующего десятилетия.
Это почти три годовых ВВП Украины. Понятно, что далеко не все эти ресурсы будут проходить через государственный бюджет. Часть финансирования должны обеспечить частные инвесторы, международные финансовые институты и доноры.
Но независимо от источника средств Украина должна ответить на принципиальные вопросы: кто определяет приоритеты восстановления, по каким правилам распределяется финансирование и как проверить, что эти деньги использованы эффективно?
Именно поэтому восстановление Украины после последствий российской агрессии впервые выделено в отдельную приоритетную сферу проекта Антикоррупционной стратегии.
Для подготовки этого раздела НАЗК совместно с экспертами Risk Scoring Center проанализировали нормативное регулирование, результаты государственных аудитов, судебную практику, открытые данные и механизмы реализации проектов восстановления. Результат – выявлены 5 системных проблем, которые включены в проект Антикоррупционной стратегии, и решение которых определит, насколько прозрачно Украина сможет управлять будущими инвестициями.
Первая – восстановление без единой стратегической рамки.
Украина восстанавливает жилье, дороги, больницы и энергетические объекты, но до сих пор нуждается в едином утвержденном стратегическом документе, который бы определял долгосрочные цели и согласовывал приоритеты восстановления. Без этого даже необходимые проекты могут конкурировать за ограниченные ресурсы без достаточно понятной логики их распределения. Следствием этого являются риски разброса средств, дисбаланса между секторами и накопления незавершенных объектов.
Проблема отсутствия стратегических документов зафиксирована в решении Счетной палаты от 10.12.2024 № 55-2, где отмечено отсутствие утвержденных документов, в частности единого общенационального плана восстановления Украины, а также плана восстановления и развития её регионов. Проект Плана восстановления Украины, разработанный Национальным советом по восстановлению Украины, до сих пор не утвержден.
Вторая – решение на основе неполных или недостоверных данных.
Как определить, какую дорогу ремонтировать в первую очередь, если нет полных данных о состоянии дорожной сети и, в частности, интенсивности движения? Как планировать жилищные программы без достоверной оценки потребностей внутренне перемещенных лиц? Как проверить стоимость строительства без проверенной информации о ценах на строительные материалы и стоимости трудовых ресурсов?
Это не технические недостатки баз данных. Это предпосылки управленческих ошибок, которые в масштабах восстановления могут стоить миллиарды.
Эта ситуация сохраняется и сегодня: распределение средств на дорожные проекты часто осуществляется без учета реального состояния дорог. Проблема подтверждается, в частности, отчетом ДАСУ (от 26.10.2023 № 000600-22/33), в котором зафиксировано отсутствие электронных паспортов дорог в большинстве служб восстановления.
Решением Счетной палаты от 27.08.2024 № 39-2 зафиксировано завышение цен в сметах (водопроводы) и ошибки в оценке численности пострадавшего населения (в частности, неэффективное управление 449,2 млн грн в Херсонской области). В аналитическом исследовании по социальному жилью (Ukraine Facility) зафиксирован разрыв между запланированными расходами на строительство жилья в размере 56 000 грн/м² и официально утвержденной тем же Министерством опосредованной стоимостью строительства жилья в размере 23 841 грн/м².
Третья – экспериментальные процедуры, ослабляющие контроль.
Во время войны нужны быстрые решения. Но скорость восстановления не может служить оправданием непрозрачного распределения средств или ослабления контроля за подрядчиками.
Счетная палата уже фиксировала проблемы использования средств Фонда ликвидации последствий вооруженной агрессии, в частности при реализации экспериментальных проектов. Решением Счетной палаты от 03.07.2024 № 32-3 установлено, что решение о внедрении ряда экспериментальных проектов на сумму 30,7 миллиарда гривен (49,6% от общего объема средств Фонда) принято с нарушением закона по недостаточно прозрачным и необоснованным процедурам.
