Мир с Россией? Контракты с Газпромом? Отмена санкций? Любая инициатива пророссийского лагеря вызывает вопрос – почему украинское государство позволяет адвокатам Кремля и дальше заниматься политикой? И куда смотрят спецслужбы?
Информационный рынок перестал быть рынком. В том числе и потому, что он превратился в поле боя. Оказалось, что манипулировать представлением о реальности куда проще и дешевле, чем менять саму реальность.
Фактически, президентская кампания уже началась. Мы отслеживаем лидеров, спорим о цифрах, смеемся над аутсайдерами. Но в том и штука, что второстепенные кандидаты определяют триумфаторов гонки не в меньшей степени, чем наши симпатии.
Каждый украинский политик – это "черный лебедь". Его эксцентрику ничто не сдерживает. Избиратель дезориентирован. А, значит, продать ему можно все, что угодно.
Сенцов стал больше самого себя. Из персонального превратился в символическое. Из обычного заключенного – в диссидента. Человек, покусившийся на Бога. Того самого, которым мнит себя для русских российское государство.
Последние четыре года любая перспектива прямых переговоров Кремля с Западом пугает украинского обывателя. Ему чудится сговор, компромисс и "слив" Украины. Но эти страхи бессмысленны.
Существует теория "ошибки выжившего". Ее идея в том, что нельзя делать вывод лишь на основании опыта победителей. Если хотите узнать правду – спросите проигравших.
2014 год стал для Украины тем, чем должен был стать 1991-й. По сути, сегодня на дворе – наш 1995. Таким, каким он должен был бы стать, если бы распад Союза совпал с обретением реальной, а не имитационной независимости.
Даже Украину Путин, наверное, любит – любовью советского человека. Только Украина должна быть в этой системе координат "Малороссией". Вторичной, подконтрольной и шароварной.
Волкер и Сурков спорят о миротворцах на Донбассе. Нам кажется, что голубые каски вдоль границы положат конец войне. Забывая о том, что они могут лишь спровоцировать новую.
Политтехнологический прием "кандидата-спойлера" в Украине превращается в мировоззрение. Обложка стала важнее содержания, а авторство – первичнее смыслов.
Война создала условия, в которых пренебрегать требованиями Запада больше не получится. Потому что Украина – не экономический суверен. И официальному Киеву всегда могут напомнить, что пряники идут в комплекте с кнутами. И именно это внушает надежду.
Мы привыкли к тому, что стакан сторонников "зрады" наполовину пуст, а адепты "перемоги" в любой новости видят светлое будущее. И кажется, что первый лагерь – пристанище пессимистов, а второй – оптимистов. На самом деле все наоборот.
Обретение Украиной самой себя – триумф и одновременно трагедия украинских националистов. Из маргиналов они стали трендмейкерами, но утратили свое конкурентное преимущество. Им больше нечего требовать.
В украинской истории уже не раз бывало, что страна становилась заложницей внутривидовых разборок. А победителем оказывался тот, кто в этой схватке никакого участия не принимал. Только в этот раз цена ошибки будет несоизмеримо выше.
Российская система в очередной раз доказала: менять ее изнутри невозможно. Даже на роль спарринг-аутсайдера может претендовать лишь тот, кого президент публично называет уменьшительно-ласкательно.
Корпоративные рецепты довольно инструментальны. Усиливать первых. Рекрутировать вторых. Минимизировать потенциальный ущерб от третьих. Мало чем отличается от государственного управления, верно?
Бандера и Шухевич не могли не воскреснуть в Украине. Но это ничего не значит. Позже символический пантеон Украины пополнят новые имена. Это неизбежно для страны, занимающейся нацбилдингом в режиме прямого эфира. Но для этого нужна самая малость.
Свое государство не получится купить в магазине: вместе с идеальными законами и налоговой системой, хорошими чиновниками и правилами игры. Его можно только воспитать. Вкладывая в него ежедневно и еженощно.