Провокація хабара: чому справжні корупціонери зітхнуть з полегшенням

3585 переглядів
Субота, 27 жовтня 2018, 10:00
Юрій Радзієвський
керівний партнер АБ "Радзієвський та партнери"

Недавно Генпрокуратура вместе с СБУ и полицией громко разоблачили топ-сотрудника фискальной службы, который провоцировал предпринимателей давать взятки чиновникам Львовской таможни.

Цель у сотрудника была простая: подставить таможенников и изобличить их в коррупции.

Обычно с таких дел начинается очередной виток дискуссии о том, а нужно ли легализировать "провокацию взятки во благо", и к чему это может привести.

Провокаций стало больше?

Самое громкое дело о "провокации взятки", которое сегодня расследуют правоохранительные органы, – это подстрекательство заместителя главы миграционной службы к "решению вопроса" за деньги одним из детективов НАБУ под прикрытием.

Схему в конце минувшего года раскрыла Генпрокуратура, которая тут же опубликовала записи разговоров детективов между собой. Те наперебой выдумывали способы, как "уломать" женщину, чтобы она потребовала взятку. И "напоить" было самым невинным из них.

К сожалению, всему юридическому сообществу стало понятно, что провокации или приближенные к ним методы – это обычная практика силовиков.

В НАБУ потом оправдывались, что действовали в рамках спецоперации, и все средства были хороши. Так ли это – должны выяснить следствие и суд.

Прошел уже почти год с момента вручения подозрения детективу по статье 370 Уголовного кодекса – провокация подкупа. Она сулит до 7 лет тюрьмы сотрудникам силовых ведомств за такие деяния – подстрекательство с целью в дальнейшем изобличить провоцируемого.

Несмотря на то, что максимальный срок досудебного следствия по тяжким преступлениям составляет один год с момента вручения подозрения, о ходе и результатах расследования пока ничего не слышно.

Именно 370-ю статью обычно предлагают отменить борцы с коррупцией. В разное время с такой идеей выступали президент Петр Порошенко и генпрокурор Юрий Луценко, но сейчас они более сдержаны в своих оценках.

Кроме того, в Раду вносилось несколько соответствующих законопроектов. Например, закон "Об основах государственной антикоррупционной политики в Украине (Антикоррупционная стратегия) на 2014-2017 годы" даже предусматривал такие процедуры по борьбе с коррупцией, как "проведение проверок публичных служащих на добропорядочность" с помощью имитации ситуаций, где они могли бы проявить себя не с лучшей стороны.

Интересно, что дискуссия о легализации провокаций происходит на фоне мизерного количества уголовных производств по 370-й статье (то есть она вообще мало кому мешает).

С 2013 по 2017 год, согласно данным Генпрокуратуры, в Единый реестр досудебных расследований было внесено "аж" 17 таких записей, а за первые 9 месяцев 2018-го – 25.

Ни одного обвинительного акта в суд, по данным ГПУ, передано не было. Означает ли это, что ситуации с провокацией стали случаться чаще или что их стало легче доказать? Прямых подтверждений этому нет.

Другое дело, что адвокаты в делах о взятках часто заявляют, что их клиентов провоцировали. И через суд обязывают следственные органы вносить соответствующие производства в реестр.

Яркий пример – признание потерпевшим по "янтарному делу" с детективом Катериной из НАБУ нардепа Борислава Розенблата.

Последствия "легалайза"

Чем чревата легализация провокаций? Ее фанаты обычно рассказывают об идеальном обществе, где все чиновники будут бояться давать и брать взятки, поскольку каждая из таких ситуаций может на вполне законных основаниях оказаться "контрольной закупкой".

На деле, максимум, к чему это приведет, – это к усилению мер предосторожности и повышению "тарифов". Но никак не к искоренению проблемы.

