Рождается меньше, уезжает больше. Почему демография становится вопросом национальной безопасности и будущего Украины
Сколько людей сегодня живет в Украине — на самом деле точно не знает почти никто. Последнюю полноценную перепись населения проводили еще в 2001 году. С тех пор страна пережила несколько волн трудовой миграции, аннексию Крыма, войну на Донбассе и полномасштабное вторжение России.
В то же время у государства уже есть собственная актуальная оценка численности населения. В ответ на запрос УП Государственная служба статистики сообщила, что совместно с Институтом демографии и исследований качества жизни имени Михаила Птухи НАН Украины и другими научными учреждениями провела соответствующие расчеты по состоянию на 1 января 2026 года.
Однако сами цифры пока не обнародуют. В Госстате объясняют это чувствительностью информации в условиях военного положения и необходимостью дополнительных консультаций с правительством и международными партнерами относительно безопасного формата публикации данных.
Частично масштабы демографических потерь отметил министр социальной политики, семьи и единства Денис Улютин. По его словам, в настоящее время на подконтрольной Украине территории проживает ориентировочно от 22 до 25 миллионов человек. Для сравнения, в 1991 году население Украины составляло около 48 миллионов человек, а накануне полномасштабного вторжения – около 41 миллиона.
Если оценки министра близки к реальности, то за годы независимости численность населения внутри страны сократилась почти вдвое. Причем большая война стала лишь одним из факторов. Демографический кризис в Украине начался задолго до 2022 года и десятилетиями оставался без внимания государства.
В свою очередь, руководительница направления "Демография и миграция" в Институте Фронтиру Ольга Духнич называет совсем другие цифры: "Ежегодно в Украине умирает больше людей, чем рождается. Мы потеряли от 9 до 12 миллионов человек до начала полномасштабного вторжения. Мы потеряли большое количество людей, 5-6 миллионов после полномасштабного вторжения по разным причинам".
Страна без переписи
Последняя полноценная Всеукраинская перепись населения состоялась еще 5 декабря 2001 года. Тогда Государственный комитет статистики зафиксировал 48,46 миллиона жителей. С тех пор общенационального демографического исследования государство не проводило.
Правительства разных поколений и разных политических лагерей объясняли это нехваткой средств, сложностью организации и возможностью оценивать численность населения на основе государственных электронных реестров вместо переписи. Однако эксперты убеждены: без полноценного исследования государственная политика все больше основывается на предположениях.
"Перепись населения Украине нужна, и она уже назрела. И чем раньше мы ее проведем, тем лучше будет для всех нас", – говорит Духнич.
По ее словам, перепись нужна не только для подсчета людей. Она дает ответ на вопросы о возрастной структуре населения, уровне образования, профессиональной занятости, составе домохозяйств и других характеристиках общества.
Без этих данных государству становится все сложнее планировать экономическую, социальную, образовательную или медицинскую политику. Ведь фактически страна живет без актуальной картины собственного населения уже четверть века.
"Я думаю, что политических причин здесь больше, чем реальных барьеров. Хотя, конечно, мы не можем сбрасывать со счетов военную ситуацию и то, что перепись населения сегодня является конфиденциальной информацией, в том числе для нашего правительства", – говорит Ольга Духнич.
Ухудшение демографического баланса
После полномасштабного вторжения демографический дисбаланс в Украине не просто сохранился, а усилился и начал влиять на экономику.
По данным Госстата, к 2022 году в стране проживало около 16–17 млн экономически активных лиц и 11–11,5 млн пенсионеров, то есть соотношение составляло примерно 1,5 работающих на 1 пенсионера.
После 2022 года ситуация резко ухудшилась. Из Украины уехали миллионы беженцев, значительная часть которых — трудоспособного возраста, еще 3–5 млн человек стали внутренне перемещенными лицами, и их количество растет. Одновременно продолжается мобилизация.
