Третья мировая война. Почему она уже идет и какой характер она носит

До сих пор в Украине и в мире продолжаются дискуссии: Третья мировая война уже началась или ещё нет? Те, кто утверждает, что мировой войны ещё нет, аргументируют это тем, что российско-украинская война носит локальный, а не глобальный характер. В свою очередь, оппоненты утверждают, что в войну между Россией и Украиной вовлечены такие глобальные игроки, как США, страны ЕС, Китай, Иран и другие.

Сторонники глобального характера нынешних войн обращают внимание также на то, что эта война сопровождается обострениями или даже гибридными войнами в разных уголках мира, которые либо уже вошли в горячую фазу (Россия и Украина, США и Иран), либо могут разразиться в любой момент (Китай против Тайваня, Россия против ЕС, Россия против Армении, Пакистан против Индии и т. д.).

США при президентстве Дональда Трампа развязали экономическую войну против всего мира, в том числе против своих союзников по демократическому лагерю и НАТО. Что, собственно, неудивительно (об этом я объясню ниже).

Автор является сторонником концепции глобального характера нынешних горячих, холодных и гибридных конфликтов, причина которых носит более глубокий характер, чем просто очередное противостояние демократических и авторитарных государств. В настоящее время третьей стороной этого глобального конфликта наряду с условным демократическим Западом и автократическим Востоком стали мировые корпорации, которые также и не без оснований претендуют на свой кусок "мирового пирога". За последние десятилетия их влияние на мир значительно усилилось, наряду и соразмерно с усилением влияния Китая.

С начала полномасштабного вторжения России в Украину мировой правопорядок, заложенный после Второй мировой войны, уже не работает, о чём мы с Сергеем Дацюком говорили ещё в марте 2022 года в своей статье, хотя понятно, что этот мировой порядок уже хромал на обе ноги ещё задолго до 2022 года. Но до сих пор его не меняют, потому что никто пока не знает, каким должен быть новый мировой порядок и его институты, и кто должен стать его основателем?

Вообще-то естественно, что за последние 20–30 лет, по мере роста своей экономической роли в отдельных странах и во всем мире, корпорации значительно усилили своё влияние как во внутренней политике отдельных государств, так и в международной политике.

Роль крупных корпораций в современной экономике очень значительна, но она различается в зависимости от страны и отрасли.

Крупнейшие транснациональные корпорации, такие как Apple, Microsoft, Amazon, Saudi Aramco, Toyota, Samsung и, конечно, SpaceX и другие, уже:

● контролируют значительную часть международной торговли;

● создают глобальные цепочки поставок;

● финансируют значительную часть научных исследований и разработок;

● влияют на технологическое развитие целых отраслей;

● являются крупнейшими работодателями во многих странах.

Компании из списка Fortune 500 ежегодно генерируют выручку, составляющую более двух третей ВВП США. Крупные компании США и других стран обеспечивают работой десятки миллионов человек как напрямую, так и через сети подрядчиков и поставщиков, а также оказывают заметное влияние на пенсионные фонды, инвестиционные фонды, сбережения граждан и состояние финансовых рынков.

Собственно, с развитием ИИ такое влияние будет расти экспоненциально, поскольку использование ИИ значительно усилит как технологический, так и военный потенциал корпораций.

В настоящее время Республиканская партия в США стала не столько консервативной или правоцентристской, сколько консервативно-корпоративной, поскольку правоцентристские и либертарианские принципы партии очень хорошо вписались в принципы поддержки именно корпоративной Америки, что, кстати, является дорогой с двусторонним движением. Профсоюзы, независимые депутаты, независимые суды и т. д. всё больше становятся демократическими атавизмами 20 века. Кто платит, тот и заказывает музыку.

