Помощь для ВПЛ превратилась в полосу препятствий, созданную самим государством
4,6 миллиона украинцев сегодня являются внутренне перемещенными лицами (ВПЛ). Это люди, у которых российская агрессия отняла дома, работу, стабильность и привычную жизнь. Они вынуждены строить всё с нуля.
Государство должно было бы стать для них безусловной опорой. Вместо этого бюрократические процедуры создают искусственные барьеры: люди теряют выплаты, месяцами ждут компенсаций и вынуждены обращаться к омбудсмену, чтобы получить то, что им по закону принадлежит.
Проблемы с компенсациями, выплатами и социальной поддержкой показывают: вместо того, чтобы протянуть руку помощи, государственная система возводит баррикады.
Россия разрушила дом за секунды — государство месяцами не может это подтвердить
Российская ракета уничтожает имущество мгновенно. А вот бюрократическая машина, чтобы это зафиксировать, впадает в анабиоз.
Особенно катастрофична ситуация на территориях активных боевых действий. Получить компенсацию без осмотра имущества невозможно, но выехать туда комиссия не может из-за риска для жизни.
Казалось бы, решение есть — постановление Кабинета Министров Украины № 815, которое предусматривает возможность дистанционного осмотра. Однако действующий механизм не обеспечивает оперативного установления факта уничтожения жилья на территориях активных боевых действий. Люди, которые уже остались без крыши над головой, вынуждены месяцами ждать, пока их жилье официально признают уничтоженным.
Ко мне уже обратились 1053 гражданина, столкнувшиеся с проблемами при получении компенсации за уничтоженное жилье. В 509 случаях удалось восстановить нарушенные права. Это прямое доказательство: проблема массовая!
Еще при предыдущем составе правительства я трижды обращался с предложениями усовершенствовать этот механизм: обеспечить четкий порядок дистанционного обследования, унифицировать работу комиссий и упростить процедуры для людей с территорий боевых действий и временно оккупированных территорий. К сожалению, эти предложения до сих пор не реализованы.
То есть государство знает о проблеме. Знает, как её решить. Знает, сколько людей из-за неё страдают. Но необходимые изменения до сих пор не приняты.
Теперь я жду от нового правительства не очередных объяснений, а конкретных решений.
Дом разрушен, а в документах — "повреждён": за компенсацию мужчине пришлось бороться
"Война отняла у меня дом, но получить компенсацию я не могу". Именно с такими словами ко мне обратился Евгений — житель Константиновки.
Еще в декабре 2025 года мужчина подал заявление на получение компенсации за разрушенный дом. Однако рассмотрение приостановили из-за необходимости обследования жилья.
Дистанционное обследование не проводилось в течение нескольких месяцев, хотя законодательство устанавливает для этого срок — не более 30 календарных дней со дня регистрации информационного сообщения.
Лишь в апреле 2026 года комиссия обратилась в Государственное космическое агентство Украины за необходимыми материалами — почти через четыре месяца после обращения мужчины.
При этом дом был признан поврежденным, а не уничтоженным. Такое длительное бездействие фактически лишило господина Евгения возможности реализовать своё право на получение компенсации за уничтоженное жильё.
Пришлось вмешаться. Результат: комиссия провела надлежащее обследование и признала дом уничтоженным. Таким образом, право на компенсацию было восстановлено.
Этот случай в очередной раз демонстрирует: затягивание процедур, от которых зависит дальнейшее рассмотрение заявления, может фактически лишить человека возможности своевременно воспользоваться своим правом.
Жилье, работа, социальная защита: проблемы ВПЛ гораздо шире
Проблема ВПЛ — это комплексный провал социальной политики. Только за этот год я получил 8 859 обращений от ВПЛ.
Людей справедливо призывают: "Эвакуируйтесь из опасных зон!", "Уезжайте!". Но что ждет их дальше?
Доступного жилья нет. Работы часто нет. Цены на аренду заоблачные. Механизмы трудоустройства и переквалификации работают недостаточно эффективно.
Места временного проживания (МВП) нередко не обеспечивают условий, необходимых для достойной жизни: отсутствует базовое бытовое оснащение, имеются барьеры для маломобильных групп, люди остаются отрезанными от медицинских и социальных услуг.
Необходим реальный государственный механизм, который будет сопровождать человека на каждом этапе — от безопасной эвакуации до полноценной интеграции в новую общину.