По данным Организации экономического сотрудничества и развития, экономически активное население сократилось примерно до 12–14 млн человек, тогда как количество пенсионеров осталось на уровне около 10,5–11 млн. Соотношение ухудшилось примерно до 1,1–1,3 работающих на 1 пенсионера.
Таким образом, война превратила уже существующий демографический перекос в критический экономический фактор.
Министерство возвращения, которое не сработало
В ноябре 2024 года для возвращения граждан из-за рубежа правительство инициировало создание Министерства национального единства. Идея заключалась в том, чтобы впервые собрать в одном центре политику в отношении украинцев за рубежом — как тех, кто уехал после начала большой войны, так и многомиллионной диаспоры.
Тогдашний премьер-министр Денис Шмыгаль объяснял, что у государства фактически не было единой стратегии работы с украинцами за рубежом. Различные функции были распылены между ведомствами, и это, по логике правительства, затрудняло любую системную политику возвращения.
Планировалось, что министерство будет работать как с украинскими беженцами в Европе, так и с диаспорой. Фактически речь шла о создании государственной политики возвращения граждан.
Деятельность министерства началась с зарубежных командировок его главы. Тогда Алексей Чернышов активно ездил по европейским столицам, чтобы договориться о создании Unity Hub (Центров единства), которые должны были стать контактным пунктом для украинцев за рубежом. Там планировали проводить культурные мероприятия на украинском языке, языковые курсы и помогать украинцам с трудоустройством в соответствующей стране проживания. Но Миннацединения так и не открыло ни одного такого хаба, лишь успели подписать декларацию об открытии в Берлине в феврале 2025 года.
Уже летом ведомство прекратило свое существование. После политических скандалов и уголовных подозрений в отношении Чернышова министерство ликвидировали, а его функции передали Министерству социальной политики.
Это только усилило дискуссию о том, способно ли государство вообще повлиять на решение людей вернуться домой.
Почему украинцы не возвращаются
Во время "часа вопросов к правительству" в Верховной Раде в мае этого года министр иностранных дел Андрей Сибига заявил, что за пределами страны до сих пор вынужденно находятся около 8 миллионов граждан Украины. В МИД говорят, что этот вопрос уже выходит за рамки чисто миграционного и приобретает стратегическое значение для государства.
Президент Всеукраинской ассоциации компаний по международному трудоустройству Василий Воскобойников убежден: ключевым фактором возвращения украинцев домой остается вопрос безопасности.
"Именно окончание войны и условия мира как раз и были тем важным элементом, чтобы люди начали принимать решение оставаться навсегда или возвращаться", – отмечает он.
Впрочем, окончание войны само по себе не гарантирует массового возвращения.
Воскобойников называет еще три фактора, которые будут определять выбор украинцев. Первый – жилье. Миллионы людей лишились крова из-за боевых действий или оккупации.
Второй – работа и уровень доходов. Речь идет не просто о наличии вакансий, а о возможности обеспечивать семью и иметь понятные экономические перспективы.
Третий фактор – общее качество жизни. Образование, медицина, транспорт, социальные услуги и уровень государственного управления формируют среду, которую люди сравнивают с тем, что они получили за рубежом.
Фактически Украина уже конкурирует за своих граждан со странами Европейского Союза.
"На данный момент рассчитывать на какое-то массовое возвращение украинцев не приходится. Люди вряд ли будут задумываться о возвращении, пока сохраняются риски для безопасности и неопределенность в отношении будущего", – отмечает Василий Воскобойников.
Согласно исследованию Центра экономической стратегии, в котором проанализировали настроения украинцев за рубежом, 43 % (2,4 млн человек) украинских беженцев планируют возвращаться в Украину, а 36 % (2 млн человек) — нет.
Не "потерянные украинцы"
В дискуссиях о беженцах и эмигрантах все чаще звучит вопрос: реально ли вернуть миллионы людей, которые уже устроились за границей? Часть украинцев нашла работу, жилье, отдала детей в местные школы и все глубже интегрируется в новые общества.
Президент Всемирного Конгресса Украинцев Павел Грод говорит, что к украинцам, выехавшим за границу, нельзя относиться как к тем, кто "бросил" страну.
