Как Украина провалилась в кроличью нору

4434 просмотра
Вторник, 08 декабря 2015, 15:31
Леся ШевченкоЛеся Шевченко
президент фонда "Открытое общество"

"Вдруг мимо пробежал белый кролик с красными глазами. Конечно, ничего удивительного в этом не было. Правда, Кролик на бегу говорил:
– Ах, боже мой, боже мой! Я опаздываю.
...Сгорая от любопытства, она побежала за ним по полю и только-только успела заметить, что он юркнул в нору под изгородью. В тот же миг Алиса юркнула за ним следом, не думая о том, как же она будет выбираться обратно".

Льюис Кэрролл, "Алиса в Стране Чудес"

Истерия в медиа и политикуме вокруг шансов нынешнего премьера Арсения Яценюка сохранить свое кресло показывает, что украинское общество предпочло абсурд разумному политическому процессу.

Близится 12 декабря, конец формального "иммунитета" нынешнего состава кабинета министров. Украинские журналисты и "лидеры мнений" погрузились в конспирологическую истерию – всех интересует почти шекспировский вопрос "будет или не будет".

Происходящие события и заявления вписывают в канву планов Банковой, Грушевского и прочих основных политических игроков. Тем самым еще ближе подталкивая страну в пропасть театра абсурда.

Повесткой дня снова стали фамилии. Фамилии и интриги.

Хитрые планы Порошенко, заявления Саакашвили, коррупция Мартыненко и Кононенко, шансы Яресько, недовольство Тимошенко, происки Путина и надежды на Байдена. Как в плохой комедии с множеством персонажей и неудачными шутками, достойными кривого зеркала.

Время в украинской политике останавливается, становясь безумным чаепитием. Благо, Болванщиков для этого хватает.

За гаданьем на премьерской гуще забывается, что важна суть происходящего, а не декорации.

Что Украина все еще пытается встать на путь изменений, в котором менять нужно не людей, а институты. Государственные менеджеры высшего звена изменились – но правила игры, по которым они работают, все те же: личные отношения и связи гораздо важнее целей страны. Не говоря уже о том, что нынешнее руководство государство напрямую заинтересовано в сохранении этой двоякой системы.

Два года назад украинцы впервые восстали против несправедливых институтов: коррупция заменила собой легальные способы ведения дел. Но в фокусе публичного внимания снова персоны, а не система, которую они воплощают.

Растущее гражданское общество ведется на эту уловку, встревая в бесконечный и зачастую бессмысленный диалог.

Мониторинг правительства и действий парламента выстраивает нити коррупционных связей, не задевая институты, которые эти связи породили. Тысячи чиновников нижних и средних звеньев остаются в тени, сохраняя свой статус-кво и парализуя и без того слабые реформы. Об эффективности правозащитной и судебной систем лучше вообще умолчать.

Институциональный кризис в стране растянулся на все годы независимости. Несколько раз он прорывался масштабными социальными волнениями. Несколько раз Украина была на грани провала в категорию failed state, неудавшихся государств.

Временные решения лечили симптомы, болезнь сохраняется, и страна продолжает падать в кроличью нору. И выздоравливать нужно не сколько политикуму, сколько обществу – система власти лишь его отражение.

Тут стоит вспомнить о том, что в 2014 году в Украине прошла лишь ротация элит — замена одной элитарной группы на другую.

Стране же отчаянно требуется циркуляция: вымывание старого политического класса из системы и приток новорожденной элиты.

Старая элита готова серьезно бороться за защиту своего положения, тогда как новая еще толком не сформировалась и не окрепла. Каналы генерации новых элит не возникают, образованная молодежь все чаще предпочитает внешнюю (или внутреннюю) эмиграцию.

Потенциальными новыми лидерами страны может стать более радикальная молодежь с меньшим интеллектуальным, но большим силовым капиталом.

Стагнация общества вынуждает искать внешних актеров, вновь "призывать варягов" для управления. Кому-то советовал Кремль, кому-то Белый дом – но здания на Печерске так и не стали синонимом самостоятельного центра принятия решений.

Нынешние правила игры не ведут к эффективному управлению государством и ведению его вперед, зато прекрасно учат это симулировать.

Обсуждение занимает в разы больше ресурсов, чем действие.

Реформы из плана стали фетишем.

Рационализм решений давно подменен сиюминутной выгодой.

Уроки нужно учить вовремя, чтобы не остаться на второй год. Важно ли то, останется ли премьером Яценюк или уйдет в отставку? Нет.

Бармаглот украинской политической системы – наши иллюзии.

Что важна смена людей, а не правил игры.
Что патриотизм важнее демократии.
Что демократия – это только когда мы их, но не они нас.
Что ошибки политиков можно прощать.

Иллюзии, что можно ничего не делать самому и ждать, когда мир вокруг изменится в нашу пользу.

Леся Шевченко, специально для УП



powered by lun.ua
Реклама:
Капитолий. Начало реванша Трампа
Дональд Трамп не сдастся сейчас, поскольку намерен баллотироваться на следующих президентских выборах. (укр.)
Заработать на смертях: как нас лишили мировой вакцины в 5 раз дешевле
Три доллара заплатила Всемирная организация здравоохранения за вакцину, закупку которой в ручном режиме сорвал министр здравоохранения Максим Степанов. (укр.)
Настоящая цена меха норок: история одного расследователя
В конце сентября 2020 польский Сейм (нижняя палата парламента) провел историческое совещание по вопросам правовой защиты животных в Польше. (укр.)
Изменил ли Национальный банк свою политику на валютном рынке
По какому принципу НБУ будет выходить на рынок с валютными интервенциями и как будет влиять на курс. Что изменилось в новой стратегии? (укр.)
Торговый фокус с лесом: друзьям — все, а обществу — ничего?
Почему торговля необработанной древесиной происходит на закрытых "аукционах" и без конкуренции. (укр.)
Дело генерала Назарова - сигнал, который нельзя игнорировать
Дело Назарова как потенциальный прецедент для военного судопроизводства Украины и свидетельство неурегулированности ключевых вопросов военной юстиции. (укр.)
Демократия и некомпетентность
Почему Аристотель не доверял демократии как форме правления, в чем заключаются недостатки последней и что это значит для современной Украины. (укр.)