Партнерський збір УП. Задонать на дрони та РЕБи

Борис Фельдман: "Адже зараз не 37-й…"

Понеділок, 3 червня 2002, 12:29
Декілька слів про походження цього матеріалу. Одного дня мені подзвонили, і незнайомий жіночий голос повідомив, що дуже довго і важко шукали номер телефону, щоб передати привіт з "нар" від Бориса Фельдмана і його "спасибі" "Граням-плюс", з якими, виявляється, іноді за гратами трохи легше. Гумор я оцінила, але дещо розгубилася, дізнавшись, що дзвонить дружина Фельдмана Олена.

Тому що як поводитися у такому випадку, що говорити, якщо, знаєш із плівок Мельниченка про замовлення Кучмою банку "Слов'янський", впевнена у черговому злочині системи, а з іншого боку, якщо це так, а ти нічого не робиш, то кому потрібні твоє співчуття і підтримка? Я щось белькотіла, а Олена цілком весело сказала: "Ви не хвилюйтеся, я знаю, що і допомогти нам дуже важко, і нам пробитися до людей дуже важко: єврей, банкір - це саме по собі майже вирок"… По-моєму, ця змучена жінка намагалася допомогти мені позбутися сорому безсилля.

Ідея про ексклюзив для "Граней-плюс" (через письмові питання) народилася на ходу. Потім я стала отримувати різні варіанти болісних спроб людини, переконаної у своїй невинності, знайти відповідь на питання: що, чому і як сталося. Зі всіх цих матеріалів, переваривши їх, я і намагалася зібрати те, що вийшло. Люди, мені страшно. А вам?

Тетяна Коробова.


Здравствуйте, Татьяна.

Третью неделю бьюсь над вашими вопросами и никак не сдвинусь с мертвой точки. Ответить длинно и нудно не хочется, а вопросы такие, что заставляют отступать для объяснений к самым общим понятиям, и дело, боюсь, может закончиться банальными тезисами. К тому же я отродясь не писал и осваивать эту премудрость начал только в тюрьме. Знаков препинания, не говоря об элементарной грамотности, мне уже не освоить, и все на бумаге кажется достаточно плоским и скучным. Но, с другой стороны, я очень заинтересован в том, чтобы дело "Славянского" получило максимально точное освещение в СМИ. Поэтому я попытаюсь изложить сегодняшнее состояние дел, не забывая о присланных вопросах.

Само дело "Славянского", которое трансформировалось в дело Фельдмана, является для Украины знаковым и во многом может определить будущее страны. Я это говорю без преувеличения и не из мании величия. Это действительно очень показательный процесс произвола власти. Прецедент состоит в том, что впервые власть решила легализовать произвол в форме судебного решения. Это не значит, что раньше наши суды выносили исключительно обоснованные и законные решения. Но наш случай особый.

Прежде всего речь идет не о каком-то гражданском споре, а об уголовном преступлении. Одно дело лишить человека какого-либо имущества или прав и совсем другое дело - свободы. Но и в уголовных делах относительный произвол не редкость. Что же в нашем деле особенного? А то, что самого события преступления изначально не было, а его с огромным трудом два года конструировали ГНАУ и ГПУ. Т.е. это не тот случай, когда надо кого-то сделать козлом отпущения и для общего успокоения или отчетности свалить на первого попавшегося резонансное преступление.

Все с точностью до наоборот. Выбран "преступник" и два года подбиралось преступление. Но и тут мы не уникальны. Для Димитрова хоть Рейхстаг подожгли. Для нас же обошлось 113 томами уголовного дела ни о чем. Просто набор различных бумажек и 9 лет лишения свободы. Для власти это сверхзадача, важнейший социальный эксперимент: если общество проглотит (или позволит себе не заметить происходящего) - все, с таким обществом можно переходить на новый уровень взаимоотношений.

Сложность моей позиции состоит в том, что для ясного понимания абсурдности выдвинутых обвинений необходимо знать элементарные основы действующего законодательства. К сожалению, в большинстве своем наше население таковым не обладает, а те, кто обладает - больше занят собственными проблемами. Мне ведь даже обвинения не выдвинули. Нет, постановление о привлечении в качестве обвиняемого есть (аж четыре), но они не более, чем простая тарабарщина. Кстати, приговор точно в том же стиле и даже еще хуже.