"Будущее Украинского государства зависит от тех миллионов украинцев, которые уехали. Их нельзя называть людьми, которые покинули или предали страну. Наоборот — именно они могут стать важнейшим человеческим ресурсом для восстановления Украины после войны", — отметил он.
По его мнению, после завершения войны Украина будет конкурировать за своих граждан не только с европейскими рынками труда, но и с новым образом жизни, который многие уже построили за рубежом. Поэтому ключевой задачей станет не только создание безопасных условий и конкурентоспособных рабочих мест, но и сохранение связи этих людей с Украиной.
"Для страны, где население за три десятилетия сократилось почти вдвое, вопрос возвращения миллионов граждан постепенно превращается не в гуманитарную или политическую проблему, а в одну из главных предпосылок экономического восстановления", – отметил Павел Грод.
Рожать становится все сложнее
Даже если часть украинцев вернется, это не решит проблему естественного сокращения населения.
Демографы отмечают: современные тенденции рождаемости характерны не только для Украины. Большинство развитых стран сталкиваются со старением населения и уменьшением количества детей в семьях.
В частности, лидирует в таких тенденциях Япония, где средний возраст населения составляет 49,1 года, Италия: 47,4 года и Германия со средним возрастом 45,8 года. В Японии коэффициент рождаемости в 2024 году упал до 1,15 ребенка на женщину, в Италии — до рекордно низких 1,18 ребенка, а в Германии составил около 1,35 ребенка на женщину. Для сравнения, для простого воспроизводства населения этот показатель должен составлять примерно 2,1 ребенка на одну женщину.
Демограф Александр Гладун, в беседе с УП, объясняет, что с увеличением размера населенного пункта как в мире, так и в Украине, рождаемость обычно снижается. Высокая стоимость жилья, дорогие услуги, интенсивный ритм жизни и неопределенность будущего заставляют людей откладывать рождение детей.
В результате многие семьи не решаются даже на первого ребенка, не говоря уже о втором или третьем. А война только усиливает эти настроения.
"В этом смысле мы не уникальная страна. Весь мир будет жить в условиях сокращения численности населения. Сейчас взорвалась (по рождаемости – УП) только Африка. Большинство стран уже имеют низкий уровень рождаемости. Это общий тренд во всех странах мира" – отмечает Александр Гладун.
Что дальше?
Украина вступает в период, когда демографический кризис перестает быть исключительно вопросом статистики. Сокращение населения, старение общества, низкая рождаемость, массовая миграция и дефицит рабочей силы уже влияют на экономику, рынок труда, систему социальной защиты и перспективы послевоенного восстановления.
Эксперты по-разному оценивают пути выхода из ситуации, однако сходятся в главном: время для решений стремительно сокращается. Государство до сих пор не имеет актуальной переписи населения, не сформировало долгосрочной демографической стратегии и только начинает искать ответы на вызовы, которые накапливались десятилетиями.
В то же время война лишь обострила процессы, начавшиеся задолго до 2022 года. Даже после завершения боевых действий Украина будет вынуждена конкурировать за своих граждан со странами, где они уже успели построить новую жизнь. А возвращение части беженцев само по себе не решит проблему низкой рождаемости и старения населения.
Именно поэтому демография все больше становится вопросом национальной безопасности. От того, насколько быстро власть сможет предложить действенную политику в отношении возвращения граждан, поддержки семей, рынка труда и интеграции украинцев за рубежом в будущее развитие государства, будет зависеть не только численность населения, но и способность страны восстанавливаться после войны.
Как отмечает демограф Александр Гладун, демографические процессы обладают сильной инерцией и формируются десятилетиями. Поэтому решения, которые Украина принимает или откладывает сегодня, будут определять ее возможности не через год или два, а и в последующих поколениях. Если же системных шагов не будет, страна рискует столкнуться с последствиями демографической ямы именно тогда, когда будет нуждаться в человеческих ресурсах для восстановления и развития.
Станислав Свирид, для УП