Под влиянием Дональда Трампа, который является типичным представителем именно крупного бизнеса, а не государственной бюрократии, профессиональных политиков или народных масс, в партии усилились:

● экономический национализм;

● протекционизм (защита американских производителей, особенно крупных);

● критика глобализации;

● лозунг "America First" ("Америка превыше всего") превратился в "Corporate America First" ("Корпоративная Америка превыше всего").

Почему США Дональда Трампа стремятся прекратить войну в Украине именно на российских условиях? Потому что это выгодно именно американским корпорациям, потому что им выгодно торговать с Россией, а не воевать или финансировать войну с ней. Именно этого принципа придерживалась и Германия во времена канцлерства Шредера и Меркель. И Франция вплоть до начала крупномасштабного вторжения. Но локомотивом такой политики являются, конечно, США при нынешнем президенте.

Почему Дональд Трамп, несмотря на недостижение целей войны в Иране, стремится поскорее её прекратить? Потому что продолжение войны и блокирование Ормузского пролива Ираном наносит удар по мировой экономике и торговле, что отнюдь не выгодно мировым корпорациям (не только американским). В убытке оказываются все. Если бы в Украине был свой "Ормузский пролив", война здесь прекратилась бы давно.

США уже де-факто перестали быть провайдером и защитником демократических принципов в мире, а стали защитником собственных корпоративных интересов. И — "без обид, это просто бизнес".

У меня есть сомнения, что политика США значительно изменится при любом следующем президенте или партии у власти. Потому что на стороне корпораций лежит не только влияние на экономику страны, но и на избирательные фонды партий и президентов.

С другой стороны, главным сдерживающим фактором для Китая, мешающим начать войну против Тайваня, является не столько военное сдерживание со стороны США, сколько риск подвергнуться мировому эмбарго, которое приведет к банкротству китайских государственных корпораций, что, в свою очередь, может вызвать крах режима Си. А опыт Украины и Ирана показал, что, несмотря на значительное военное превосходство Китая и России, захват Тайваня или Украины за 2 недели невозможен со всеми возможными последствиями.

Корпорациям в мире легче договориться между собой о мировом порядке, чем государствам со своей исторической памятью, фантомными болями, историческими травмами и комплексами. Потому что правила мировой более-менее торговли чёткие и понятные, даже для конкурентных сред.

Таким образом, в основе мировой войны и связанных с ней конфликтов лежат, с одной стороны, иррациональные исторические комплексы отдельных государств и их правителей, с другой — глобальные экономические интересы и растущая глобальная роль мировых корпораций.

То есть к новому мировому переделу (кто-то — к возвращению прежнего статуса, кто-то — к сохранению существующего, кто-то — к усилению своей роли в мире) стремятся три глобальные силы: силы по-прежнему существующей и влиятельной демократии (страны ЕС, Канада, частично — Великобритания), силы мировой автократии и квазидемократии (Китай, Турция, Иран, Россия) и мировые корпорации (США, Южная Корея, Япония, частично — Германия, Франция и Великобритания).

Война всех против всех, в которой создаются и распадаются альянсы и полуальянсы в зависимости от интересов, которая не прекратится, пока основные игроки не сядут за стол переговоров и не создадут новый мировой порядок в сфере безопасности и торговли.

Украина (как это часто бывало в прошлом) просто оказалась на перекрестке и на стыке интересов новых и старых игроков глобальной политики, но от которой во многом зависит судьба этого передела глобального влияния.

Очевидно, что будущий мировой порядок будет формироваться не только при участии самых могущественных государств мира, но и при активном участии корпораций США, Китая, Европы, Глобального Юга, Глобального Востока и, возможно, России (если они успеют свергнуть правление ФСБ и запрыгнуть "в последний вагон уже отправляющегося поезда").

Поэтому для прекращения войны в Украине мировым игрокам нужно обращаться не к престарелым лидерам России с их историческими комплексами и травмами, а к представителям их крупного бизнеса, понимая, что они все еще находятся под контролем этих политиков и ФСБ, но, уверен, уже очень хотят избавиться от такого влияния.

Сергей Сорока