Кроме того, понимая, что профессиональный психолог может подтолкнуть к получению (или даче) взятки практически любого человека, нельзя исключать использование этого инструмента для личной выгоды отдельных чиновников. Мотивы провокаций могут быть самые разные – месть, зависть, развлечение, желание прославиться в качестве борца с коррупцией.

Но гораздо более неприятное последствие отмены наказаний за провокацию взятки – это полное "расслабление" силовых органов и минимизация поиска реальных схем для искусственного создания "показателей" работы правоохранителями.

Зачем напрягаться – если всех можно на законных основаниях провоцировать? Причем не только по делу, но и в профилактических целях (см. предыдущий пункт).

Фактически реальным коррупционерам, которые проявят хотя бы минимальную фантазию, чтобы запутать за собой следы, можно будет вздохнуть с облегчением. До них руки правоохранителей могут не дойти никогда.

Однако даже если маховик провокаций разгуляется, и (фантазируем) СИЗО и тюрьмы заполнят спровоцированные "коррупцинеры", неожиданный сюрприз ждет инициаторов таких новаций в Европейском суде по правам человека.

Несмотря на громкие заявления о том, что "в Европе и США это прекрасно работает", на самом деле цивилизованный мир считает провокацию взятки преступлением и нарушением прав человека.

В ЕСПЧ есть многолетняя устоявшаяся практика, согласно которой, если преступление не могло быть совершено без участия (провокации) со стороны полицейского или другого чиновника, то человека нельзя привлекать за коррупцию.

Именно в суде в Страсбурге будут оканчиваться все иски с помпой "выявленных" через провокацию коррупционеров. С заведомо понятным результатом.

* * *

Не исключено, что тема легализации провокаций взятки может возникнуть в какой-нибудь политической программе накануне парламентских или президентских выборов. Для избирателя она должна стать сигналом о популистских взглядах автора.

Жаль, что с большой долей вероятности такой пункт может появиться в программе кандидатов, которых мы привыкли называть "прогрессивными".

Юрий Радзиевский, управляющий партнер АБ "Радзиевский и партнеры"

Специально для УП



powered by lun.ua
Веселі старти президента Зеленського у судах
Зеленський вніс до парламенту законопроект, що має виправити помилки, допущені попередньою владою, та забезпечити реальну незалежність суддів. Як змінився законопроект між першим і другим читанням, чи дослухались депутати до порад експертів і чи всі недоліки були вилучені – пояснюємо.
Маленька війна для Ердогана: навіщо Туреччина загострила конфлікт у Сирії
На тлі падіння популярності правлячої партії президенту Туреччини була потрібна маленька переможна війна. Та чи не зробив Ердоган найбільшу політичну помилку в своєму житті?
Як розпущена ВККС намагається залишити на посадах 75 недоброчесних суддів
17 жовтня біля ВККС зберуться активісти у костюмах нечисті та суддівських мантіях, щоб показати людей, яким кваліфкомісія хоче дозволити судити довічно. 
ЗЕ-законопроекти про землю: зрада чи перемога?
Уряд та керівна партія внесли свої законопроекти про обіг землі. Які пункти вони містять і які норми слід внести для балансу інтересів зацікавлених сторін?
Гра на "посилення": що насправді ховається за президентськими змінами до Конституції
Законопроекти від Зе справляють двояке враження. З одного боку, вони прагнуть задовольнити очікування суспільства, проте з іншого – намагаються посилити президентську владу та послабити роль парламенту.
Червоні лінії переговорів щодо транзиту газу, або Як не потрапити в пастку "Газпрому"
Тривають переговори між Росією та Україною щодо укладання угоди про транзит газу. Якими повинні бути стратегія і тактика Києва?
Президенти змінюються. Струковщина в судах forever?
Гарантовано увійде в історію України тільки той державний діяч, який усвідомить: країні потрібен не слухняний владі суд, не інструмент для вирішення поточних проблем, а суд незалежний, що керується виключно Законом.