Ключевой вопрос не в том, разрешать ли упрощённые процедуры. А в том, какие требования к обоснованию необходимости, процедурам закупок, финансированию и отчётности нельзя отменять даже во время войны.
Четвертая – непрозрачная приоритезация государственных инвестиций.
Украина уже внедрила новую систему управления государственными инвестициями: отраслевые портфели, оценка проектов, процедуры приоритизации и включения в Единый проектный портфель. Однако существующие процедуры требуют доработки.
Например, при отборе проектов для программ государственных инвестиций инициатор программы определяет критерии отбора и одновременно формирует комиссию, которая применяет эти критерии.
В то же время общее регулирование недостаточно подробно определяет сроки утверждения и обнародования критериев, правила их изменения в ходе отбора, а также гарантии независимости оценки. Это создает риск подстройки критериев под отдельные проекты.
Пятая – невозможность полностью проследить путь денег.
В Бюджетном кодексе – одна система. На практике – другая. А правительство уже планирует третью цифровую конструкцию.
Статья 33-1 Бюджетного кодекса предусматривает, что Единый проектный портфель государственных инвестиций формируется с использованием Единой информационной системы управления государственными инвестиционными проектами (ЕИСУГИП). Пока она не создана, соответствующие цифровые процессы обеспечивает DREAM.
В июле 2026 года правительство постановлением № 945 урегулировало функционирование DREAM, но определило её лишь как компонент Единой цифровой экосистемы управления публичными инвестициями. В то же время Концепция, утвержденная распоряжением № 547-р, предусматривает создание Минфином ЕИСУПИП до конца 2028 года.
Итак, перед нами три взаимосвязанных понятия – DREAM, ЕИСУПИП и Единая цифровая экосистема. Но понятно ли, где именно можно будет увидеть полную историю каждого проекта и кто будет отвечать за достоверность этих данных?
Сегодня DREAM содержит информацию о проектах, Prozorro – о закупках, бюджетные и казначейские системы – о финансировании и платежах. Однако эти данные не всегда можно автоматически связать между собой. Где гражданин, журналист или аудитор сможет открыть один проект и увидеть всё: кто его инициировал, по каким критериям отобрал, сколько средств выделили, кто получил подряд, сколько фактически выплачено, что построено и какие нарушения выявил аудит?
Украине нужна не ещё одна цифровая платформа с новым названием, а единый, прозрачный и поддающийся проверке путь каждой публичной инвестиции – от первого решения до последнего платежа и аудита.
И именно Антикоррупционная стратегия должна превратить описание этих проблем в официальные приоритеты государственной политики. Следующим шагом должно стать утверждение Государственной антикоррупционной программы, в которой будут определены конкретные меры, ответственные исполнители по решению проблем, сроки и показатели результативности.
Иными словами, Антикоррупционная стратегия устанавливает приоритеты, которые государство обязуется изменить, а программа – кто, как и когда должен это сделать. Таким образом, в течение следующих 5 лет государство обязуется решить проблемы, определенные в 16 сферах: от восстановления, обороны, правосудия и энергетики до публичных закупок, строительства, здравоохранения и образования.
Поэтому задержка с принятием Антикоррупционной стратегии – это не просто очередной сбой в парламентском графике. Это риск срыва дальнейшего европейского финансирования, выполнения евроинтеграционных обязательств и внедрения правил, по которым Украина должна управлять ресурсами восстановления.
ЕС ожидает от Украины выполнения согласованных реформ. Украинское общество – понятных и честных правил использования средств.
А Верховная Рада до сих пор не может обеспечить даже первое чтение документа, который должен стать основой этих изменений и от принятия которого зависит получение 420 миллионов евро от ЕС. И это в условиях, когда правительство приостанавливает расходы на строительство, реконструкцию и капитальный ремонт, призывает общины ограничивать непервоочередные расходы, а премьер-министр признает, что возобновление финансирования зависит от международной помощи и принятия необходимых законов.
Надежда Бурдей, Александр Курилец