Для того, что бы вынести подобный приговор, и следствие, и прокуратура, и суд устроили такое количество нарушений, что одно их перечисление уже кажется неправдоподобным. И тут я сталкиваюсь с очень неприятным эффектом: все начинают путаться в этом потоке и в конце концов теряют терпение, а, главное, изчезает понимание причинно-следственных связей. Т.е. суть не в том, что в ходе следствия что-то нарушили, а в том, что изначально никакого преступления не было!

Для наглядности лучше оценить весь ход процесса в обратном порядке, т.е. начать с приговора.

Сам этот вердикт правосудия уникален и является ухудшенным вариантом обвинительной речи прокурора. Та же в свою очередь превзошла по глупости и безграмотности обвинительное заключение, которое в свою очередь только подчеркнуло бездарность и абсурдность постановления о привлечении в качестве обвиняемого. В этом деле каждый последующий документ оказывался еще гнуснее и бездарнее предыдущего.

Впрочем, сие есть логическим следствием изначального порока этого дела. Он, порок - в постановлении (точнее в нескольких постановлениях) о возбуждении уголовного дела. Именно там уже была заложена сверхзадача, с которой так и не справилась следственная бригада. Нормальный порядок таков: обнаруживается преступление или признаки такового, а потом возбуждается уголовное дело с последующим сбором, добыванием, проверкой доказательств: обыски, допросы, экспертизы и т.д.

В отношении "Славянского" (и в этом первая особенность политического заказа) дело возбуждено без каких либо признаков преступления. То ли очень торопились, то ли слишком были уверены, что в нашей стране заниматься бизнесом и нарушить уголовный кодекс - синонимы, но дело возбудили без какого-либо основания. Об этом достаточно много писали, но стоит повторить: налоговая милиция узрела уклонение от уплаты налогов в тех договорах, по которым законность позиции банка подтвердили все судебные инстанции Украины, включая Высший арбитраж. Решение на тот момент вступило в законную силу и было обязательно на всей территории Украины для всех учреждений и организаций.

Но вот нашлась одна, на которую Конституция не распространяется. Похоже, что с тех пор ситуация не изменилась. И даже стала хуже. К налоговой милиции присоединились представители ГПУ, Департамента исполнения наказаний и даже отдельные судьи, включая членов Верховного Суда. Но обо всем по порядку.

Возбудив уголовное дело и получив возможность включить весь арсенал соответствующих мероприятий, как-то: обыски, допросы, аресты, следствие через 26 месяцев добилось своего. Суд приговорил меня к 9 годам с конфискацией. Но что это за приговор и суждено ли ему вступить в законную силу?

Я уже сказал, что вердикт Артемовского местного суда г. Луганска уникален, и вот из-за чего:

Законодательство допускает, что в суде может выясниться отсутствие события преступления (ст. 61 УПК) и отсутствие в действиях подсудимого состава преступления (ст. 62 УПК). Но законодатель даже предположить не мог такой случай, как отсутствие сформулированного обвинения. Именно такой конфуз случился в нашем деле. Общеизвестно, что основанием для привлечения к уголовной ответственности является совершение лицом общественно опасного деяния, содержащего состав преступления, предусмотренного действующим УК (ч. 1 ст. 2 УК).

Так вот суд в приговоре так и не указал, какие преступления я совершил. Нет, там есть глаголы: "организовал", "нанес ущерб" и т.д. Но очевидным является то, что они не описывают деяния, а могут быть лишь характеристикой (оценкой) последствий таковых. Что же касается самих деяний как-то: приказал, подписал, подделал, ударил, унес, взломал и т.д., то они напрочь отсутствуют.

Что можно возразить на фразу из приговора: "Таким образом, Фельдман, используя свое служебное положение, авторитет (выделено автором) и влияние в руководстве КАБ "Славянский",… добился…".

Если у следствия и суда нет других слов для определения деяния, то мне просто не от чего защищаться. При этом меня не обвинили в использовании экстрасенсорных способностей или еще какой-нибудь хиромантии. А могли бы, так как мракобесием следствие и суд могли бы потягаться со средневековой инквизицией.

Вообще-то доказывать свою невиновность - дело малоперспективное и в общем-то неправильное. Да и закон говорит об обратном: не подсудимый доказывает свою невиновность, а обвинение - его вину. Я завидую "нормальным" подсудимым. У них совершенно понятная ситуация: вот деяния, вот доказательство вашей вины - спорьте, опровергайте. Мне же такой возможности не дали. Повторяя пример из светлого средневековья, мне предложили доказать, что я не сатана.

