"Лишние люди": почему власть боится переселенцев?

1958 просмотров
Вторник, 27 февраля 2018, 16:30
Оксана Чепижко
исполнительный директор "Ассоциации защиты банков"

Последние пару недель СМИ обсуждают "инсайд": в конце лета 2018 года в Украине якобы пройдут досрочные парламентские выборы.

Власть спешит воспользоваться старым избирательным форматом, чтобы получить максимально "предсказуемый" результат за счёт мажоритарщиков и административного ресурса на местах.

Не берусь судить, насколько всё это соответствует действительности, однако подобная логика уже не удивляет. Если результат можно "подправить" вручную, чиновники поступят именно так.

Боязнь свободной конкуренции – верный признак превращения режима в авторитарный. А выборы в этом смысле – лакмусовая бумажка.

Речь не только о прямых нарушениях и всяческих "каруселях". Через четыре года после начала конфликта на Донбассе, сограждане-переселенцы по-прежнему не обладают полнотой избирательного права.

О том, как восстановить справедливость, много говорили и наши общественные организации, и международные партнёры. Более того, соответствующий законопроект №6240 был зарегистрирован в Верховной Раде почти год назад, но так и не стал приоритетом.

Контраргументы не выдерживают никакой критики.

К примеру, могут ли проголосовать за "неудобного" для власти кандидата те, кто имеют статус внутренне перемещенных лиц (ВПЛ), но фактически проживают на оккупированных территориях? Безусловно, да. Но точно так же за него могут проголосовать и "обычные" украинцы.

Решение напрашивается само собой. Если такой кандидат представляет реальную опасность для государства, открыто поддерживая "сепаратизм", им должны заняться СБУ, МВД, прокуратура…

Если же взгляды политика просто идут вразрез с "генеральной линией", он может и должен оставаться участником предвыборной гонки. И состав его ядерного электората тут вообще не при чём.

Сегодня можно услышать мнение, что участие переселенцев в выборах изменит электоральный расклад и поэтому "стоит повременить". Для меня это очень тревожный сигнал.

Во-первых, потому что любая сегрегация – вирус, который очень быстро разрушает общественный организм. Сегодня "неправильными" избирателями могут оказаться ВПЛ, завтра – люди с минимальным доходом (ведь они выбирают "за гречку!"), а послезавтра – женщины-домохозяйки…

И так далее. Надеюсь, не нужно объяснять, куда ведёт эта историческая траектория.

Во-вторых, решение вопроса с правами ВПЛ – важнейшая часть реинтеграции, закон о которой уже принят. Исключая переселенцев из жизни громад, власть фактически закрепляет за ними клеймо "иждивенцев" и "попрошаек". На самом деле это далеко не так.

Недавно в Житомире я разговаривала с активистами, которые инициировали ряд программ для совместного развития предпринимательства коренными житомирянами и ВПЛ.

Кроме того, что такие программы поддерживают самых активных, они решают ещё одну актуальную задачу: снижают напряжение между "местными" и "понаехавшими".

Подобные кейсы гораздо эффективней воздействуют на общественное мнение, чем плакаты "Любіть Україну!"

В сильном государстве не может быть "лишних людей". Если сегодня представители власти так боятся переселенцев, что готовы ограничить их участие в выборах, что будет завтра, после освобождения Донбасса?

Электоральные расчёты не должны перевешивать гражданские права. Вместо того, чтобы "моделировать" нужные результаты выборов, чиновникам стоит задуматься о том, как ментально и информационно "вернуть в Украину" тех, кто временно находится на оккупированных территориях.

Иначе мы никогда не выйдем из замкнутого круга. Переселенцы – лишние для власти, поскольку не являются её электоратом. Но, оставаясь лишними, они никогда не станут её союзниками.

Оксана Чепижко, исполнительный директор "Ассоциации защиты банков", специально для УП

powered by lun.ua
powered by lun.ua
Бюджет-2019 для аграриев — продолжение сказки "Лиса и журавль"
Каким должен быть "аграрный бюджет" на 2019? (укр.)
Нападение в Керчи – это не теракт и не спецоперация, а проявление гораздо более опасной тенденции
Расстрел в Керченском политехническом колледже стал первым случаем так называемого school shooting на территории Украины. (укр.)
Срок за репост в России оказался "маразмом" (но это не точно)
Путин предложил изменения в статью 282 Уголовного кодекса РФ об экстремизме. Эта статья – не просто инструмент массового нарушения прав человека в России, но и средство давления на активистов в оккупированном Крыму. (укр.)
Монополия на экспертизу – угроза следствию, и другие недостатки законопроекта на замену "поправок Лозового"
Роль экспертизы в коррупционных делах имеет важнейшее значение. Выводы экспертов непосредственно влияют на ход расследования и меру наказания фигурантов топ-коррупционных дел. (укр.)
Украинский язык до сих пор проигрывает: об украино- и русскоязычных сайтах страны
Среди 100 самых популярных сайтов среди украинцев по данным inau.org.ua, украиноязычных – лишь одна десятая. (укр.)
Украина отсутствует на радарах зарубежных инвесторов
Украинские проекты не интересуют зарубежных инвестиционных менеджеров. Основные причины неизменны: политические риски, отсутствие реформ, коррупция, военные действия на востоке.
"Может найдем ему девачку?", или Где оказываются мамы и папы, которые еще вчера были гомофобными
История ТЕРГО, это история, как на реальной проблеме детей и родителей возникло движение, что помогает им возвращать друг друга. (укр.)