День выборов: Чугуев

Вторник, 28 октября 2014, 16:23

Внимание журналистов и наблюдателей на любых выборах в Украине, в основном, сосредоточено на избирательных участках в крупных городах. А вот выборы в провинции всегда остаются за кадром. Если, конечно, речь идет не о Донецкой области, которая в этом году побила все рекорды посещаемости прессы и иностранных наблюдателей и журналистов.

На этих выборах я тоже была наблюдателем в Харьковской области – штаб партии отправил меня в Чугуев на 176-й одномандатный округ. За ходом выборов я наблюдала от партии с самым неоднозначным имиджем – "Правого Сектора".

Накануне выборов, 25 октября, у нас состоялось общее собрание. В небольшую офисную комнатку набилось человек 30.

Инструктаж перед открытием участка. Все фото автора 

Раздали удостоверения, контрольные листы и провели краткий инструктаж. Суть его состояла в том, чтобы не лезть на рожон, если нарушения мелкие. К примеру, в кабинку зашли вдвоем бабушка и дедушка, или кто-то забыл паспорт, но члены комиссии его знают лично и не сомневаются, что он тот, за кого себя выдает.

Но если случается что-то действительно серьезное, вроде каруселей, нужно сразу звонить доверенным лицам и вызывать их.

Напоследок куратор достал пачку денег купюрами по 200 гривен. Все наблюдатели замялись, никто не решался подойти первым. Для меня такой поворот оказался совсем неожиданным. "Остальное получите потом, когда привезете копии протоколов" - заявил он.

На следующий день наша группа наблюдателей отправилась в Чугуев. Мне довелось ехать в машине с преподавателем философии по имени Андрей, членом Харьковского "Правого Сектора".

"Кто финансирует Правый сектор?" - поинтересовалась я.

"Ну как, люди дают, - ответил Андрей. – Вот видели в офисе коробку для сбора средств? В нее люди кидают. Даже в таком городе, как Харьков".

Ход голосования

Наш избирательный участок разместился в маленькой школе. В помещении холодно - все кутаются в верхнюю одежду, фоном звучит западная попса конца 80-х: Стиви Уандер, Мишель Фармер, "Ламбада" и прочие хиты.

Я регистрируюсь, и присоединяюсь к толпе из наблюдателей от разных партий. Они не проявляют собого интереса к избирательному процессу .

На участке в школе очень холодно 

"Зачем вы все тут фотографируете?" - нервничает зампредседатель комиссии. – Мы тут ничего не нарушаем! Мы этим не занимаемся! У нас столько раз проходили выборы, и ни разу ничего не было!", - возмущается он.

Мне даже приходится оправдываться, что делаю "фотки просто на память", подозревая, что слово "журналист" может привести к прединфарктному состоянию. "Регионалка, и дочь ее, секретарь комиссии, тоже регионалка, - шипит "свободовец".

Пока я добиралась в область, уже проголосовали солдаты, охраняющие местный железнодорожный мост: их организованно привез командир. "Сказали, что голосовали за Правый Сектор", - информирует меня наблюдатель от "Свободы", который работает электромонтажником в свободное от партийной деятельности время.

На избирательном участке явка невысокая

Явка избирателей невысокая – голосуют в основном дедушки и бабушки, иногда – женщины с детьми, молодых мужчин совсем мало. Молодежи мало – многие проживают не по месту прописки уже давно уехали из провинциального Чугуева в поисках лучшей жизни.

"Раньше здесь была и танковая часть, и аэродром военный – этого ничего больше нет. И завод теплооборудования был, где работало пять тысяч человек – все это теперь закрыто, работы нет, особенно для молодежи", - рассказывает мне наблюдательница от Оппозиционного блока.

К обеду на нашем участке проголосовало всего 16,9 % избирателей. Наблюдатели совсем заскучали и пытались развлекать друг друга разговорами о повседневной жизни.

Неожиданное оживление наступает, когда в половину восьмого приходит представитель OБСE с девушкой-переводчицей. Все его радостно обступают, а комиссия даже фотографируется с ревизором. OБСE беседует с наблюдателями интересуется есть ли у них вопросы.

 Перед подсчетом голосов председатель призывает всех покурить и потом запирает двери. Наблюдатели по-прежнему вяло реагируют на происходящее, время от времени по очереди подходя к зампредседателя и спрашивая у нее, когда она сможет выдать им копии протоколов.

Начинается подсчет. Сначала пересчитывают все контрольные корешки, потом неиспользованные бюллетени. На участке из 1664 зарегистрированных избирателей проголосовали всего 642 избирателя.

Начинается подсчет голосов 

 Через минут двадцать монотонного раскидывания бюллетеней становится понятно, что лидирует Оппозиционный блок (261 голос) и коммунисты (101 голос). Даже за интернет-партию есть два голоса – они встречаются восторженными возгласами комиссии "Вы видели, кто там в ней баллотируется?" За Правый Сектор проголосовали всего 3 человека.

Женщина-наблюдатель от Оппозиционного блока пускает слезу от счастья, и тут же начинает все названивать своим коллегам, чтобы узнать, как за бывших регионалов голосовали на других избирательных участках - выясняется, что на некоторых Блок набрал больше 50% голосов.

После подсчета голосов по мажоритарным кандидатам оказывается, что выборы с большим отрывом выигрывает бывший глава Харьковской ОГА, кандидат от Оппозиционного блока Дмитрий Шенцев.

Пожилая наблюдательница наклоняется ко мне и шепчет, что Шенцев подкупал избирателей, рассказывает, что наблюдатели от оппозиции получали по 3-4 тысячи гривен за то, что агитировали за Шенцева.

Примерно к 11 часам вечера подсчет закончен, а к 2 ночи я получаю свои две копии протокола и отправляюсь в штаб.  Там царит атмосфера уныния. "Надо было, как Шенцев, гречку выдавать", - горько смеются партийцы в камуфляже.

powered by lun.ua

Законопроект №5600: как документ коснется банковского сообщества?

Как бизнесу наладить экспорт органической продукции в ЕС

Равенство в армии – это не только права, но и обязанности

Нетипичный фандрейзинг: как креативно и эффективно организовать фандрейзинговое событие?

Либерализация или репрессии: как вывести из тени 10 млн работников

Перспективы нового суда. Куда идем и не собьемся ли с пути?