Он ведь тоже неизвестно как, но добился. Правда, тут у нас с сатаной есть существенные различия. Он хоть не известно как, но добивался реальных негативных последствий: то засуха и неурожай, то эпидемии и массовые смерти, то пожар и уничтожение имущества. Те же деяния, которые так никто и не сумел назвать, но приписываемые мне, как некоему злому духу (который ничего не совершает, но, смущая неокрепшие души, добивается торжества порока), к негативным последствиям так и не привели.

Это второй прокол приговора. Мало того, что "организовал", "присвоил", "уклонялся", "добился" не могут выражать деяния, а служат лишь определением результатов деяний, так я еще на самом деле ничего не "присвоил" и ни от чего не уклонялся.

Не знаю стоит ли тратить время на пересказ норм законодательства? Если говорить об уклонении от уплаты налогов, то потуги ГНАУ отнести полученные в займ на определенное время средства к валовым доходам никогда ни одним судом не признавались законной, а Высший хозяйственный суд издал на сей счет отдельное информационное письмо.

Что же касается средств банка, то его никто, т.е. абсолютно никто, кроме невменяемого и дремуче невежественного следователя Орла не нашел. Ни сотни проверявших банк (включая тематические проверки самой налоговой милицией по этому именно поводу!), ни аудиторы, ни ликвидационная комиссия банка (а это работники НБУ) не заметили и не хотят замечать "хищения". Да и как его заметить в элементарной операции факторинга?

Банк подписал 26 мая 1997 года договор уступки требования к иностранной компании. 28 мая он взыскал с этой компании задолженность в полном объеме, а затем двумя платежами 29 мая и 17 июня заплатил первоначальному кредитору эту сумму. Банку операция была выгодна. Он, правда, не заработал на данном факторинге, купив требования без скидки, но зато бесплатно пользовался достаточно крупной суммой, воспользовавшись отсрочкой платежа.

Всё. Других (кроме этих двух) обвинений суд не рассматривал. Могу еще добавить, что ни к заполнению декларации о доходах по первому эпизоду, ни к договору факторинга по второму лично я никакого отношения не имел. Все лица, участвовавшие в этих эпизодах, как подсудимые по делу не проходят (это и правильно! За что же тут судить?!). Кроме А. Заславского, который от имени "Славянского" подписал злополучный договор от 26 мая.

Очевидно, судить злой дух в чистом виде на Украине еще не готовы - сказывается материалистическая философия прошлого. Слава Богу, суд не слишком строго оценил участие Заславского в законной операции - всего 2,5 года лишения свободы. При этом в приговоре указано: "Судом не добыто каких-либо доказательств о наличии сговора между Фельдманом и Заславским о хищении названной суммы и по делу не представлено доказательств того, что Заславский знал или мог знать о намерении Фельдмана присвоить указанную сумму…".

В последнем слове, мне кажется, я до неприличия поиздевался над аргументами обвинения, сделал все, чтобы ни один здравомыслящий человек не мог, не посмел подтвердить обоснованность горячечного бреда налоговиков. И тем не менее они посмели. А ведь я специально потребовал коллегиального рассмотрения. Одного еще можно запугать. Но чтобы троих, пусть и не очень разборчивых судей, заставить подписать подобную гнусность - это диагноз системы…

Видите, как длинно и скучно получается, а я только в начале пути и пытаюсь обходиться без подробностей. Но еще раз повторюсь, это очень важно: самое страшное в нашем деле не количество процессуальных нарушений, а их логика.

Теперь хочу немного отвлечься и поговорить о проводниках этой логики. Когда-то у Акимушкина в "Жизни животных" я прочитал о феномене саранчи. Самые обычные безобидные кузнечики вдруг начинают формироваться в огромную стаю и отправляются в опустошительный набег (точнее - налет). Они становятся удивительно плодовиты и прожорливы, и наука не определила, какой спусковой механизм в природе запускает эту адскую машину. Последствия нашествия саранчи катастрофические, но до сих пор неизвестно, что служит причиной возникновения, как, впрочем, и прекращения совершенно особой системы поведения мирных насекомых…

Все последнее время я изучал поведение активных участников нашего дела: следователи, оперативники, прокуроры и даже конвой и работники СИЗО - все они производят вполне безобидное впечатление. Не чувствуется в них ни патологической злости, ни тупости. Мне удавалось со многими поговорить, и самое удивительное, что многие если и не понимают, то догадываются, что никаких преступлений мы не совершали. Некоторые сочувствуют, и уж точно никто из исполнителей не испытывает восторга от участия в происходящем. Но самое удивительное, что все участвуют.