Отдельный пробел в государственной политике — компенсации за жилье на временно оккупированных территориях. Даже если дом физически устоял, но туда ворвались оккупанты или его "национализировали", человек фактически лишился своего имущества и возможности им пользоваться.
Государство начинает запускать отдельные программы жилищной поддержки, но полноценного механизма до сих пор нет. И это вопрос, на который люди ждут конкретного ответа уже много лет: что им делать сейчас и кто и когда компенсирует им имущество, утраченное из-за российской оккупации?
Постановление № 332: ребенок не должен лишаться помощи из-за права на образование
Сегодня ребенок из числа ВПЛ может лишиться помощи, если учится онлайн или остается в школе, которую перенесли из ТОТ или зоны боевых действий.
Фактически семью ставят перед выбором: сменить ребенку школу и привычную образовательную среду или рисковать потерей государственной помощи. Такая ситуация выглядит абсурдно!
Точно так же студент может лишиться выплат сразу после достижения 18 лет, хотя продолжает учиться и остается материально зависимым от семьи.
18 лет не делают человека финансово независимым.
Такие правила установило правительство постановлением № 332. И именно правительство должно их безотлагательно изменить! Называть подобный подход социальной защитой невозможно.
Ещё 17 июня я обратился к министру социальной политики, семьи и единства Украины Денису Улютину с требованием безотлагательно изменить постановление. Министерство получило готовые предложения по устранению этих проблем.
Прошло более месяца. Проблема до сих пор не решена. Дети и студенты продолжают лишаться выплат.
Более того, министерство уже направило на согласование новый проект изменений в постановление № 332. Однако основные проблемы остаются: право ребенка на помощь и в дальнейшем будет зависеть от формы и места обучения, а вопрос выплат студентам после 18 лет так и не урегулирован.
Проект изменений есть. Но ключевые проблемы он не решает.
Размер помощи ВПЛ заморозили на уровне 2022 года — однако жизнь за это время подорожала
Ещё одна проблема: размер помощи на проживание не пересматривался с марта 2022 года:
- 3 000 грн — для детей и лиц с инвалидностью.
- 2 000 грн — для остальных ВПЛ.
За это время прожиточный минимум вырос как минимум на 34%, реальная инфляция снизила покупательную способность этих денег, а расходы на аренду жилья, лекарства, продукты и другие базовые нужды выросли в разы.
Заморозив выплаты на уровне 2022 года, государство фактически отказалось от реальной поддержки. Выплата, которая не пересматривается годами, перестает быть помощью — она превращается в насмешку!
Размер выплат должен быть увеличен, а в дальнейшем — автоматически пересматриваться в соответствии с ростом прожиточного минимума.
Речь идет не о символической выплате для нескольких тысяч человек. Речь идет о миллионах украинцев, для которых эти средства остаются частью базового дохода после вынужденного переселения. И если государство не пересматривает их в соответствии с реальной стоимостью жизни, оно постепенно теряет способность выполнять функцию социальной защиты.
Пора устранить барьеры, которые государство само создало для ВПЛ
Правительство знает о последствиях действующих правил. Я неоднократно обращал внимание на эти проблемы. Теперь у Министерства есть готовый проект изменений в постановление № 332 и мои конкретные предложения. Больше нет оснований для промедления! Вопрос уже не в том, знает ли государство о проблеме. Вопрос — почему оно до сих пор её не решило.
Государство должно строить систему с учетом потребностей человека, а не заставлять человека подстраивать свою жизнь под несовершенство государственных процедур.
Как Уполномоченный Верховной Рады Украины по правам человека, я требую от правительства не позднее 1 сентября принять решения, которые обеспечат:
- Детям-ВПЛ — помощь независимо от формы обучения и местонахождения учебного заведения.
- Студентам-ВПЛ в возрасте 18–23 лет, обучающимся по дневной или дуальной форме, — непрерывное получение помощи.
- Всем ВПЛ — достойный размер помощи, увеличенный в соответствии с ростом прожиточного минимума.
Люди не должны годами доказывать государству право на помощь, которую оно само им гарантировало. Россия уже лишила их дома, безопасности и привычной жизни. Государство не имеет права добавлять к этому ещё и бюрократические барьеры.
Дмитрий Лубинец