Военный аудит: сколько на самом деле стоит разведка и почему дешевые дроны опустошают бюджет

Для государственного закупщика более дешевый беспилотник на бумаге почти всегда выглядит более эффективным. Более низкая цена означает более простое согласование, более быстрое заключение контракта и лучшую отчетность. Однако на фронте такая "экономия" нередко оказывается обманчивой.

Потерянный аппарат, сорванная разведка, отсутствие корректировки артиллерии могут обойтись значительно дороже, чем разница в закупочной цене.

Проблема заключается в том, что системы разведки до сих пор часто оценивают по принципу "что дешевле", а не "что дольше и стабильнее обеспечивает боевую работу". В результате преимущество получают решения, которые выглядят привлекательно лишь на этапе закупки, но быстро теряют эффективность в реальных боевых условиях.

Подводные камни "более дешёвой" закупки

В войне на истощение более дешёвый дрон не всегда означает более дешёвую войну. То, что выглядит выгодным в смете, на поле боя может обойтись значительно дороже из-за более низкой устойчивости и эффективности системы. Именно поэтому сегодня стоит задавать другой вопрос: не сколько стоит беспилотник, а что именно государство получает за эти деньги — реальную боевую способность или лишь привлекательную строку в тендерной документации.

Когда чиновник смотрит на контракт, он видит сумму. Когда командир смотрит на участок фронта без актуальной разведки, он видит неопределенность. Между этими двумя подходами лежит реальная экономика войны.

Стоимость беспилотного комплекса не ограничивается ценой его закупки. К ней необходимо прибавить расходы на подготовку операторов, обслуживание, модернизацию, логистику, ремонт, замену потерянных аппаратов и обеспечение работы экипажей. Именно поэтому всё большее значение приобретает оценка полного жизненного цикла системы. Без такого подхода невозможно понять, сколько на самом деле стоит одна миссия и какой результат она приносит подразделению.

Война требует новых критериев оценки

Украинская армия постепенно переходит к более цифровой модели ведения войны. Однако цифровизация не означает автоматизацию процессов или исчезновение человеческого фактора. Напротив, всё большее значение приобретают показатели, которые ранее почти не учитывались при закупках. Речь идет о живучести системы, стабильности её работы, нагрузке на личный состав и способности обеспечивать непрерывную разведку в течение длительного времени.

Настоящая эффективность беспилотного комплекса определяется не его характеристиками в рекламных материалах, а тем, насколько стабильно он выполняет боевые задачи в условиях противодействия противника.

Человеческий ресурс как составляющая военной экономики

Отдельного внимания заслуживает фактор личного состава. В современной войне дефицитом являются не только техника или боеприпасы. Не менее ограниченным ресурсом остаются подготовленные операторы, техники и экипажи. Каждая система нуждается в людях для запуска, обслуживания, ремонта и обеспечения полётов. Чем сложнее логистика комплекса, тем большую нагрузку она создает для подразделения.

В масштабах отдельной миссии эта разница может казаться незначительной. Но при использовании десятков или сотен комплексов она превращается в тысячи человеко-часов, которые могли бы быть направлены на другие задачи.

Логистика как фактор боевой эффективности

Технические характеристики беспилотника важны, но не являются единственным критерием оценки. На практике значение имеют также скорость развертывания, количество необходимого транспорта, состав экипажа и способность оперативно менять позиции.

Каждый дополнительный автомобиль означает расходы на топливо и обслуживание. Каждый лишний человек в экипаже увеличивает нагрузку на систему подготовки персонала. Каждая лишняя минута на позиции повышает риски для операторов. Именно поэтому логистика напрямую влияет на боевую эффективность не меньше, чем дальность полета или качество оптики.

Цена простоя

Повреждение беспилотника — это не только расходы на ремонт.

Каждый день, в течение которого комплекс не может выполнять задачи, означает потерю части разведывательных возможностей подразделения.

В таких условиях последствия простоя могут оказаться более серьезными, чем сама поломка. Артиллерия получает меньше данных для работы, командиры принимают решения в условиях ограниченной информации, а противник получает дополнительные возможности для маневра.

Поэтому оценивать следует не только стоимость ремонта, но и потери, возникающие из-за отсутствия непрерывного разведывательного контура.

Данные как отдельный боевой ресурс

Разведка существует не только для выявления целей для поражения. Полученные данные сами по себе являются важным военным ресурсом.

Информация о перемещении резервов, подготовке штурмовых действий, изменении логистических маршрутов или появлении новых инженерных сооружений может повлиять на решения командования даже без последующего открытия огня.

Во многих случаях именно своевременная информация позволяет избежать потерь, изменить план операции или сорвать действия противника ещё до начала активной фазы боя.

Именно поэтому эффективность разведки нельзя измерять исключительно количеством уничтоженных целей.

Стоимость упущенного решения

В дискуссиях об эффективности беспилотников обычно учитывают стоимость техники, ремонта или потери аппаратов. Но существует ещё одна категория затрат, которая почти никогда не попадает в отчёты, — стоимость упущенного решения.

Каждый разведывательный комплекс создается не для того, чтобы просто летать или передавать видео. Его главная задача — обеспечивать командиров информацией для принятия решений.

Именно поэтому реальные последствия потери разведки часто выходят далеко за пределы стоимости самого беспилотника. Невыявленная вовремя подготовка к штурму, упущенное перемещение резервов, незафиксированное изменение позиций артиллерии или потеря контроля над важным участком фронта могут иметь последствия, которые невозможно оценить только по бухгалтерским показателям. Фактически современная война всё больше становится борьбой за скорость и качество принятия решений. Преимущество получает тот, кто раньше замечает изменения на поле боя и быстрее на них реагирует.

Поэтому эффективность разведывательных систем следует оценивать не только по количеству полётов или ресурсу техники. Не менее важным показателем является количество критически важных решений, которые стали возможными благодаря полученным данным.

Ведь самой дорогостоящей потерей на войне может оказаться не сбитый беспилотник, а информация, которую он не успел передать.

От подсчёта техники к подсчёту эффекта

Массовое распространение беспилотных систем меняет саму логику оценки военной эффективности. Количество закупленных комплексов, количество полётов или даже количество часов в воздухе уже не могут быть главными критериями успеха. В центре внимания должен быть боевой эффект: насколько система помогает принимать решения, поддерживать непрерывную разведку, сохранять жизнь личного состава и обеспечивать преимущество над противником.

В войне на истощение побеждает не только тот, у кого больше техники. Побеждает тот, кто эффективнее превращает ресурсы в результат. Именно поэтому ключевым критерием оценки современных разведывательных систем должна быть не закупочная стоимость, а реальная польза, которую они приносят подразделению на протяжении всего жизненного цикла.

Богдан Сас, соучредитель компании Buntar Aerospace