Какая-то неведомая сила превращает их в беспрекословных исполнителей. И ведь сейчас не 37-ой, и не стоит перед ними роковой выбор - либо ты, либо тебя. Максимум, чем большинство из них рискует, это потерять далеко не самую престижную и выгодную работу. Многие и так ее рано или поздно оставят, найдя что-либо более пристойное. И тем не менее, получив команду, идут на риск (пусть пока довольно условный) и становятся соучастниками преступления. И еще один эффект: чем очевидней мерзость, в которой этих людей заставляют участвовать, тем больше их злость и даже раздражение по отношению к нам. Причиной своего унижения они видят не тех, кто отдает распоряжения, а нас.

Думаю, что наиболее точно смогут описать особенности нынешнего режима не экономисты и политологи, а физиологи. Здесь придется говорить не об осмысленной реакции на происходящие события, а о некой рефлексии…

К сожалению, в Украине затянулся перераспределительный этап, обязательный для коренной смены власти. Результаты выборов-94 объективно отражали расклад сил. Победили те, кто хотел продлить период бесконтрольного перераспределения огромных материальных ресурсов. Для этого необходимо было максимально ослабить государственную власть, заменив ее неким режимом избирательной вседозволенности. Закономерным следствием этой тенденции является затягивание формирования полноценных институтов государственной власти. Режим чрезвычайных мер и ручного управления - идеальные условия для тех, кто живет за счет разложения экономики.

Что охраняешь, то и имеешь. Ничего не охраняешь - ничего не имеешь. За очередью следишь - без очереди получаешь.

Для того, чтобы понять особенности режима, необходимо учесть не только личность, олицетворяющую этот режим, но и обстоятельства, движущие силы, выстроившие данную архитектуру власти.

Надо помнить, что Украина не завоевала независимость, а получила. Т.е. народу свалилась на голову свобода и одновременно головная боль: что с этой свободой делать?

И пока одни пытались создать на территории современное полноценное государство, другие спешили воспользоваться неожиданным подарком судьбы в виде никем не контролируемых огромных материальных благ…

…У Леонида Гайдая в "Операции "Ы" есть знаковый эпизод. Трус, которого играет Вицин, очнувшись в битком набитом разным добром складе, ищет туалет. Наткнувшись на пирамиду ночных горшков, он тянется за самым нижним. В результате все сооружение заваливается. Приблизительно так происходит и у нас в Украине. Власть, как сомнамбула, бродит в поисках удовлетворения самых примитивных потребностей. И за что бы ни взялась - все рушится. Не столько от жадности, сколько от бестолковости.

Словом "режим" почти все сказано. В применении к нашему случаю можно только добавить, что он уж слишком слабый, маловыразительный, какой-то тоскливый и лишенный малейших фантазий. В характеристике режима определяющим является мотивация власти. Но что может быть примитивней хвастливых рефлексов и инстинкта самосохранения. Такая форма управления страной, как режим, исключает способность общества к саморазвитию.

Какие-либо процессы, кроме перераспределительных, чужды и инородны. Отсюда скупость предлагаемого выбора между плохим и очень плохим, а также надежда на чудо: когда как-то все уладится и само собой устроится. Добиться чего-нибудь позитивного естественным путем - за пределами сознания. Отсюда весь кадровый ералаш и ненависть к самой идее гражданского общества и вообще. Вообще, несовместимость с механизмами (институтами) общественной саморегуляции. Законодательная и судебная ветви власти - постоянная головная боль: понятия, которыми живет режим, никак не могут стать законами…

…О режиме Кучмы можно сказать очень коротко: "Сон разума рождает чудовищ".
В году то ли 95-м, то ли 96-м один губернатор взахлеб рассказывал мне, как он был удостоен чести поздравить Леонида Даниловича с днем рождения. Дело было в Крыму, на бывшей даче Горбачева (по крайней мере, так утверждал губернатор). И, как самое сильное впечатление, под большим секретом, он показал фотографию, на которой сам губернатор выпивает с Президентом, сидя на кровати. Восторженным шепотом прокомментировал: "Это мы в спальне Раисы Максимовны!" Вот такой сюрреализм. Шарик в гостях у Бобика. Это диагноз. Все остальное просто следствие.

Реклама:
Шановні читачі, просимо дотримуватись Правил коментування
Усі новини...
Реклама: